Валентина Богуш: жизнь, достойная восхищения

14:28
0
310
views

Окончание. Начало в №№ 5, 6

Некоторые ошибочно полагают, что любовь разных эпох и лет отличается. Что представители старшего поколения любили иначе, чем любят современники. На самом деле это чувство – вне времени, оно вечно. Оно одинаково захватывает и пронизывает. И если ваша мама или бабушка не открылись в своих воспоминаниях, это не значит, что они не любили. Валентина Богуш открылась, за что ей огромная признательность.

– Любовь дана для того, чтобы люди эволюционировали, – говорит Валентина Денисовна. – От сильной любви рождаются прекрасные дети. Любовь – это божественный закон. Когда я поняла, что люблю, ехала в троллейбусе, смотрела в окно и видела совсем другой город: более красивый, сказочный, с золотыми фонарями. Я это понимала, но признаться никому не могла. Я перестала бы себя уважать. И я делала вид, что безразлична к нему…

После того как парнишка, который был на двенадцать лет моложе Валентины, в туристическом походе спас жизнь девочкам в то время, когда взрослые мужчины растерялись, что-то внутри девушки екнуло. Валю любил другой парень, но она не отвечала взаимностью. И тут такая ситуация: герой и спасенная им героиня. Любила тихо, никому, тем более ему, не открываясь. Просто носила в себе это чувство. Он ее тоже любил – это было очевидно.

Вдохновленный чувством, молодой человек стал заметно расти внутренне. Много читал, совершенствовал игру на гитаре. Неожиданно проявилась способность сочинять музыку. Парень брал «Литературную газету», находил стихи и тут же подбирал к ним мелодию и пел. Валентина продолжала «воспитывать» молодого человека: давала читать книги, они съездили в Москву, где слушали органную музыку. Однажды весной, вернувшись из похода, парень привез любимой девушке цветы. Но она узнала, что они сорваны на чьей-то даче, и очень обиделась. Решила, что ворованные цветы – причина прекратить отношения.

Но он был настойчив, все время напрашивался в гости. Однажды даже пообещал забраться на памятник, если девушка его не впустит в свою квартиру. Не впустила. Забрался. У них были общие друзья, поэтому в компании встречались часто. Отталкивала его, игнорировала, объясняла, почему они не могут быть вместе, хотя была безумно влюблена. И однажды сдалась, в ней победила влюбленная женщина…

– Это было необыкновенно, – вспоминает Валентина Денисовна. – Когда любишь человека, иначе воспринимаешь его дыхание, тело, прикосновения. Для меня все это было ново. Для него тоже. Это было 24 марта…

Через месяц Валентина поняла, что беременна. В те времена матери-одиночки были не в чести. «Добрая» подруга посоветовала выпить спирта и сесть в горячую ванну. Метод не подействовал. Пошла в больницу на аборт. Оказалось, что он противопоказан по состоянию здоровья: организм не воспринимает лекарственные препараты. Та же подруга рекомендовала сделать подпольный аборт. Но тут пришла телеграмма от сестры, которая все знала. В тексте телеграммы была просьба ничего не предпринимать и обещание помочь вырастить ребенка.

 

Валентина решила сказать любимому человеку, что ждет от него ребенка. Он был безумно рад. Еще бы! Это же самая веская причина наконец-то быть вместе, пожениться. Тут же предложил пойти в «Детский мир» купить что-то будущему малышу. Он полностью отдался своим чувствам, а Валя сопротивлялась. Парень обо всем рассказал своим родителям, те сказали, чтоб женился. Но Валентина продолжала сомневаться…

Срок беременности был четыре с половиной месяца – ровно половина. И заядлая туристка и искательница приключений отправляется в очередной турпоход на Камчатку. Маленькая, худенькая, живота не видно. Казалось, что она слегка поправилась. Все было нормально до того момента, когда Валентина встала у края скалы. Вдруг стало себя жалко, сознание помутилось и она решила броситься со скалы.

Говорит, что неожиданно решила погибнуть, чтобы потом ее именем эту скалу назвали и рассказывали легенду об огромной и несчастной любви. Руководитель группы что-то заподозрил задолго до принятия решения девушки погибнуть. Он все дни не выпускал ее из поля зрения, находился рядом. Когда Валя подошла к краю скалы, он все понял.

