Встреча со старым другом, или Как живется украинцу в Японии

14:26
2510
views

Наш земляк из Голованевска, проживший немало лет в Кировограде, закончивший здесь музыкальное училище, уже 20 лет живет в Японии, в Токио. Сейчас занимается – ни много ни мало – подготовкой города к Олимпийским играм 2020 года. Интервью нашей газете Александр Крыс давал уже не раз. Но каждый раз нам есть о чем новом поговорить.

– Расскажи немного о сути твоей работы.

– В моей компании работает много специалистов из разных стран, и я, как знающий несколько языков, координирую работу, руковожу проектами. Наша компания является одной из крупнейших в мире по планированию инфраструктуры, городов и т.д. Входит в пятерку крупнейших в мире.

– Ты уже имеешь свой дом в Токио. Думаю, это круто. Раньше ты снимал квартиру.

– Ну у меня же не было семьи. В Токио вообще-то все дорого. При аренде ты должен заплатить такие себе «дарственные» хозяину жилья, есть такая японская традиция, ты изначально должен заплатить сверху, это обычно две месячных платы за аренду, «кэйкин» называется. Еще надо заплатить «сикикин» – залоговые деньги, это чтобы ремонт после тебя было за что делать, если вдруг чего сломаешь, и это один или два месячных платежа. Потом комиссионные фирме по недвижимости. В общем, это много тысяч долларов в зависимости от района и качества жилья.

Теперь у меня дом. На участке у нас растут крыжовник, сирень, несколько деревьев. Был подсолнечник, но это однолетнее растение, не всегда садим. «Садка вишневого біля хати, де хрущі гудуть», тоже нет, потому что сакура – это только цветы, ягод она не дает. Думаю о свекле, потому что ее нет в Японии или она очень дорогая, поэтому наше славянское сообщество обменивается тайной информацией, где можно достать.

– А картошка?!

– Участок маленький, да и картошки недорогой хватает в продаже! Мы зато клубнику выращиваем в подвесных ящиках, это мама моя приезжала, она завела это дело.

А я из командировок привожу гречку, жена заказывает, потому что в Японии продается только необжаренная, и какая-то она непонятная.

– Дом в кредите?

– Да, участок и дом – моя собственность, но в залоге у банка. Выплачиваю кредит. Процент – 0,8 в год. (Это если вы займете 100 гривен, то через год должны вернуть 100 гривен 80 копеек. – Авт.).

Вряд ли вы слышали о таком в Украине, но в Японии есть даже такое понятие, как минусовой кредит. С вас не берут проценты, а еще и доплачивают! Государство таким способом стимулирует потребление. В Японии затоваривание, кризис перепроизводства. Слишком много всего. Чтобы покупали, идут и на такие меры. У населения на руках чрезмерно много денег. Есть множество стариков, у которых миллиарды наличных иен!

– А можешь рассказать, какие у вас на «Токийщине» цены на коммунальные услуги?

– Это животрепещущая тема! Правительство стимулирует максимально использовать возобновляемые виды энергии. Солнечную, например. У меня на крыше стоят солнечные батареи, на энергию у меня специальные тарифы и программы. Я продаю ненужный мне избыток. Это произведенная днем энергия. Мы днем сами стараемся по минимуму включать электрику. Мы продаем в энергосистему выработанное днем электричество по 42 иены за киловатт, а ночью мы пользуемся электричеством за 8 иен. Почувствуйте разницу! Это всё правительство так стимулирует. Поэтому нам выгодно стирать ночью, но, к сожалению, жена не хочет с этим мириться! А нам очень выгодно продавать.

Солнечные батареи и необходимое оборудование я купил в кредит, плачу за него 100 долларов в месяц. Кредит на 15 лет. С моими тарифами и с тем, что я продаю часть энергии, все равно в месяц я плачу за электричество долларов 70.

В комплексе с программой по электроэнергии работает и государственная программа по горячей воде. У меня бойлер на 450 литров, который подогревается ночью на этой дешевой электроэнергии. Днем он выключен, нам хватает нагретой за ночь.

Газом мы пользуемся только для приготовления еды на плите и подогрева пола зимой. В Японии распространена такая система – трубы с водой вделаны в пол, газом нагревается вода и там циркулирует. Центрального отопления в Японии нет в принципе. За газ в месяц я плачу долларов 50.

Водоснабжение обходится долларов в 30 в месяц. Мусор выво­зит муниципалитет, никто за это не платит.

Наверное, вам эти цифры кажутся очень большими. Но средняя зарплата в Японии примерно 3000 долларов, большинству хватает.

– А насколько дорого обходится еда?

– Тут я слабо ориентируюсь, мое дело в супермаркете возить тележ­ку за женой и потом расплатиться.

– Правда, что японцы едят почти одни морепродукты и рис?

– Нет. Это было только до Второй мировой войны. После войны сильно изменился рацион. Намного больше стало мяса, белковой пищи, и это сразу сказалось. Средний рост стариков в Японии – 1 метр 60 сантиметров. А молодежь так пошла в рост! Очень много высоченных подростков. Я сам не очень высок, но еще 20 лет назад чувствовал себя в Токио вполне высоким, а сейчас уже такого нет.

