Потоп отменяется?

14:23
0
634
views

По сообщениям синоптиков, нынешняя зима отметилась рекордом, который не регистрировался с 1961 года. Средняя толщина снежного покрова на полях Кировоградской области составляла от 30 до 40 сантиметров, а в некоторых районах и больше. Это предвещало не менее рекордное наводнение, но мягкое окончание зимы эти опасения свело на нет.

 

Расслабляться не стоит

Тем не менее, начальник Управления по вопросам чрезвычайных ситуаций и гражданской защиты населения горсовета Кропивницкого Сергей Коваленко советует на расслабляться. То, что снега в городе почти не осталось, еще ни о чем не говорит, поскольку «городской» снег значительного влияния на формирование весеннего половодья не оказывает. Главная опасность в другом.

– Сегодня обстановка находится в пределах контролируемых показателей, – говорит С. Коваленко, – но время окончания формирования половодья в нашем регионе приходится на начало апреля, когда грунт полностью отдает воду, находящуюся в замерзшем состоянии. Но самое опасное – это даже не толщина снежного покрова, а совпадение во времени и пространстве нескольких факторов – таких, как температура воздуха, осадки в виде дождя, количество воды в снежном покрове, уровень воды в водохранилищах, расположенных выше по течению, уровень промерзания грунта, транзитные возможности городской гидросистемы для пропуска талых вод.

По данным на 20 февраля, на полях Кропивницкого района, как и в большинстве других районов области, снега практически не осталось, а глубина промерзания настолько незначительна, что вряд ли сможет повлиять на формирование половодья по причине оттаивания. В общем, бояться вроде бы и нечего, но Сергей Николаевич напоминает, что ничего не предвещало беды и в 1980 году: «Наводнение оказалось совершенно непрогнозируемым. Тогда запасы воды в снегу составляли всего от 17 до 40 миллиметров, но резкое повышение температуры на фоне обильных осадков в виде дождя позволило сформировать одно из самых катастрофических наводнений в истории Кировограда. Для этого потребовалось чуть больше суток, а количество воды, проходящей через мерный пост в Кировограде, составляло 182 кубических метра в секунду. Тогда городскому хозяйству был нанесен значительный ущерб, исчисляемый миллионами рублей, затоплено сотни производственных площадок и одна тысяча частных домовладений».

Кстати, во время половодья 1972 года на мерном посту Ингула в черте города, расположенном ниже Михайловского моста, за секунду проносилось 206 кубических метров воды, но и это не предел. Расчеты показывают, что теоретически мы можем «надеяться» на поток воды мощностью до 280 кубических метров за секунду, но, к счастью, не чаще одного раза за сто лет. О разрушительной силе такого потока напоминают половодье 1970 года, когда была разрушена дамба на реке Сугоклее в Горсаду, или самопроизвольное изменение русла Ингула в пределах города во время исторического (и первого зафиксированного в его истории) наводнения 1841 года.

Стоит напомнить, что водосбор рек Ингул и Сугоклея, откуда в основном и формируется весеннее наводнение, составляет в сумме почти тысячу триста квадратных километров, так что даже не особенно значительные осадки на такой большой территории в совокупности с другими «благоприятными» факторами вполне способны направить на город достаточное для потопа количество «вешних вод». И тут возникает другая проблема, которая кроется в практически утерянной транзитной способности городской гидросистемы, состоящей из рек и их притоков.

 

Запомните их имена…

Через Кропивницкий протекают 4 реки – это Ингул, Сугоклея, Бианка и Грузская – и 16 притоков, носящих статус ручьев и потоков. Сергей Коваленко знает их наизусть, но проблема в том, что большинство этих «водоносных сосудов» системы жизнеобеспечения города находятся в так называемом дремлющем состоянии. На самом деле их нет, они исчезли, причем благодаря деятельности людей, предки которых и поселились на этих холмах и балках из-за наличия разветвленной системы поверхностного водоснабжения.

О размере потери можно судить по общей длине притоков – 43 километра, что на десяток километров больше, чем общая длина самих городских рек. К сожалению, ситуация настолько катастрофическая, что даже названия ручьев ничего не говорят большинству населения. Мы просто уничтожили ручьи и потоки с удивительными гидронимами, которыми 250 лет назад их наградили первые жители окрестных хуторов и слобод, – Белый Камень, Созоновка, Мамайка, Мотузянка, Озерный, Злодейский, Кущевский, Лелековский, Чечора, Завадовский, Соколовский, Липовый, Арнаутовский, Горный, Сухая Балка и даже Дурная Балка. Последний очень хорошо характеризует отношение населения к дающим жизнь ручьям и потокам. С непонятным упорством потомки первопроходцев, захватившие берега рек и ручьев в черте города, столетиями засыпали их продуктами жизнедеятельности, мусором, в том числе и строительным. Это привело к тому, что водоток в большинстве ручьев прекратился или они вообще оказались засыпанными, а на месте бывших малых рек люди разбили огороды.

В контексте влияния на формирование половодья это, как говорится, чревато. Дело в том, что русла ручьев и потоков веками служили и для пропуска излишков талых или дождевых вод. Теперь, когда их нет, эти излишки не стекают в реки, а распределяются по поверхности территории, провоцируя подтопления, обводненность или даже заболоченность. Кроме того, половодье способно в прямом смысле пробуждать ручьи, то есть активизировать дремлющие в их недрах источники, что тоже добавляет проблем для и так переполненной водой территории города.

Как обычно, пока гром не грянет, никто не перекрестится, но проблема в том, что городские ручьи и береговые линии не имеют «відповідального балансоутримувача», попросту говоря – управления, отвечающего за состояние и содержание водных систем. То есть хозяина, способного хотя бы начать процесс наведения порядка. Есть другое слово, более цивилизованно характеризующее уничтожение городской гидрологической системы, – «зарегулирование». Это когда на пути водных потоков создаются искусственные преграды.

Совпадение или нет, но первое большое наводнение, которое едва не смыло Елисаветград в 1841 году, случилось как раз после начала процесса «спрямления» Ингула. Но, с другой стороны, благодаря устройству дополнительных гидросооружений, то есть дамб на Сугоклее и Ингуле, в районе Михайловского моста, мы получили возможность влиять на половодье, говорит Сергей Коваленко.

– Для нас критически важно иметь возможность поочередного пропуска паводковых вод при помощи запорных механизмов на гидросооружениях. Кроме того, благодаря углублению русла Ингула практически от центра города до села Первозвановка и сооружению участка параллельного русла для Сугоклеи мы ушли от так называемого эффекта подпирания Ингула водами Сугоклеи в районе Горного поселка. Все это положительно сказывается на прохождении через город талых вод, – отмечает он.

Но, говорят специалисты, угроза наводнения в Кропивницком существует каждый год, поэтому важно не расслабляться, внимательно контролировать ситуацию, а также что-то делать с ручьями, пока не сложились условия для катастрофического наводнения. В этом году нам, кажется, повезло, а как будет в следующем – посмотрим.