Я такого мата в жизни не слышала, – – рассказывает Валентина Денисовна. – Он был даже не трехэтажный. «Что мы тебе сделали? За что ты хочешь нас в тюрьму посадить? Как ты посмела? Мы к тебе так хорошо относимся. Пиши записку, что никто в твоей смерти не виноват, и прыгай с моста. Зачем для этого отправляться на Камчатку?» А я из-за своих чувств не понимала, какую гадость могу сделать этим людям.

До конца похода ее все опекали, чтобы ничего не случилось ни с будущей мамой, ни с ребенком. Днем смеялась, наслаждалась походом, пейзажами, купанием в горячих источниках. А ночью страдала, думая о своем будущем.

Перед родами мама Вали приехала поддержать дочь и помочь ей первое время. Мальчик родился в срок, был здоровеньким и очень славным. Как-то в качестве гостинца отец, зная пристрастия Валентины ко всему необычному, раритетному, принес кусок угля, на котором был отпечаток древнего растения. А мама Валентины строго ему сказала: «Наш мальчик уголь не ест», намекая на то, что ребенка и его мать надо поддерживать материально и хорошо зарабатывать. Тем более что у новоиспеченной мамы пропало молоко, а мальчик стал болеть.

Мама уговорила меня поехать в Украину, – – рассказывает Валентина Денисовна. – Там тепло, много солнца, фрукты-овощи, а значит, витамины. Взяли билеты на самолет и полетели. Действительно, очень были нужны деньги. Также мне помогла сестра: она покупала мохер, передавала мне, а я вязала шапочки и продавала. Это дело так хорошо пошло, что у нас появились деньги на питание ребенка. И у меня, хорошо питавшейся, снова появилось молоко. Я долго кормила сына грудью. А молока было так много, что подкармливала чужих детей.

Когда собралась возвращаться в Кемерово, мама сказала, что не отпустит с Валей ребенка. К тому времени и дед любил внука, привязался к нему. Решила ехать одна. Любимый, но отвергнутый мужчина искал встречи, чтобы поговорить, хотел быть вместе. Но она уже все решила – вместе им не быть.

Чтобы прийти в себя, найти себя, нужно было сходить в поход. И тут друзья собираются взойти на пик Комсомолец и пик Пионер Киргизского хребта, чтобы получить значок альпиниста. Засобиралась с ними, а ее отговаривают, ведь не так много времени прошло после родов. Но не тут-то было! Все получат значки, а она нет? Поехала, взошла и была посвящена в альпинисты.

Сын с родителями в Кировограде, Валентина продолжает работать, но уже стоит вопрос о том, чтобы мать с ребенком были вместе. Любимая работа, отдельная квартира, аспирантура, надежные друзья – от всего этого предстояло отказаться. Но на кону – сын, и это был самый важный аргумент.

Вдруг снова зовут в поход. Не было причин отказываться. Даже если бы и были, заядлая туристка все отметала, только чтобы еще хотя бы раз пойти. Тем более что поход предстоял необыкновенный: звали в Новосибирск, чтобы пройти тропой, по которой еще никто не ходил. То есть быть первопроходцами.

Маршрут был заманчивый – по рудному Алтаю. Это третья категория сложности, а у тамошней группы только пара человек имеют эту категорию. Для усиления новосибирской команды пригласили туристов из Кемерово, имеющих четвертую категорию. Таких оказалось трое, но одного из них – врача – не отпустили с работы, девочку – тоже. А Валентина, работая еще и проявителем по вечерам, в качестве второй зарплаты получала отгулы. Их накопилось достаточное количество для того, чтобы отправиться в поход.

Продуктов было закуплено на троих – тушенка, сгущенка, сухари. Туристка взвалила на себя рюкзак весом 36 килограммов и поехала в Новосибирск, где ее ждала группа из семи человек, и все – мужчины. Сбор был в двухэтажном доме, где молодую женщину встретили не очень приветливо. Отправили на второй этаж, чтоб она оставила там свой рюкзак. Смотрели, как она тащит тяжесть по ступенькам, и даже не предложили помочь. Поднимаясь, услышала за спиной: «Не могли кого-то покрасивее прислать». Она не обиделась, улыбнулась и подумала: вы у меня еще попоете.