– Вы там все пьете только один подогретый сакэ?

– Абсолютно это не так. Сакэ – это больше такой ритуальный напиток для некоторых церемониальных вещей. Кстати, сакэ – это не рисовая водка, а скорее рисовое вино, так как крепость сакэ 17 градусов.

Японцы намного больше пьют пива, чем сакэ. Ко вкусу пива, конечно, надо привыкнуть. Потому что тут оно в основном кукурузное, а не на основе ячменя, как в Украине. Но вполне симпатичное.

В Японии есть понятие дневных и вечерних цен. Днем в баре кружка пива в 0,5 литра будет стоить примерно 500 иен, 3-4 доллара. А уже вечером в баре вы не найдете пива дешевле 800 иен за кружку, 8 долларов и выше стоит.

Еще японцы пьют немало виски.

Всего несколько лет назад в Токио можно было найти одну известную горилку с медом и перцем. Но что-то изменилось, и теперь в моем городе ее нет.

– У вас такое же засилье китайской продукции, как у нас и во всем мире?

– Да. Почти вся одежда, текстиль, пошита в Китае.

– А машины китайские?

– Нет, нет, это святое. В Японии автопром – это что-то особенное, один из мощных локомотивов экономики. На улицах только японские авто, от иностранных защита на уровне высочайших пошлин. Встречаются, конечно, дорогие немецкие машины, всегда есть люди, которые хотят выпендриться.

– На чем ты ездишь?

– У меня семейная машина «Хонда Степ Вагон».

– Может, глупый вопрос, но просили задать. Как правильно говорить – «Мицубиси» или «Мицубиши»?

– Только «Мицубиси». Как и «суси», а не «суши», как говорят в Украине и России. Только «суси», если вы где-нибудь в Хоккайдо спросите «суши», вас не поймут.

– А ты бывал в украинских, так сказать, японских заведениях, где подают «суси»?

– Японская кухня здесь очень адаптированная. Нетипично для Японии и то, что суси готовят женщины. Считается, что у них теплые руки, поэтому они не могут хорошо лепить рис.

Другой момент. Несколько лет назад мы прилетели в Киев с коллегой-японцем по делу. Зашли в одно заведение. И нам там подают суп мисо так, как в советском общепите подавали «первое» – его принесли отдельно вначале. Японский коллега много смеялся. Дело в том, что в Японии суп мисо не является отдельным блюдом. Его подают к суси или другим блюдам примерно так, как у нас в Украине подают хлеб к столу или даже как солонку и перечницу. А нам его в Киеве дают, как борщ или харчо! Ну и суси, конечно, здесь не того вкуса и даже смысла, как в Японии.

– Существует миф, что в Японии все работают по двадцать часов в сутки шесть дней в неделю, а отпуск всего неделя в году. Это правда?

– Нет. Рабочий день восемь часов, пятидневная рабочая неделя. Но отпуск – да, почти у всех одна неделя в году.

– Еще в советское время я читал в известной книге Всеволода Овчинникова «Ветка сакуры» о корпоративном духе страны – если ты в 20 лет пришел на работу в какую-то «Сони» или «Субару», то всю жизнь там и работаешь, просто поднимаясь по карьерной лестнице, принимая все правила работы, те же 7 дней отпуска. Есть такое сейчас?

– Да, это есть. Как это происходит? При поступлении в корпорацию с тобой заключают контракт на один год. Через год его могут продлить, а могут показать на дверь. Потом контракт еще на год. Но так можно делать только 3 года, по закону. Если 3 года тебе продлевали контракт, то потом у тебя контракт уже бессрочный. И ты уже числишься человеком фирмы, и тебя уже очень сложно уволить. Это настоящие социалистические условия. Выходное пособие, если тебя захотят уволить после трех лет работы, будет в таком случае около годовой зарплаты в стопроцентном размере. Правда, все зависит от фирмы.

Я уже много лет в своей корпорации немного воюю с начальством по поводу отпуска, чтобы немного либерализовать эти правила. Я им объясняю – мне, для того чтобы добраться на родину в Украину, нужно минимум полтора дня. Потом полтора дня добираться назад. Итого из отпуска – недели, которую вы мне даете, – у меня остается только четыре дня! А только одна дорога для меня, жены и двоих детей в Украину и обратно стоит совсем недешево. Руководство вошло в мое положение, я выбил себе право на 3 недели отпуска, но в этом году взял 2 с половиной недели.

Но для этого я стал заниматься проф­союзными делами, я уже три года в этом союзе пробиваю все эти вещи не только для себя, но и для других, не могу с этим мириться. Я работаю больше десяти лет в компании, уже приучил, что меня в этих вопросах лучше не трогать.

С другой стороны, у меня давно, с февраля, запланирована командировка в Европу на одно мероприятие, и дорогу сюда и обратно мне оплачивает фирма. И это минус три дня отпуска. Удалось все совместить, я сейчас возвращаюсь в Голованевск, оттуда уже через столицу еду в Европу по работе.

