Бельмо на Кошачьем глазу

10:17
459
views

Наконец-то начался наш сезон дождей, который должен восстановить водный баланс в иссушенной длительным зноем природе. Но может оказаться, что осенние осадки запоздали, и высохшие за лето реки, ручьи и озера водой так и не наполнятся. Одно из них, Кошачий глаз, – рукотворное озеро в Лесопарковой, любимое место отдыха многих жителей Кропивницкого.

 

«УЦ» регулярно поднимает тему этой рекреационной зоны, но проблематика в основном касалась бесконтрольного строительства на берегу водоема. Каждому, имеющему деньги, хотелось жить поближе к природе, но в этом году природа ответила своим обидчикам так, как это умеет делать она одна, – Кошачий глаз просто пересох! Или из него ушла вся вода. Версий может быть несколько, но после нашей экскурсии в окрестностях стало ясно, что мы имеем место с системным уничтожением целого каскада водоемов и последним в этой цепи озер как раз и является наш объект исследования.

Сейчас Кошачий глаз больше напоминает бельмо – практически все дно, покрытое белесоватой высохшей тиной, оказалось на виду, а вода стоит только в канаве, не так давно прорытой по периметру. По самой дамбе идет дорога, ведущая к «Царскому селу», поселку, состоящему из построенных по-богатому домов, которые появились здесь за последние 20-25 лет. Со стороны поселка берег озера превращен в настоящую набережную, с новенькой детской площадкой включительно, которую подарили жителям живущие по соседству меценаты. Они же попробовали углубить дно и укрепить дамбу бетонными панелями, поставленными вертикально, но видно, что работу не закончили, некоторые панели не закреплены.

По следам воды, хорошо заметным как раз по дамбе, видно, что уровень упал не меньше, чем на полтора метра. Рыболов, приспособившийся рыбачить на остатках озера, знает это место больше полувека:

– Кошачьим глазом это озеро прозвали сами люди, потому что оно круглое и маленькое. Вода сюда поступала с противоположной стороны, со стороны Солдатских ставков, там была целая цепочка озер, а перетекала дальше по руслу вот здесь, где начинается дамба, и потом попадала в Ингул на Лелековке. Здесь всегда было неглубоко, где-то по грудь, возле дамбы поглубже, а на дне было по колено тины и ила. Летом водоем всегда немножко мелел, но, чтобы вот так – впервые.

Особенно сильно уровень воды стал падать в последние три года, когда экскаватором делали эту канаву вдоль дамбы. Возможно, этим нарушили дно, и вода стала уходить под дамбой? Я помню это место с 1967 года, когда плотина уже была, а застройки еще не было. Не было тогда и зарослей камыша. Говорят, что пересох и Солдатский ставок. Там, выше по течению, есть криница, люди расчистили родничок, приезжают сюда за водой, но он очень слабый, чтобы наполнить это озеро.

Об истории создания этого каскада озер нам рассказал начальник Управления чрезвычайных ситуаций и гражданской защиты городского совета Кропивницкого Сергей Коваленко. По его информации, озера здесь возникли в середине 60-х годов, когда на месте песчаных карьеров несколькими дамбами перегородили русло Лелековского ручья, а окрестности засадили саженцами сосны. Длина самого ручья составляла около двух с половиной километров, но после вмешательства человека он практически полностью оказался зарегулированным, т.е. превратился в каскад из нескольких водоемов, но их нельзя путать с Лелековским водохранилищем, поскольку оно создано на Ингуле. Когда строили Холодноярскую улицу (Московскую), ее значительно подняли и при этом перерезали сам ручей, но проложили для него трубу под дорогой. Правда, воды в оставшейся части русла ручья большую часть года нет, да и сам он находится в так называемом дремлющем состоянии. То есть активизируется только во время весеннего половодья.

Эта информация важна в разрезе описания жизнедеятельности всего каскада, состоящего из нескольких озер, расположенных вверх по течению. Ситуация практически тождественна каскаду ставков и водохранилищ, созданных по течению Ингула выше Кропивницкого. Сергей Коваленко говорит, что система ставков или водохранилищ может положительно влиять на само русло реки или ручья только в случае правильного водопользования, то есть наличия постоянного перетока воды из водоема в водоем. На примере Ингула видно, что, когда этот процесс нарушился, т.е. хозяева водоемов стали самостоятельно перекрывать водоток, чтобы держать уровень СВОЕГО ставка, произошло стремительное заполнение русла реки растительностью, которая, в свою очередь, спровоцировала ускоренное заиливание и практически исчезновение самого Ингула – от истока до городского водохранилища. То же саме мы можем наблюдать и в случае с исчезновением Кошачьего глаза.

В прошлый вторник мы прошли пешком вдоль всего каскада озер, расположенных в длинном яру, в бывших песчаных карьерах. Сразу за Кошачьим глазом начинаются непроглядные заросли камышей, тянущиеся в балке. Где-то здесь когда-то бежал ручей, но рассмотреть его следы сейчас невозможно, в том числе и из-за сплошной застройки – подход к берегу в районе переулка Гайдмацкий наглухо перекрывает металлический забор. Правда, чуть дальше находим узенький проход между заборами и протискиваемся на берег. Вскоре обнаруживаем первые признаки воды, вернее, настоящее рукотворное лесное озеро диаметром около 20-ти метров. Можно предположить, что именно это озерцо, «маленькое и круглое», как говорил рыболов, и называлось Кошачьим глазом, а позже название перешло на другое озеро, которое всегда было на виду. Но, судя по всему, рыбы в нем нет, поскольку оно полностью покрыто тиной. Она похожа на пену, поднявшуюся в жару со дна. Вытока воды в сторону Кошачьего глаза нет, но зато сверху впадает тоненький ручеек, который питает это озерцо.

