Требуется конюх

13:05
0
384
views

Эта тема возникла случайно, мы разговорились, и Анатолий Григорьевич Побигайло без всякого смущения сказал, что работает конюхом, хотя официально его специальность называется «специалист по уходу за лошадьми». Договорились, что он расскажет о своей профессии, и вот я на одном из немногочисленных предприятий, где работают с лошадьми. Это оказалось не просто экскурсией, а грустным погружением в недалекое прошлое, в котором не нашлось места для этих умных и благородных животных.

 

Лошадиный геноцид

Многих после прочтения книги о приключениях Гулливера и его путешествии в страну гуигнгмов, то есть лошадей, занимающих господствующее положение по сравнению с еху, то есть людьми, не покидает ощущение, что лошади и в самом деле намного умнее, чем мы о них думаем. В этом не сомневается и Виктория Вичирко, с 1988 года мастер спорта по конному спорту, занимающаяся с лошадьми с самого детства.

Когда-то, до конца 90-х годов прошлого столетия, в Кировоградской области существовали два конных завода – александрийский и онуфриевский и больше десяти племенных конеферм, которые занимались разведением английской чистокровной верховой породы, одной из лучших в мире. В Александрии вырос рыжий конь по кличке Рух – чемпион СССР. Там воспитался и чемпион Олимпийских игр в Токио Ихор. К созданию этого конезавода, где разводили украинскую верховую породу, был причастен сам Семен Буденный. Говорят, что его конь жил там на пенсии. Конефермы были в Липняжке, Юрьевке, Добровеличковке, Компанеевке, Соколовском, Новоукраинке, и работа там велась очень серьезная. На ипподроме в Кировограде ежегодно проходили скачки, во время которых, можно сказать, отбирался материал для улучшения породы, намечались пути развития отрасли, производился отбор лошадей для спорта или разведения. Даже на самой маленькой конеферме держали по 200 – 300 голов, а на конезаводах – в разы больше. Сюда часто приезжали иностранцы и с удовольствием покупали наших лошадей. Платили валютой, и казалось, что с появлением частного предпринимательства отрасль получит импульс к развитию. Но на самом деле получилось наоборот, и предприниматели, любители лошадей, просто спасали от гибели тех коней, которых успевали выхватить в реформированных колхозах или КСП.

С утверждением независимости Украины иностранцы перестали приезжать. Они реально начали бояться новых и непонятных условий, но вместо того, чтобы заняться маркетингом и рекламой, бывшие «головы» по привычке ждали покупателей, надеясь, что те никуда не денутся. А когда покупатели исчезли, лошади стали ненужными, их начали считать дармоедами, перестали заниматься улучшением породы, а главное – прекратили сеять и выращивать корма для лошадей, заняв площади более выгодным подсолнечником. Виктория Владимировна вздыхает: «І що зробили з конями? Весь цей генофонд шикарний, усіх цих чемпіонів, які вигравали перегони, рекордсменів, які брали участь у республіканських змаганнях, усіх їх пустили на м’ясо»…

Избавившись от контроля со стороны государства, новые собственники, а на самом деле те же «головы», самолично принимали решение о нерентабельности направления, а «еху» молча соглашались. Кстати, первым хозяйством, где лошадей вырезали, стало Соколовское. Этот лошадиный геноцид случился в 1998-1999 годах, когда под нож попало практически все поголовье лошадей в области, в том числе и уникальной породы тяжеловозов, которых разводили в Созоновке. Когда стали думать, что «лошади – это не только спорт, но и 200–300 килограммов легкоусвояемого мяса», нож не пощадил никого. И ничего нельзя было сделать, поскольку никто не мог заставить держать убыточное направление, а за копеечную дотацию, которую могли получить коневоды, больше издевались проверяющие, чем можно было получить пользы.

Конный спорт утратил государственную поддержку, ее нет и сейчас. Выручают спонсоры, тот же известный Онищенко, который будто бы несколько последних лет провел за границей на конных соревнованиях. Не стану вникать, что там с политикой, но специалисты говорят, что он действительно очень много сделал для поддержания конного спорта и организации поездок наших спортсменов на зарубежные соревнования. Кстати, когда он подготовил целую группу спортсменов в Украине, выделяя на это деньги, они просто бросили все и уехали выступать в Европу.

Душевные животные

Те, кто постоянно находится возле лошадей, говорят, что возле них легче дышится. Все «негаразди» отходят на второй план, когда возле тебя такое большое, теплое и доброе животное, и оно это понимает. Считается, что по развитию интеллекта они занимают пятое место в животном мире, а вот собаки находятся на девятом месте. Лошади очень хорошо понимают характер человека и плохих людей просто не подпускают. Они чувствуют, когда приходят люди с угощением, подходят и здороваются, лазают по карманам, стараются получить корм. Они могут принимать решения, легко находят бреши, где можно незаметно уйти со двора. Знают, когда можно прийти к человеку за порцией доброты, не любят лечиться и издалека чувствуют ветврачей, даже без халатов, стараются спрятаться.

