Белые птицы в февральском небе

13:13
897
views

Все, кто был на Мемориале «Хащеватская трагедия», согласятся: там трудно найти нужные слова. Там хочется молчать. Молчать, читая фамилии семей, истребленных приспешниками фашистов, считая (поневоле) количество убиенных детей, наблюдая слезы пришедших, утирая свои слезы, слушая, что говорят люди…

Позволю себе вольность для журналиста – высказаться лично от себя. Когда мы, приехавшие на мемориал по приглашению Ефима Мармера, одного из инициаторов и создателей этого памятного места, после митинга сели в автобус, мы молчали. Не потому, что нечего было сказать, а потому, что эмоции, которые мы там испытали, не могут вложиться ни в какие слова. Я только там (в этом потом призналась) по-иному поняла значение Минуты молчания. Просто в эти шестьдесят секунд нам предлагают переосмыслить то, о чем мы молчим. Чаще всего в это время мы ни о чем не думаем, мы просто скорбим, испытывая непонимание (абсолютно естественное) причин случившегося. Беда в том, что для переосмысливания Хащеватской трагедии шестидесяти секунд очень и очень мало.

По неписаному

Каждый год 16 февраля и 9 Мая в село Хащеватое Гайворонского района Кировоградщины съезжаются не только те, чьи предки были расстреляны здесь, в глиняном карьере, уже 75 лет назад, но все, кто проникся масштабами той трагедии и пониманием того, что она не должна повториться. Больше тысячи евреев из одного местечка…

Люди приходили и приезжали. Евреи и украинцы, россияне и болгары, представители других национальностей – они были здесь, чтобы почтить память невинно убиенных. Людей было много: простых жителей окрестностей и официальных лиц. Все они говорили так нестандартно, так неофициально. Такое редко услышишь.

Тон мероприятия задали ученики хащеватской школы. Впрочем, как всегда. Директор Елена Вдовиченко много лет воспитывает в ребятах самый настоящий патриотизм. Не тот, что записан в формулярах, а основанный на истории родного села, своей страны. Стихи, прочитанные ребятами, проникали в души и сердца присутствующих. Простите за шаблоны, но это было действительно так. Слезы утирали все, кто был на мемориале в этот зимний день.

Потом выступали официальные лица. Было опасение, что все будет стандартно. Но в день семидесятипятилетия трагедии выступающие были настолько искренними, что казалось, речи им никто не писал, и они этого не просили и говорили то, что чувствовали.

Губернатор Кировоградщины Сергей Кузьменко заметно волновался. Казалось бы – протокольное мероприятие. Но нет! «Мы должны знать историю, помнить ее, рассказывать ее нашим детям, чтобы такое больше никогда не повторилось. К сожалению, Кировоградщина не стала исключением в этой тяжелой истории, ведь практически на каждой территории, где были фашисты, есть места, на которых они делали свое черное дело. Хащеватое – одна из самых больших трагедий нашей области. На земле, призванной давать жизнь, произошло массовое убийство – больше тысячи человек. Немало слез здесь пролито, немало слов сказано. Только наша память сможет не допустить повторения такой трагедии», – сказал Сергей Анатольевич.

Губернатор от имени областной власти поблагодарил директора хащеватской школы Елену Вдовиченко за достойное воспитание подрастающего поколения и вручил ей почетный знак «За заслуги» ІІ степени. Елена Михайловна, в свою очередь, отметила, что это награда всему патриотично настроенному коллективу школы и всем тем, кто ежегодно приезжает в Хащеватое почтить память погибших. «Мы из поколения в поколение будем передавать опыт, информацию, которую имеем», – пообещала директор школы.

Представитель Посольства Израиля в Украине Павел Бреннер поблагодарил присутствующих за то, что они хранят память о людях, которых убили только за то, что они были евреями. «Жизнь сложилась так, что они родились и умерли евреями. Мы надеемся, что эта память сохранится на долгие годы, многие поколения», – сказал гость из Израиля.

Американец и одессит Леонард Лидберг проникновенно прочитал стихотворение Маргариты Алигер «Мы – евреи». А Ефим Мармер напомнил всем о том, что израильский писатель Амос Оз предупредил: прививка Холокоста и Второй мировой войны закончилась за семьдесят лет. Если мы сейчас не привьемся, если этот мемориал не станет прививкой, может случиться непоправимое. «Один из узников Освенцима сказал: «Есть на свете вещь, которая страшнее, чем Освенцим. Это если люди забудут о том, что такое место существовало». То же самое и здесь. Для меня нет ничего страшнее, чем узнать когда-нибудь, что люди забыли о Хащеватской трагедии и об этом мемориале», – сказал Ефим Леонидович.

Главный режиссер театра имени Кропивницкого Евгений Курман акцентировал внимание на том, что все, кто пришел в этот день к мемориалу, имеют право называться людьми. «К сожалению, в последнее время количество существ, которые не имеют права называться людьми, растет, – сказал Евгений Васильевич. – На таблицах возле фамилии каждой погибшей семьи указано количество убитых детей. Я рад, что сегодня здесь много детей. Этот мир пока что не ваш, вы его для себя только открываете. Но придет время, когда мир станет вашим. Знайте, что война – это время, когда проявляется самое плохое, когда человек перестает быть человеком. Именно поэтому нельзя допускать начала войны. А если это произошло, нужно немедленно заканчивать».