Дальше опять идет балка, наглухо заросшая камышом, возможно, скрывающим остатки очередного озера. Как-то исподволь появляется наезженная дорога вдоль зарослей камыша, которая сворачивает на очередную дамбу, в конце которой добрые люди оборудовали два родничка, построили над ними небольшие деревянные срубы в виде домиков, а водотоки выложили камнем. Упавший желтый лист едва обозначает движение воды, но дальше ручейки прячутся в непроходимых джунглях. Видимо, этой воды как раз и хватает для лесного озерца, но до Кошачьего глаза она уже не доходит.

По другую сторону дамбы видим такие же непроходимые заросли, среди них можно рассмотреть остатки еще одного озера из Лелековского каскада или, вернее сказать, лужи, которая осталась от озера. Проходим вдоль него и видим, что дорога уже достаточно заросла порослью, а местами превращена в свалку. Люди давно утратили интерес к гибнущим озерам, поэтому пройти дальше почти невозможно – надо продираться сквозь заросли. Их приходится обходить по гребню балки, где есть уже асфальтированная дорога, ведущая к садовому кооперативу «Аграрник». Возле него мы наконец-то видим конечную цель путешествия – большой ставок, который назвали Солдатским. Но и он не обрадовал, поскольку тоже основательно пересох – вода отступила от берега на несколько метров. Осматриваем нижнюю часть ставка и видим, что из него тоже нет стока. Получается, что бывший каскад озер, связанных когда-то между собой руслом ручья, через который вода перетекала из озера в озеро, превратился в отдельные, полностью заиленные и заросшие растительностью водоемы. Впрочем, водоемами их считать уже нельзя.

Наверное, отсутствие притока воды в Кошачий глаз можно считать одной из причин его пересыхания. Возможно, часть воды уходит из-за нарушения целостности дамбы, хотя это вряд ли. За ней со стороны поселка находится огород, лежащий значительно ниже уровня Кошачьго глаза, и признаков затопления на нем не наблюдается. Не могла вода уйти и в месте естественного перетока, потому что его практически нет. Возможно, утечка и есть где-то под дамбой, но среди зарослей в балке ничего разобрать нельзя. Скорее всего, причины пересыхания Кошачьего глаза надо искать в общей болезни водоемов, лишенных человеческого «піклування».

Понятное дело, свою роль сыграла и засуха, практически бездождевая осень, но, если бы оставалась подпитка сверху, такой катастрофы не было бы. Сейчас хорошо видно, что главная причина уменьшения объема воды – тотальное заиливание не только Кошачьего глаза, но и всего каскада. И этому есть вполне научное объяснение от доцента кафедры географии и геоэкологии ЦУГПУ Ольга Гелевери:

– Будь-який ставок, будь-яке водосховище з часом перетворюється на болото. Якщо тече річка, вона постійно заглиблює русло, відбувається ерозія вглибину, тобто поглиблення ерозійного врізу русла. Річка його постійно розмиває і цим збільшує глибину ерозійного врізу, який перетинає підземні водоносні горизонти, за рахунок чого поповнюється сама річка.

Якщо ми зробили водосховище чи ставок, він із часом замулюється за рахунок відмирання рослинності, процес замулення щороку пришвидшується. Якщо перші 10-20 років процес замулення повільний, то потім він відбувається в геометричній прогресії. З‘являється все більше рослинності, яка відмирає та лягає на дно, затримуючи змиви грунтів з околиць, чим постійно зменшується глибина, збільшується випаровування. Окрім того, зменшується ерозійний вріз, тобто зменшується живлення підземними водами. До того ж рослинність теж випаровує воду, а за рахунок перелічених факторів, зменшує об’єм самого ставка. Якщо немає проточності – у цьому проблема. Плюс на це місце впливає й забудова, яка перекриває шлях до озера дощовим і талим водам. Але ситуацію ще можна виправити. Наприклад, в Європі демонтували 3 тисячі гребель і відновили природний стан водойм. Якщо взяти окремий ставок, якщо він дуже потрібний, то його необхідно спустити, вичистити від мулу, щоб дістатися до водоносних горизонтів, тобто відновити первісний стан.

В принципе, все ясно, но, кроме конкретных причин, негативно воздействующих на Лелековский озерный каскад, есть еще одна – административного и управленческого характера. Эти озера исчезали или погибали не один десяток лет, покуда процесс не приобрел необратимый характер, и я очень сомневаюсь, что за все это время здесь ступала нога чиновника или эколога, которым положено контролировать и вносить коррективы в жизнь водной системы города. Ведь и в самом городе нет структуры, прямо отвечающей за состояние водных артерий. Есть какие угодно управления и департаменты, создаются новые, но нет департамента, прямо отвечающего за городские ручьи, озера или реки. С деньгами, штатом, а главное – с полномочиями и программой.

Вот, казалось бы, природа сама позаботилась о необходимости чистки Кошачьего глаза – вода ушла, и самое время очистить дно от ила, открыть водоносные горизонты, мы уже не говорим о расчистке других озер каскада и русла ручья. Но этим никто не занимается и не думает заниматься. Вполне может статься, что после реконструкции набережной Ингула, мы будем любоваться высохшим руслом реки, как сейчас любуемся с новенькой набережной дном высохшего Кошачьего глаза.

Сергей Полулях, «УЦ».