В табуне существует строгая иерархия, причем главная здесь кобыла, которую табун каким-то образом выбирает, а не жеребец. Она водит табун, а охраняют его мерины, т.е. жеребцы, которые утратили репродуктивные способности. Ночью они смело идут в атаку на непрошенных гостей – людей или собак, сгоняя свой табун в круг и никого не подпуская. Не дай Бог попасть под «горячее копыто» животного весом почти в тонну!

Несмотря на внушительные размеры, лошади впечатлительные. Если услышат неожиданный резкий звук или шум, они пугаются. По этой причине к ним нельзя подходить сзади – испугавшись, лошадь может лягнуть, но не со зла. Чтобы этого не случилось, лошадь надо окликнуть. Кстати, благодаря устройству глаз конь видит на 180 градусов.

Кони очень хорошо чувствуют где хорошая, а где плохая дорога, и всегда выбирают хорошую. Неплохо ориентируются, чувствуют, где находится дом, но иногда могут и потеряться. Они понимают, чего от них хотят люди. Когда конь согласен, он делает все возможное. Например, когда тяжеловозу (может везти несколько тонн. – Авт.) надо вытащить на крутую гору воз с мокрой травой, он может становиться даже на передние колени, чтобы было лучше тащить, и везет телегу, выкладываясь на «все сто». Виктория Вичирко помнит случай, когда конь смог тянуть автомобиль с заклиненными колесами, потому что понимал, как это нужно.

Лошади при хорошем уходе живут до 30 лет. Есть и долгожители. В прошлом году умер конь по кличке Лаврик, которому исполнилось 34 года. Кобылы остаются репродуктивными до преклонного возраста – лет до 25-ти. Они стареют, как и люди, – седеют, опускается спина, худеют. Чувствуют приближение конца. Одна лошадь, больная раком, в последние дни уходила в поле и подолгу стояла, всматриваясь вдаль, будто хотела насмотреться. Они чувствуют, когда о них говорят как о потенциальных клиентах на мясокомбинат, – становятся грустными, опускают голову и могут плакать.

В разговоре выяснилось, что и вправду, лошади спят стоя, поочередно поджимая ноги. Им тяжело лежать, потому что у них очень большие внутренние органы. Маленькие жеребята спят, как дети, – лежа и много. Лошади влюбляются, привязываются друг к другу, но, если нет любви, они не подпускают. По характеру они тоже разные – простодушные, хитрые, ленивые, скромные или наглые. Последние первыми попадают к кормушкам. Лошади слушаются «своих» собак, которые по команде конюхов их загоняют, но не дай Бог им попадется незнакомая собака – немедленно идут в атаку и прогоняют.

При своих размерах они очень хрупкие, как говорят, «вутлі». Лошади болеют, даже кариесом. Конюх это видит по тому, как лошадь плохо ест или пьет холодную воду. В таких случаях воду подогревают и вызывают доктора. Они не переносят несвежих, тем более испорченных продуктов, требуют много чистой воды. Лошади должны постоянно пастись, постоянно двигаться, потому что без движения у них останавливается желудок и атрофируются мышцы. Холода не боятся, хотя в мороз едят больше, но не выносят сырости и сквозняков, а также содержания с другими домашними животными – болеют от запаха аммиака. Их нельзя держать в маленьких помещениях и в навозной грязи – пропадают копыта. Особенно вредно содержать лошадей на бетонном полу, у них начинают болеть суставы, и кони «падают на ноги».

Лошадям нужны постоянный уход и строгий рацион питания – от 3 до 6 раз на день. Любят сено и даже солому, поэтому могут съесть соломенные подстилки, несмотря на наличие корма. Любят яблоки, морковку, бублики, сахар, халву, капусту, бурячок. Они могут отравиться плохой травой, особенно весенней, первой, которая появилась где-то под забором, но в то же время, если в сено попадает стекло или даже иголки, лошадь сено съест, а стекло и иголки останутся. Они не переносят запаха табака и алкоголя. Кони очень любопытные и осторожные, долго могут рассматривать неизвестный предмет типа полиэтиленового пакета, покуда кто-то посмелей не убедится в его безопасности. Потом могут играть, поскольку вообще любят игрушки, особенно мячи – бьют их ногами. Вредным характером отличаются пони, они никого не слушают и ведут себя, как бомжи, – любят отбросы и прогоняют конкурентов. Не жалеют зеленых насаждений и объедают даже клумбы – настоящие хулиганы.

