СЭС – всё. Да здравствует…?

13:48
0
427
views

Приятнейшее – особенно для мелких предпринимателей – известие о том, что государственная санитарно-эпидемиологическая служба ликвидирована решением Кабмина, оказалось на поверку несколько омраченным сразу по нескольким причинам. Мы постарались собрать все ответы на многочисленные «почему» и «как» в этой связи.

Решение о ликвидации опубликовано 22 мая на сайте правительства Украины. «Дальнейшее функционирование Госсанэпидслужбы нецелесообразно, поскольку на сегодня выполнение ее функций обеспечивают Минздрав, Гоструд и Госпродпотребслужба», – сказано в пояснительной записке.

И вроде бы все ясно, но… ничего не понятно. Можно быть почти уверенным, что масса людей, занимающихся в стране практически любым видом деятельности – хозяева магазинов и магазинчиков, кафе, закусочных и прочая, – прочитав сообщение, тут же задумались. Мол, отлично, теперь вместо одного инспектора СЭС ко мне что, придут три? По очереди или вместе? Что именно будет проверять каждый из них? И шепотком: «таксу» они теперь на три поделят или умножат?..

Официальные пояснения

Для всех заинтересованных лиц сразу отвечаем: все высказанные предположения – мимо. Ходить будет только Государственная служба по вопросам безопасности пищевых продуктов и защиты потребителей, или попросту Госпродпотребслужба. Об этом нам рассказал ее руководитель в области, бывший замначальника региональной СЭС Игорь Бойчук.

По его словам, новая единая структура была создана, чтобы осуществлять контроль качества продуктов «від лану до столу». В нее де-факто вошли семенная инспекция, которая контролирует посевы на этапе засевания полей, фитосанитарная – на этапе роста и созревания: чем обрабатывают, что применяют и т.д., ветеринарная – животноводство, санитарная – продукцию, уже попавшую на полки магазинов и столы граждан. Ей же передали технадзор – регистрацию и снятие с учета сельхозмашин и другого транспорта.

– Чтобы от самого начала до самого конца все контролировала одна служба, чтобы не было «перетягивания». Теперь к предпринимателям по всем этим вопросам будет приходить только Госпродпотребслужба, – поясняет Бойчук.

Все перечисленные инспекции – не только СЭС, существовавшие ранее как самостоятельные органы, в Кировоградской области уже ликвидированы. И, наверное, трудно не согласиться, что это как раз тот случай, когда одна голова лучше нескольких. Как минимум на уровне намерений изменился и подход к осуществлению всех видов контроля, объединенных теперь под одной крышей. По сути, за все отвечают теперь собственники предприятия – если раньше проверка той же СЭС заходила, к примеру, в ресторан, проверяла его и несла впоследствии ответственность, например, за возможные отравления его клиентов, по отношению к инспекции могли провести расследование, то сейчас вся ответственность – на собственниках и руководителях учреждения.

– Для самоконтроля, по идее, каждый должен обращаться к нам, проводить санитарно-эпидемиологический аудит своего предприятия, – говорит Бойчук. – Люди не обращаются, конечно. Но по факту, если происходит отравление или инфекционная вспышка, мы проводим полное расследование. Пишем письмо, в отношении пищевых продуктов разрешение на проведение внеплановой проверки дает Министерство аграрной политики. Тогда заходим в заведение и проверяем. Раньше заходили на проверку санстанция, ветеринарная, фитосанитарная службы. Один объект, и все они заходили на проверку – одни на 3-4 дня, потом другие, проверка растягивалась во времени, блокировалась работа. Сейчас у нас есть одна «голова», и она направляет на проверку вместе, в один день, специалистов всех, комплексно.

Все те же?

Хотя делается все вроде как по цивилизованным лекалам, реорганизация пока не дала четкого ответа на больной вопрос «человеческого фактора»: по сути, в структурах, которые сегодня выполняют функции бывшей СЭС, работают старые кадры. По большому счету, их борьба за сохранение за собой насиженных мест в кабинетах и привела в итоге к окончательной ликвидации органа.

Его реорганизация началась почти три года назад – с Постановления Кабмина от 10 сентября 2014 года за номером 442 «Об оптимизации органов исполнительной власти». Им и была создана Госпродпотребслужба – путем реорганизации ветеринарной и фитосанитарной и присоединения инспекции по вопросам защиты прав потребителей и государственной санитарно-эпидемиологической. С возложением функций реализации государственной политики, которые они выполняли. По словам Бойчука, который был главой ликвидационной комиссии главного управления государственной санэпидемслужбы области и других, которые теперь входят в его структуру, у этого действия было несколько целей: снизить давление на бизнес, убрать дублирование функций, повысить качество их выполнения.