Евгений Курман поблагодарил всех за человечность, искренность и память. А еще он сказал, что погибшие в Хащеватом семьдесят пять лет назад слышат всех, кто сегодня пришел сюда и говорит. Именно в этот момент над мемориалом пролетела стая белых птиц. Стая! Белых птиц! В середине февраля! Они услышали…

Спасибо всем…

Во время митинга часто вспоминали меценатов, благодаря которым стало возможным создание Мемориала «Хащеватская трагедия». Звучали даже стихи в их честь: «Вы создали мемориал. Храните память, это важно. Мир о трагедии узнал, И это помнить должен каждый». Их, меценатов, не так много, но они это делали искренне, от души и во имя памяти о людях, погибших тут. Меценаты живут в разных уголках мира, но их объединила память. Она же и зовет их ежегодно в Хащеватое.

У них разные личные истории. Одессит Михаил Жибков в комментариях «УЦ» рассказал о своей семье:

– Мы не какие-то герои, мы сделали то, что должны были. Я не имею прямого отношения к Хащеватому, родился в Гайвороне. Мой отец был очень образованным человеком, работал корректором в газете, окончил еврейскую школу и техническое училище до войны, знал в совершенстве несколько языков. Вся его первая семья была расстреляна. Причем жену, сына и родителей добивали палками в Буге. А сестра моя Лена спаслась – ее приютила украинская семья.

Первого мужа моей матери убили 21-го июня во время бомбежки. А 24-го июня родился мой брат. Мать была в эвакуации, а когда вернулась, была первой учительницей Лены. Отец вернулся с войны в конце 45-го. И так получилось, что отец с матерью сошлись, я – послевоенное дитя их обоих. Таких семей очень много – и в Гайвороне, и в Хащеватом, и по всей Украине.

Почему я приезжаю 16 февраля в Хащеватое? Я не могу не приехать. Маленькое село, я помогаю и селу, и школе. Надо отдать должное директору школы Елене Вдовиченко. Как правильно она воспитывает детей! Я во всем буду ей помогать.

А близких Бориса Ташлыцкого спасла прабабушка его друга Леонарда Лидберга. Каждый из меценатов мемориала связан с этим местом кровно.

Но есть человек, для которого мемориал стал очень важной составляющей его жизни не по крови, а по сути этого человека – настоящего мужчины. Виктор Бевзенко – руководитель строительства мемориала, продолжающий облагораживать его территорию, в принципе хранитель этого памятного места. Ему досталось по жизни – был ликвидатором аварии на ЧАЭС, побывал в самом пекле. Наверное, поэтому он знает цену жизни.

– Я рос вместе с хащеватскими евреями. Из двадцати восьми человек в классе восемнадцать были евреями. Для меня это были друзья, в Хащеватом по национальности людей не делили. Больше половины преподавателей были евреями, которые прививали нам знания. Мы с благодарностью их вспоминаем. Жизнь сложилась так, что все уехали в разные страны, но 9 Мая все съезжаются, мы встречаемся, многие у меня дома остаются ночевать.

Есть евреи Гайворона, есть евреи Хащеватого. Они делились на город и село. Когда встал вопрос мемориала, они объединились и предложили мне этим заняться. А я по образованию медик, не строитель, боялся браться за это. Но меня убедили.

Представьте эти темпы: мы за восемь месяцев все построили. И работали представители разных национальностей: и местные, и закарпатцы. Было сложно, были сроки, сложности в работе. По-разному складывалось, но азарт есть азарт, ответственность есть ответственность. Опытнейший строитель Борис Ташлыцкий курировал работы по телефону, говорил, какая нужна техника, а у нас такой нет. Искали, заменяли, даже на авось делали. Но получилось.

Я загорелся этим. Так я загораюсь, занимаясь ковкой. Когда хочешь что-то сделать и видишь результат – получаешь удовлетворение. Когда тебя насильно заставляют – ничего не получится. Когда было открытие мемориала, в стране боялись терактов, предупреждали, чтобы не было массовых мероприятий. А у нас тогда собралось около полутора тысяч людей. И пришли отдать память, никакая власть не может заставить это сделать. А если пришли люди, значит, это уважение, значит, они этого хотели, в этом нуждались.

Меня поразило, что один из районных начальников перед открытием возмутился тем, что не знал об этом строительстве. Обошлись без его указаний. Невозможное стало возможным благодаря пожертвованиям и помощи людей. Кстати, меценаты не захотели, чтобы была установлена табличка с их фамилиями. Надо отдать им честь и за это.

Сейчас у меня душа болит за высаженные кустарники, деревья. Мне хочется, чтобы здесь был Парк Памяти, как задумывали инициаторы. У меня желание заработать на этом отсутствовало напрочь. Меня заразила идея. Кроме того, мы в таком возрасте, что надо оставить какой-то след после себя. Пусть этот след будет светлым…

P.S. Каждый год 16 февраля в селе Хащеватое Гайворонского района Кировоградской области солнечно. На небе – ни облачка. Это чтобы сверху было виднее?..

Елена Никитина, «УЦ». Фото Игоря Демчука