О стриптизершах в советских ресторанах и сыне Александра Ильина

12:59
1696
views

Александра Александровна Лобова с 1964-го по 1979 год работала в тресте общественного питания – кондитером, заведующей кондитерским цехом, заведующей столовыми, директором ресторана «Киев». В эти же годы в тресте работал электриком Александр Ильин.

– Внешне он походил на бомжа, – говорит Александра Александровна. – В фуфайке, в фуражке, на ногах ботинки из брезента. И без зубов. Совсем. Хотя и не старый еще. Я когда после его смерти узнала о его баснословных богатствах, то сразу об этих его зубах почему-то вспомнила… Но как только заговоришь с ним, становится понятно, что он человек очень образованный, интересный. А еще он был очень порядочным человеком.

Когда я работала заведующей кондитерским цехом (он находился там, где сейчас сквер воинов-интернационалистов), у нас было очень старое оборудование, каждый день что-то выходило из строя, и мы электрика по два раза в неделю вызывали. Конечно, мы его подкармливали. Да его все подкармливали – он же был единственным электриком на весь трест, обслуживал все столовые, рестораны, комбинаты.

И не пил ни капли. Для треста общественного питания непьющий работник – это не просто редкость была, а что-то удивительное. Он исправит что-то, ему рюмочку нальют, дадут закусить. Он съедал всегда все до последней крошки, а к спиртному никогда не притрагивался.

Тогда мы с ним часто виделись, общались. Я как-то спросила: «Саша, а ты всегда один был?» Он говорит: «Нет, когда я жил в Москве, у меня жена была, и сын в Москве есть». Не знаю, правда ли это, но он так сказал. И я всегда была уверена, что у него есть сын…

Кстати, историю о сыне Ильина, живущем в Москве, мы слышали от его близкого друга Виктора Петракова. В один из последних приездов Виктор Васильевич рассказал, что готовит настоящую сенсацию. И объяснил, что нашел в Москве сына Ильина. Правда, кажется, тогда речь шла о сыне, которого родила кухарка Римских-Корсаковых, когда Ильину было лет пятнадцать-шестнадцать. Но кухарку, как ни странно, не выгнали, не отправили домой, а перевезли к родственникам в Москву. Там она родила мальчика, предположительно, сына Александра Борисовича. Тогда Петраков попросил об этом не писать, мол, он сначала наладит контакт, а потом, может, и привезет сына Ильина в Кировоград. Но теперь, когда всему этому уже не суждено сбыться, писать об этом, наверное, можно. Тем более что московский сын и жена всплыли вдруг в рассказе Александры Александровны Лобовой.

– Потом наш цех снесли, потому что там не было канализации, и мы сливали грязную воду прямо в Ингул. В 1972 году я стала директором ресторана «Киев».

Какой у меня был ресторан! Если б вы только видели. Мы сделали там кабинки, оббили их тканью – разной, у кого что дома было, тот такую ткань и принес. Я туда из дома два старинных тульских самовара отнесла. Цыгане у нас были, я стриптизерш из Москвы выписала.

– Стриптизерш?! Тогда такое можно было?

– А почему нет? Я написала письмо в Москву, и нам прислали стриптизерш, они очень красиво, кстати, танцевали.

Каждый вечер очередь в ресторан на улице стояла. У нас даже вход платный был.

А в 1979 году у меня сильно заболел отец, и мне пришлось уволиться. Я перешла в облпотребсоюз – там у меня было больше свободного времени.

Когда я уже увольнялась, то у нас было какое-то мероприятие в клубе Треста пищевого хозяйства (клуб находился во дворах за теперешним Художественным музеем). Там я встретила Ильина, рассказала, что увольняюсь. Он говорит: «Саш, давай ненадолго ко мне сходим, я хочу тебе подарок сделать». И мы пошли к нему. Я читала, что Ильин, мол, никого к себе в гости не приглашал. Это неправда. Но… знаете, я так помню, что мы зашли в землянку, где все было от пола до потолка завалено книгами. В дальней комнате я видела картины, не на стенах, а просто на полу стояли. Я хотела спросить его, что это, но не успела. Он встал так, чтобы закрыть собой проем двери и говорит: «Саш, только давай договоримся: все, что ты тут увидела, пусть останется между нами». Я говорю: «Хорошо, Саш, между нами». Он вытащил откуда-то книгу и говорит: «Вот, тебе, как кондитеру, пригодится». Это была книга Елены Молоховец «Подарок молодым хозяйкам» 1906 года издания…

Больше я его никогда, кажется, не встречала. И только когда после его смерти прочла в газетах о его несметных богатствах, то поняла, что своими глазами видела часть его уникальной коллекции.

Ольга Степанова, «УЦ».