При этом часть функций «санстанции», как-то эпидемиологический надзор или мониторинг, без контролирующих функций и права налагать любые санкции, были переданы в Минздрав, а вопросы гигиены труда – в инспекцию по труду. Однако профсоюз и часть работников СЭС боролись с постановлением, добивались исключения службы из перечня, как не подлежащего оптимизации, обратились за помощью к Фемиде. Решением Киевского апелляционного админсуда решение о присоединении скандальной структуры к новой службе было отменено.

На тот момент реорганизация фактически уже была проведена, все функции переданы, но де-юре на бумаге все еще существовала СЭС, хотя часть ее работников уже перешла на работу в Госпродпотребслужбу, а часть осталась в лабораторных центрах, подчиненных Минздраву. В итоге премьер-министр принял решение выполнить решение суда оригинальным способом – в конце марта 2017 года было издано новое постановление, на сей раз о ликвидации СЭС. Нечего реорганизовывать, нечего присоединять. Большинство сотрудников, впрочем, остались при деле. Например, Кировоградским областным лабораторным центром Минздрава, который, впрочем, лишен «репрессивных» функций, сегодня руководит многолетний начальник региональной санэпидслужбы Иван Касьяненко.

– Еще до постановления мы знали, что идем к реорганизации, мы старались людей, кто имел желание, отпустить на пенсию, кто хотел – устроиться на другую работу, в том числе в лечебные учреждения области, – говорит Бойчук. – Мы старались всем помочь, не было людей, которых мы сократили «на улицу». На сегодня штат (Гос­продслужбы. – Авт.) по области – 390 человек. В нее перевелись все остальные службы – например, фитосанитарная, в которой работали 40 человек. Ветслужба – тоже, насколько я помню, никто не пострадал. Все, кто был, перешли в Госпродпотребслужбу.

Болезни роста?

По словам нашего собеседника, разрешительные функции бывшей СЭС в формате единой структуры сократили, ряд документов решениями правительства был отменен. Осталось только то, что касается здоровья людей, – согласование двухнедельных меню в школах и садиках, согласование продукции, которая там реализуется, и т.п. Впрочем, назвать упраздненные функции «поименно» во время интервью руководитель не смог. Причина – часть этих вопросов до сих пор четко не урегулирована, например, судьба санитарных паспортов на автомобили, выдача эксплуатационных разрешений на производство пищевых продуктов и другие.

У этой медали есть еще одна сторона, помимо долгожданного и задекларированного правительством снижения давления на предпринимателей. В январе 2017-го вступило в силу отложенное на год распоряжение, изданное еще правительством Яценюка, – об отмене актов санитарного законодательства. В стране потеряли силу все правила и нормы, утвержденные во времена СССР.

Тем самым всем задействованным ведомствам – Минздраву, Мин­экологии, Госпродпотребслужбе и Госэкоинспекции – давался «последний шанс» для создания новой, украинской нормативной базы, которая в дальнейшем применялась бы на практике при согласовании санитарных условий и проведении экологических экспертиз, контроля вопросов загрязнения территорий, водных объектов и воздуха.

В январе, когда распоряжение вступило в действие, а новые нормы так и не не были разработаны, киевские экоактивисты забили тревогу – это развязывает руки недобросовестным промышленникам и застройщикам, а здоровье и жизнь граждан Украины ставит под угрозу. Согласно звучавшим тогда заявлениям, государству и обществу в одночасье стало нечего контролировать при новых стройках, новых производствах, вырубке лесных насаждений, загрязнении водных объектов, грунтовых вод и атмосферного воздуха. Это же касается контроля плотности застройки, вопросов обеспечения экологического баланса, контроля инсоляции, чистоты воды, в том числе питьевой, отсутствия лесного покрова после янтарных войн или санитарной чистки леса.

Слово проверяемым

Понятно, что такой ситуация долго оставаться не может, и нормативную базу, вне всяких сомнений, рано или поздно «подтянут», – это делается прямо сейчас. Но настоящей проблемой у нас всегда было не наличие законов, а их применение.

Хотя с 2014 года в Украине действует мораторий на плановые проверки контролирующими органами, по данным исследования «Ежегодная оценка делового климата», только в 2015-м через проверки прошло каждое второе малое и среднее предприятие в стране, 10% предпринимателей имели дело именно с СЭС. Ее бывший работник Игорь Бойчук, к слову, утверждает, что мораторий продуцирует определенный негатив, мол, после его введения в государстве участились вспышки инфекционных заболеваний, ухудшилось отношение к потребителям, а на полках магазинов стало больше просроченных продуктов.