Руководитель, по прозвищу Сват, проверил у всех содержимое рюкзаков, лишнее велел выложить, у Вали забрал запасные шаровары и взял себе. (Он был маленького роста.) К точке старта похода ехали на поезде. В вагоне с девушкой никто из группы не разговаривал, демонстративно игнорировали хрупкую туристку, посланную им для усиления. Зато другие пассажиры не отходили от Валентины, которая знала массу интересных историй и умела их рассказывать так, что невозможно наслушаться.

Прибыв на место, семь мужчин и одна девушка надели лыжи и пошли. В первый день все было хорошо. Среди ребят был один новичок. К тому же он был самым молодым – восемнадцатилетний Игорь. Видимо, решив показать новичку все прелести похода сразу, друзья доверили ему, кроме своего рюкзака, нести палатку. А опытная Валя знала, что палатка имеет свойство обледеневать и из четырех килограммов веса превращаться в десять. Ей сразу стало жаль парнишку, но командовать и рекомендовать что-то она не может – субординация, есть руководитель.

Остановились на ночлег. Двое пошли пилить ель для ночлега. Валя, у которой был опыт походов в Заполярье, стала учить их правильно стелить ельник, чтобы спать не на снегу, а на лапах дерева, которые пружинят. У всех были спальники, а у Вали – легче всех. Она пошила его сама. Как-то купила красивый крепдешин на платье, но решила платьем пожертвовать и пошила спальник из практически невесомой ткани, наполнив его пухом из перины.

 

Показала коллегам, как правильно печку разжечь, и принялась готовить еду. Мужчины сказали, что она будет готовить в течение всего похода. Но руководитель заметил, что это неправильно, не может один человек каждое утро просыпаться в пять утра, поэтому будет дежурство. Приготовив еду, Валя всем разделила поровну кашу и мясо, но себе мясо не положила. Сват заметил и предупредил, что так нельзя, что все должны питаться одинаково. Сделала вид, что взяла мясо, но на самом деле отдала его Игорю. Очень уж было жаль парнишку, и Валентина взяла над ним негласное шефство. Кстати, за время похода она ни разу не взяла себе мясо. Отдавала его то одному уставшему и проголодавшемуся туристу, то другому. И каждый во время приема пищи ждал, что именно ему достанется такой лакомый кусок мяса.

На следующий день, как и предполагала Валя, палатка оказалась обледеневшей из-за того, что внутри топилась печка. Вытряхнули немного льда, но тяжесть была внушительная. Девушка взяла из рюкзака Игоря продукты и переложила к себе. Шли друг за другом, парень был замыкающим. Ему было очень тяжело, но он не мог жаловаться. Когда Валентина заметила, что ему совсем невмоготу, намеренно отставала, шла позади него. Руководитель спросил, почему она отстает, и девушка ответила, что ей тяжело. Решили разгрузить ее рюкзак и взяли то, что она забрала у Игоря. И так было все время: только он отстанет, она отстает еще больше. А мужики недовольны, возмущаются: как у тебя может быть четвертая категория, если ты такая слабая? Про себя думала: пусть говорят. Зато я помогаю человеку.

Мороз – минус тридцать, но реки, не очень широкие, не замерзают. Группа шла то по одному берегу, то по другому. Если надо было перей­ти на другой берег, рубили дерево, перекидывали и переходили по стволу. Однажды один из ребят упал в реку. Приняли решение срочно остановиться на дневку, чтобы высушить одежду. Пока отдыхали, случился инцидент. Мужчины ругались матом, не стесняясь женщины. Они к ней привыкли, относились, как к товарищу. Она все понимала, выносила, кроме нецензурной брани. Не выдержала и сказала им об этом. В ответ услышала рекомендации терпеть и приспосабливаться. Сказала, что не станет, и если не прекратят ругаться, она уйдет. Не поверили, думали, что запугивает, а она встала на лыжи и пошла. Руководитель испугался, увидел, что не шутит, и послал за Валентиной Игоря. Велел сказать, что они больше не будут ругаться.