Жеребцы – самовлюбленные. Они любят только себя и в этом очень похожи на некоторых представителей сильной половины человечества. Им хочется только есть, пить, гулять и заигрывать с кобылами. Жеребята веселые и игривые, как дети. Но жеребцы в воспитании потомства участия не принимают. Абсолютные эгоисты, при этом в табуне их не принимают и могут запросто убить сами же кобылы и мерины. Поэтому они живут отдельно, пока кобылы не изъявляют готовности к любви. Если нет возможности держать жеребцов отдельно от кобыл, то на некоторых особенно активных жеребцах от укусов и ударов нет живого места.

Они знают людей, тех, кто за ними ухаживает, откликаются на зов, но вот преданности на всю жизнь одному человеку не демонстрируют.

Последние из могикан

Лошадь – действительно особенное животное, и уход за ней требует и знаний, и терпения, а больше всего – любви. И денег. Лошади – достаточно дорогое удовольствие, нужно около сотни долларов в месяц только на питание, не считая содержания, оздоровления, лечения, амуниции и экипировки всадника. Работать с лошадьми могут только люди, выросшие с ними, знающие их с детства. Когда-то конюшни были в каждом селе, и хороший конюх жил с ними, в полном значении этого слова, называя лошадей своими детьми, ведь им приходилось принимать роды и выхаживать жеребят. Сельские дети тоже приучались к коням с детства, поэтому раньше проблем с конюхами и не было. Сейчас настоящие конюхи уже постарели, а работники конезаводов помоложе уехали за границу. Конюхов не готовят в учебных заведениях, а единственное в Союзе училище возле Воронежа или закрылось, или сменило профиль.

Получается, что кони фактически предоставлены сами себе, и хорошо, если человек, помнящий свое детство, захочет его вернуть хотя бы после выхода на пенсию. Как Анатолий Григорьевич Побигайло, который всю жизнь проработал водителем-дальнобойщиком, а на пенсии вернулся к лошадям, к которым привык еще в своем сельско-колхозном детстве:

– З конями працювати добре, просто треба їх любити. Треба їх напувати, давати зерно чи сіно. Он ті, бачите, уже поїли, стоять, ще чогось чекають. Робота моя починається з четвертої ранку, тому я тут і ночую, є своя кімната. Спочатку вичищаємо стійла, потім напуваємо, потім сніданок, після коней – снідаємо самі (сміється). Потім готуємо до обіду, підчищаємо, виводимо коней на манеж. Вони вже знають, це обов’язково. Гукнеш, а вони й виходять. Ввечері, з семи до восьми, теж така управка з ними. Потім відпочинок до чотирьох ранку. Під час відпочинку вони ходять, сплять стоячи, для них це звично, буває, що й на поводу дрімають. Ми їх усіх знаємо. Ось Аврора, ось Леся. Он Зефірчик, поні, поряд Тучка. І вони мене знають. Коней треба любить. Я їх знаю з дитинства, мої батько та дядько були конюхами. Дядько працював, де зараз поліклініка на Салганах (шахтарська лікарня СМСЧ-19. – Авт.), там у війну були конюшні. Він завдяки коням і вижив, і все життя працював конюхом. Оце й я на пенсії захотів до коней. Я до них і балакаю, і вони розуміють, буває, й прикрикну, але карати їх не треба. Тільки ласка. Мені друга робота не підходить. Я ще в дитинстві їздив кіньми по три кілометри в школу в будь-яку непогодь. Зараз я б на ці гроші знайшов місце в охрані, нічого не робить, але це не для мене.

Конечно, работа конюхом специфическая, даже из-за запаха, но этот запах легче, чем возле свинофермы или коровников: «Знаєте, чого цигани люблять коней? Бо вони пахнуть, як коні, значить, у коней людський запах. От коні циганів і не бояться». Вот такая интересная теория. Анатолий уверен, что лошади еще не сказали своего последнего слова, потому даже при наличии техники без коня не обойтись, особенно в селе – конь пройдет в любую погоду там, где не пройдет ни машина, ни трактор.

А если вспомнить, что кони просто незаменимы в вопросах воспитания в детях любви к животным и физическому труду, то их разведение должно выходить на уровень государственных программ или региональных, где уход за лошадьми можно сделать хотя бы факультативным предметом в школьной программе. Когда-то «железный конь пришел на смену крестьянской лошадке», а сейчас, в эпоху массовой автоматизации и компьютеризации, именно лошадь поможет нам не потерять человеческую сущность.

Сергей Полулях, фото Павла Волошина, «УЦ».