Единая служба, которую он возглавляет сейчас, уже в годы моратория успела, согласно распоряжениям главы ОГА, проверить комиссионно с органами местной власти все заведения общественного питания и места, где реализуются пищевые продукты в области. Руководитель утверждает, что санкции не применялись, проводилась работа профилактического характера, которая принесла определенный результат: ни одной вспышки заболеваемости или отравлений в регионе нет.

Среди тех, к кому раньше регулярно приходили из СЭС, а теперь ходят из Госпродпотребслужбы, вопреки распространенному мнению, оказалось непросто найти «обиженных».

– В любом органе могут быть и хорошие, и плохие сотрудники. У меня так сложилось: никогда никаких непониманий у нас с санстанцией не было. Все, что с меня спрашивали, было в рамках закона. Может, мне так повезло, – говорит ресторатор Юлия Коява из областного центра. – Я сама технолог и знала изнутри, как оно должно быть. Все, что санстанция могла мне рассказывать, я до этого перечитала, они никак не могли меня обмануть, и с самого начала это было понятно для них. Я работала на пищевых предприятиях, они меня знали как специалиста. Мы столкнулись уже когда я стала частным предпринимателем, они понимали, что мне ничего не расскажут. Инспектор, которая меня проверяла, замечательная, образованная женщина была. Мне никто никогда руки не выкручивал.

И хотя наверняка далеко не всем владельцам общепитов повезло быть технологами пищевого производства, которого знают в СЭС, Юлия Коява согласна, что необходим переход на западную практику декларативности, когда предприниматель сам отвечает за соблюдение санитарных норм в своем заведении. Просто потому, что ни один нормальный человек не хочет, чтобы в его заведении кто-то отравился. В то же время программа «Ревизор» показала украинцам массу заведений, в которые реально страшно зайти, а на кухнях и вовсе царит кромешный мрак. И коль скоро все эти заведения на момент съемки работали, значит, имели соответствующие согласования – в том числе и санитарно-эпидемиологических инспекций. Как они были получены – вопрос не риторический и имеет конкретный ответ.

– Раз в 3-4 месяца – «здравствуйте, дайте денег», – вспоминает Сергей, предприниматель, управляющий небольшим продуктовым магазином в областном центре. – Никто ничего не смотрит. Они приходят и говорят: «Все равно хоть что-то найдем». Понятно, найдут, человек – не автомат, который все может предусмотреть. «Дайте на бумагу» – или там замки надо поменять, картриджи заправить, каждый раз – от 200 до 400 гривен. Толку никакого, только деньги собирали.

Это все – до моратория на проверки. Как минимум два последних года его крошечный бизнес, дающий всего несколько тысяч гривен среднемесячной прибыли, никто не «штормит», инспекции прекратились. Внедрение принципа декларативности Сергей тоже воспринимает с оптимизмом.

– Сам смотришь, просроченное – списал, отвез на фирму, поменял, – рассуждает он. – Если что-то купили, принесли обратно – давайте сюда, вот вам деньги обратно, на следующий день сдал фирме. Это человеческий фактор. Не то, что приехали, понавыписывали «вагон и тележку», сидишь, думаешь – чего ж я в холодильнике все не пересмотрел… Нанимать лишнего рабочего, чтобы этим занимался, – нереально!

В конце тоннеля

Дать однозначный ответ о качестве изменений, происходящих сегодня в сфере государственного контроля, в том числе – санитарного, конечно, можно будет только после окончания реформирования, «утряски» нормативов и, главное – отмены моратория на плановые проверки. За время его действия бизнес – особенно малый, у которого часто нет ресурсов даже на наем бухгалтера, – привык дышать более-менее свободно. И сегодня больше всего боится, что все кончится возвращением к порядкам «как при бабушке», только с новыми названиями ведомств.

В самих ведомствах считают, что возможности для коррупционных злоупотреблений их сотрудников благодаря реформированию снизились, и анонсируют еще более радикальные нововведения.

– Подняли зарплаты для госслужащих, я бы сказал – существенно. Изменили условия принятия на государственную службу. Каждый сейчас, я думаю, боится что-то лишнее взять. У каждого своя совесть, но сейчас каждый держится за свое рабочее место, – уверен Игорь Бойчук из Госпродпотребслужбы.

Он сообщил также, что уже два месяца в Киеве за деньги европейских доноров реализуется пилотный проект по внедрению видеофиксации проверок, которые проводятся его службой. Суть в том, что каждый инспектор, как и каждый патрульный полицейский, выходит на работу с нагрудной камерой. Со временем так будет в каждой области – потребность в соответствующем оборудовании уже сегодня доводят до вышестоящего начальства региональные руководители. По мнению Бойчука, видеофиксация снизит коррупционные риски в разы…

Андрей Трубачев

Андрей Трубачев

Ведущий обозреватель «УЦ», шеф-редактор Интернет-издания «весь Кіровоград».