Сначала шли по нехоженой, прокладываемой лыжами тропе и вдруг вышли на места, где хаживали охотники. Увидели охотничий домик и решили отдохнуть. Это была маленькая избушка, два на два метра, с печкой и лежанкой. Когда охотник увидел, что среди здоровых мужиков одна маленькая женщина, он ее пожалел. Дал кусок вяленой медвежатины (это был первый, съеденный Валей кусок мяса, за весь поход) и велел лечь спать на лежанке. Остальные ночевали в палатке. Было установлено дежурство – менялись через час, чтобы поддерживать в печке огонь. Поскольку Валя из домика не выходила, кому-то пришлось просыпаться на дежурство дважды. Утром вышла из избушки, а с ней не разговаривают – обиделись. Они почему-то забыли, что с ними женщина.

Вышли к брошенной электростанции. Вокруг – пустой поселок. По свежевыпавшему снегу идти очень тяжело, и туристы торили лыжню: первый лыжами снег притаптывает, а это очень тяжело, больше пяти минут не выдержать, а остальные за ним уже сколь­зят на лыжах. Торили поочередно, и когда первой шла Валентина, почувствовала, как силы ее покидают. Подумала, что переоценила свои возможности. Устала, упала и сказала: «Пристрелите меня, я больше не могу…»

Видимо, что-то дрогнуло в сердцах суровых мужиков, и они решили остановиться на привал. Развели костер и присели отдох­нуть. Неожиданно к ним подошел старик. Поселок же безлюдный. Как он здесь оказался? Ему было 94 года, и он там жил. Группе осталось пройти 12 километров до села, откуда идет автобус. А старик посоветовал подняться на гору и съехать с другой стороны – так можно сократить расстояние и время. Так и сделали.

В селе магазинов не было, и группа отправила Валентину, как самую коммуникабельную, к людям, чтоб хлеба купила. Зашла в дом, девушку встретила хозяйка и поинтересовалась, откуда взялась гостья в таком виде. Сказала, что с гор спустилась, причем не одна, а с группой.

Как? Туда же никто не ходит. Тем более с гор. Откуда вы? –

Из Новосибирска. Продайте нам хлеб. –

Сколько вас? –

Восемь. –

Сейчас же все ко мне. –

Быстро нажарила огромную сковородку картошки, достала капусту, огурцы, селедку. Братия села за стол и с удовольствием все это съела. Предлагали хозяйке деньги, но она категорически отказалась: «Я отродясь не видела, чтобы к нам с гор пешком приходили».

Дождались автобус и поехали в городок, откуда на поезде можно уехать в Новосибирск. А там жил Сват, руководитель группы. Он пригласил группу к себе домой. Его мать посмотрела на всех, на то, как они выглядят, и решила затопить баню. Первой мыться и париться пошла Валя. Потом мужчины. Когда они вошли в дом, Валентина сидела за столом чистая, свежая, румяная после бани. Что-то в глазах туристов изменилось, и кто-то сказал: «Вы только посмотрите: среди нас, оказывается, женщина была».

В Новосибирске местный туристический клуб пригласил группу в ресторан. Там был сервирован стол, и каждому полагалось по внушительных размеров шницелю. Когда сели есть, вся группа Валентины смотрела на нее и гадала, кому она отдаст свой шницель. Кому-то отдала.

Участникам группы присвоили третью категорию. Все остались довольны. И в течение долгих лет после того похода Валя получала письма от Игоря и отвечала ему. Они долго дружили в письмах, делились новостями и даже несколько раз встречались. Игорь был очень благодарен Валентине за то, что она всю тяжесть похода взяла на себя.

Еще не решившись вернуться в Кировоград, Валентина забрала в Кемерово сына. Мальчику было три с половиной года, когда они вдвоем отдыхали в профилактории.

Однажды Валентина встретила того, кого любила. Он признался: «Если бы ты знала, как это мучительно: лежать в постели с одной, а думать о другой. Это такая каторга!» Она поняла, что и у него, и у нее все по-настоящему. Но что делать? Уже ничего не исправить. Она любила его долгих 47 лет. «Это было помимо меня. Это было заложено кармой, – говорит Валентина Денисовна. – Что я только ни делала, чтобы разлюбить! Что ни делала – болит сердце. Но все разрешилось довольно просто: он не приехал, когда его звали и ждали, тем более он обещал. Мужчина не должен быть таким беспомощным». Она могла тысячу раз выйти замуж, но больше никого не любила и не хотела себя насиловать.