– Профсоюзы в силе в Японии?

– Да, конечно. Их серьезно поддерживает правительство. Почему? Потому что правительству нужно, чтобы люди тратили больше денег. Когда люди слишком много работают, они не успевают тратить деньги! Не едут в отпуск в японскую глубинку и не тратят там деньги. А в Японии дефляция, плюс у людей слишком много денег на руках, а эти деньги должны идти в оборот, это выгодно для экономики.

– Какая пенсия в Японии?

– Маленькая. Зависит от очень многих условий. От оклада, от того, как долго ты платил взносы в страховую компанию и в пенсионный фонд. Насколько я знаю, примерно 1200-1300 долларов в месяц в основном у людей выходит, для жизни в Токио этого мало.

Я, чтобы когда-то в будущем у всех были пенсии, плачу за всю семью – себя, жену и детей. Это именно пенсионный взнос. Плюс еще я плачу недешевую страховку. Но зато, если, не дай Бог, со мной что-то случится в мои 45 лет, то моя жена и дети будут получать 100 процентов моей нынешней зарплаты 15 лет. То есть до наступления 60 лет.

Пенсионный возраст в Японии – 65 лет, и моя жена, которая не работает, но я плачу за нее в пенсионный фонд, с 65 будет получать пенсию.

– Ты общаешься с другими украинцами в Токио?

– В Токио довольно активная украинская община. В конце мая каждый год у нас проходит марш вышиванок, я почти всегда в нем участвую.

У меня две вышиванки, я купил их в Киеве, одна из них – из Западной Украины, почти столетняя. Я ее редко надеваю. На марш вышиванок приходит немало и русских, и японцев.

– Тебе повезло быть переводчиком встречи президента РФ Бориса Ельцина и премьера Японии Рютаро Хасимото. Как это получилось?

– Я учился японскому языку во Владивостоке в университете и подрабатывал помощником корреспондента японского телеканала NHK, это крупнейший канал, единственный государственный, существует за счет налогов, как BBC в Британии, вещает на весь мир.

И тут планируется встреча Ельцина с Хасимото, та самая, на которой подвыпивший Ельцин говорил «Мы с Рю», довольно слитно сказал, звучало не очень хорошо. Они вместе плыли по Енисею, говорят, Ельцин тогда еще выкинул какого-то охранника за борт. Была у них встреча в Хабаровске. А я уже стажировался в Токио, и меня NHK по старой памяти пригласило помагать с переводом этой встречи. Так что я лично их не видел, но на всю страну переводил.

– Ты даже занимался организацией концертов Бориса Гребенщикова в Японии?

– Относительно. Первый приезд Гребенщикова организовали мои знакомые россияне Коваленин и Смоленский. Были концерты в Киото и Токио. В зал в Токио, рассчитанный на 300 человек, набилось 400. Для Японии это много.

Есть такой товарищ у меня, Джимми Браун, он возил в Японию многих музыкантов. И потом он пригласил уже всю группу «Аквариум». И попросил меня помочь с организационными моментами. Ну и потом мы близко общались с Гребенщиковым и коллегами, даже вместе сидели под сакурой, любовались цветами, в вашей газете это фото ты опубликовал.

Вообще славянские музыка и исполнители в Японии фактически не присутствуют, был лишь феномен группы «Тату», но он быстро ушел, еще быстрее, чем в России.

В Японии миновала эпоха рока, сейчас там все слушают убогую попсу в исполнении девочек со страшно подведенными черными глазами и фиолетовыми или салатными волосами. Девушки в стиле «Аниме», которые еще и случайно поют.

– В Токио жить безопасно? Среди 15 миллионов жителей наверняка есть не самые хорошие?

– Вполне безопасно. Да, есть некоторые районы, где немного выше уровень преступности, я там бываю, но цел, как видишь. Вообще мне кажется, что в моей округе меня считают самым опасным человеком – славянин, с бородой, смотрю нагло!

– Говорят, у вас там дети с 6 лет сами в метро ездят в школу или еще куда.

– Нет. Только с 12 лет дети могут перемещаться самостоятельно, насколько я знаю.

– Законопослушность на высшем уровне?

– Ну, скажем, скорость превышают многие водители. Камеры повсюду, все фиксируется. Но в Японии, как и в Украине, есть такой зазор – плюс 15-20 километров не считается.

А вот выпившим садиться за руль не рекомендуется. Если тебя поймают пьяным за рулем, штраф где-то 3 тысячи долларов в иеновом эквиваленте. Еще по 2 тысячи долларов заплатит каждый пассажир, который едет с тобой, – за то, что не остановил, не сообщил полиции.

– Следишь за новостями, за жизнью в Украине?

– Честно, у меня даже антенны нет, мы не смотрим телевизор. Все видим в Интернете. В основном я смотрю ленту «Фейсбука», еще несколько сайтов, кстати, «Украину-Центр» в Сети читаю.