Пришло время уезжать из Кемерово. Ведомственную квартиру надо было освободить. Заказала контейнер, погрузила в него мебель, холодильник и сорок ящиков с книгами. Приехала в Кировоград и в первую очередь поинтересовалась, есть ли в городе туристы-альпинисты. Оказалось, что есть, и это было замечательно. Надо было устраиваться на работу, и отец посоветовал проектный институт. Естественно, специалиста такой квалификации взяли. Когда в ПКИ узнали, что новая сотрудница из Кемерово, несказанно обрадовались. Дело в том, что в Кемеровской области изготавливали запчасти для сеялок «Красная звезда», и никто не хотел ездить так далеко в командировки. А Валентина обрадовалась, что сможет ездить в город, с которым столько связано. На новой работе быстро освоилась. Попала в отдел, который занимался шелкографией. Это чтобы вместо табличек, которые крепили на сеялки, наносить надписи. Трудно было внедрить – завод отказывался. Но со временем преодолели.

Командировок было очень много. Еще бы: испытательные станции сеялок находились в Киевской области, в Подмосковье, возле Волгограда, в Днепропетровске, в Молдавии. Кроме этого, были поездки ближе. Например, в Полтавской области демонстрировали работу американской сеялки John Deere. Наши специалисты «сдирали» ее конструкцию. А как-то для колхоза, которым руководил Гиталов, завод сделал сеялку в единственном экземпляре. Она была прекрасная, но в серийное производство не запускали – слишком дорогостоящая.

Валентина Денисовна в силу своего характера со всеми могла договориться по любому вопросу, вот ее и направляли то на испытание сеялки, которую надо защищать, то в кабинет к какому-нибудь начальнику. Однажды в приемной Желтобрюха (бывший директор завода «Красная звезда») она в течение четырех часов лежала на стульях. Дело было в том, что министерство распорядилось сеялки отправлять только в собранном виде. Конструкторы согласны, понимая, что не в каждом колхозе есть специалисты по сборке, а завод отказывался. Валентине нужна была подпись директора: согласен или не согласен, и почему не согласен. Он ходил по заводу, находил кучу дел, а в кабинет не заходил. Конструктор решила добиться его подписи, чего бы это ни стоило. Сначала сидела в приемной, когда устала – легла на стулья. Но дождалась и подпись получила.

Кроме работы, командировок, каждые выходные Валентина с друзьями ходила в походы: Южный Буг, Мигея, Монастырище. И сына брала с собой – пусть привыкает, оздоровляется, крепнет. Жизнь была активной, насыщенной. Время шло, и приближалась пенсия. Валентина Денисовна много лет была секретарем ВОИРа – отделения Всесоюзного общества изобретателей и рационализаторов. Ей полагались льготы – бесплатный проезд. Но она этим никогда не пользовалась. Как-то подруга посоветовала все-таки воспользоваться и куда-нибудь съездить. Сначала отказывалась, говорила, что уже наездилась, устала. И вдруг – идея! А не поехать ли в Кемерово?

Ехать можно было не просто так, а по веской причине. Словом, нужно задание от руководителя. Спросила, чем может быть интересно Кемерово. А в этом городе был завод пластмасс. И в сеялках есть пластмассовые детали. Так хорошо все сложилось. Получила задание, приехала в Кемерово, встретилась с друзьями. Близкая подруга работала на этом заводе и сказала, что они уже производят пластмассу, которая крепче металла. С удовольствием согласилась помочь, предоставила чертежи и образцы. Словом, задание было выполнено оперативно, и Валентина с друзьями отправилась в тайгу, ходила на байдарках. Море удовольствия.

Приехала в Кировоград счастливая: и задание выполнила, и с друзьями прекрасно время провела. В коридоре института на стенде поместили образцы пластмассы и описание. Все удивляются, благодарят, поздравляют. Все, кроме одной «доброжелательницы», которая пошла к заместителю руководителя (к самому не пошла, так как тот хорошо относился к Валентине) и сказала, что Богуш командировку прогуляла, что ехала не за образцами, а к друзьям, что ехала бесплатно по удостоверению, что надо дни, когда она отсутствовала, считать прогулами. Зам вызвал Валентину к себе. Спросил: это правда? Правда. Но ведь задание выполнено. Заявил, что вынужден принять меры. И «виновница» сказала: «Никаких проблем. Я ухожу из вашего отдела». До пенсии – полтора года, перешла в другой отдел и доработала до 55-ти. Ни дня после в институте не работала.

Прошло три месяца, как Валентина Денисовна пенсионерка, но ей не начисляют пенсию. Папы уже нет, мама получает 55 рублей, сын учится в медучилище. Как жить? Работу найти непросто – времена такие, и предлагают устроиться уборщицей в гематологическую лабораторию областной больницы. Согласилась. Мыла пробирки, стерилизовала инструменты, наводила чистоту в туалете. И делала это очень добросовестно и с удовольствием.

Когда я была школьницей, мы с папой ходили сажать деревца в Ковалевском парке, за филармонией, – – вспоминает Валентина Денисовна. – Мне надо было с лопатой идти в школу, а потом в парк. Я стеснялась и как-то сказала об этом папе. Он говорит: «Валя, никакая работа не позорная. Я, если нужно, буду мыть унитазы». Это на меня так подействовало. Интеллигент, разведчик с таким образованием, и вдруг – унитазы. Я это запомнила на всю жизнь. Поэтому в лаборатории работала на совесть.

Сын поступил в институт, надо было платить за учебу. Где брать деньги? Знакомая предложила сделать загранпаспорт и ездить за границу торговать. Делать нечего. Уволилась из лаборатории, и начались поездки в Польшу, Румынию. За одну поездку заработала на первый семестр сыну. Потом была Молдавия. Потом Одесса, Москва. Мать должна была поддержать сына. Из-за боязни быть беспомощной, бесполезной она придумывала такие предпринимательские ходы, что это не может не удивлять. В Москве ездила в электричке. На одной станции покупала ящик мороженого, переезжала на следующую станцию, где мороженого нет, и там оптом его сдавала. И так несколько раз. Или с подругами покупали в складчину у вьетнамца кожаные куртки и перепродавали их. Зерновой кофе брала ящиками и продавала на вокзале. В Москве надо было где-то жить, и Валентина Денисовна ухаживала за женой поэта Антокольского, которая передвигалась в инвалидной коляске. Параллельно торговала. В Киеве продавала сигареты, складывая копейки, чтобы оплатить учебу сыну. Об этом периоде, когда она рисковала, когда была обманутой, впадала в отчаяние, но находила в себе силы бороться, можно писать бесконечно. Главное – она выдержала.

Сын с третьего курса сам стал зарабатывать на обучение, потом получил образование, диплом врача, состоялся, стал зарабатывать самостоятельно. Валентина Денисовна выдохнула, расслабилась, стала анализировать прожитые годы и пришла к выводу, что все, даже самое плохое, было не просто так. Увлеклась универсологией, учением Блаватской, Рэйки, Су-джок. Спасала людей. Однажды на вокзале женщина упала в обморок. Прохожие вызвали «скорую». А пока она ехала, Валентина Денисовна нашла на ладошке бессознательной женщины нужную точку и стала делать непрямой массаж сердца. И та пришла в себя. Таких примеров много.

Недавний восьмидесятилетний юбилей Валентина Богуш решила отметить в Киеве. Там много друзей и родственников, и гостям из других городов удобнее добираться в столицу. Сын помог организовать праздник, а юбилярша решила сделать гостям сюрприз – станцевать вальс. Попросила сына быть партнером, но он не танцует вальс, и предложил обратиться к его другу. У того тоже с вальсом было не очень, но все сложилось с аргентинским танго. Всего час репетиции, и она блистала и поражала гостей.

Знаете, как проходит обычный день этой потрясающей женщины? С пяти до семи она должна выпить воду – специально «подготовленную». С семи до девяти – позавтракать. В хорошую погоду она с единомышленниками выходит в Ковалевский парк питаться солнцем, делать гимнастику, заниматься скандинавской ходьбой. Она очень активная и жизнерадостная.

Теперь, после того, как мы с ней разворошили прошлое, а значит, все, что скопилось в ящиках и на полках, она намерена «классифицировать память»: разложить фотографии отдельно от документов, дневники отдельно от книг. Не исключено, что там найдется еще очень много интересных и ценных воспоминаний. У нее много друзей, приятелей, знакомых. Наверняка теперь стало еще больше.

Елена Никитина

Елена Никитина

Заместитель главного редактора «УЦ».