Кремлевские жители

14:38
0
998
views
Слева направо: 2 - М. Лашевич, 3 - Л. Троцкий, 5 - Л. Каменев, рядом с ним - М. Томский.

100-летию ВОСР посвящается

Давно известно, что Елисаветград и уезд стали своеобразной «кузницей кадров» для Великой Октябрьской социалистической революции (ВОСР). В советские времена об этом не принято было упоминать, потому что значение многих «кадров» с годами сильно менялось. Одни, как Троцкий, были объявлены штатными врагами партии. Другие, как Зиновьев или Александр Гомберг, вообще были забыты, вычеркнуты из истории.

 

Сегодня вспоминать о елисаветградских корнях ВОСР тем более немодно. Но на самом деле придется признать: по какой-то причине среди творцов революции было слишком много наших земляков. В первые годы советской власти в Кремле впору было создавать елисаветградское землячество.

Однако сначала немного кремлевской истории. В марте 1918 года новое советское правительство перебралось из Петербурга в Москву. Как ни странно, тогда вождям и в голову не пришло расселиться по лучшим особнякам. Поселились все вместе в Кремле, который сами же и разрушили залпами орудий накануне. В первые годы советской власти кремлевские апартаменты совсем не были роскошными. Это было скорее общежитие.

Лев Троцкий в книге «Моя жизнь» писал: «Со своей средневековой стеной и бесчисленными золочеными куполами Кремль, в качестве крепости революционной диктатуры, казался совершеннейшим парадоксом. До марта 1918 г. я в Кремле никогда не бывал, как и вообще не знал Москвы, за исключением одного-единственного здания: Бутырской пересыльной тюрьмы.

(…) В Кавалерском корпусе, напротив Потешного дворца, жили до революции чиновники Кремля. Весь нижний этаж занимал сановный комендант. Его квартиру теперь разбили на несколько частей. С Лениным мы поселились через коридор. Столовая была общая. Кормились тогда в Кремле из рук вон плохо. Взамен мяса давали солонину. Мука и крупа были с песком. Только красной кетовой икры было в изобилии вследствие прекращения экспорта. Этой неизменной икрой окрашены не в моей только памяти первые годы революции.

Музыкальные часы на Спасской башне перестроили. Теперь старые колокола вместо “Боже, царя храни” медлительно и задумчиво вызванивали каждые четверть часа “Интернационал”. Подъезд для автомобилей шел под Спасской башней, через сводчатый туннель. Над туннелем старинная икона с разбитым стеклом. Перед иконой давно потухшая лампада. Часто при выезде из Кремля глаз упирался в икону, а ухо ловило сверху “Интернационал”. Над башней с ее колоколом возвышался по-прежнему позолоченный двуглавый орел. Только корону с него сняли».

Только в 1920 году Кремль начали приводить в порядок. 1 мая на субботнике высшие чины советского правительства сами расчищали двор Кремля. Во времена голода 1921-1922 годов кремлевские жители получали паек, но, вопреки расхожему мнению, он был не слишком жирным – 500 г сахара и 100 г масла в месяц. Больше полагалось только Ленину, но не по должности, а потому что он был тяжело болен.

Сейчас в это сложно поверить, но первые руководители советского государства действительно жили «в тесноте, да не в обиде». В первое время из Кремля не выселяли даже бывших императорских слуг. Они остались на своих местах и выполняли привычные обязанности: готовили, подавали на стол, убирали и получали паек наравне с членами правительства!

«Очисткой Кремля» занялся Сталин. Если в начале двадцатых кремлевскую прописку имели несколько тысяч человек, то к концу 30-х – тридцать один! Кого-то просто выселили, других расстреляли, сослали в лагеря…

Но вернемся к нашим землякам, которые заняли кремлевские квартиры в 1918 году.

 

Виктор Таратута – кассир партии

0 R

Елисаветградец Виктор Таратута, в честь которого назывался завод в Кировограде, на самом деле проработал на этом заводе меньше года. В марте 1898 года его арестовали как руководителя подпольного революционного кружка. Молодого человека приговорили к двум годам жизни под надзором полиции. Он тут же сбежал.

Официально кассиром партии Таратута стал через десять лет, когда ради этой партии… женился. С 1905 года владелец мебельной фабрики и организатор восстания на Пресне Николай Шмит оказывал большевикам и лично Владимиру Ульянову очень существенную материальную поддержку. Но в начале 1907 года Шмит умер в Бутырской тюрьме. Его огромное состояние унаследовали сестры Екатерина и Елизавета. Виктор Таратута быстро и технично обаял младшую и женился на ней. То есть не совсем женился. Елизавета Шмит была несовершеннолетней и не могла самостоятельно распоряжаться наследством. А Таратута уже почти десять лет находился в бегах и постоянно менял поддельные документы. Поэтому для официального брака с Елизаветой был выбран сочувствующий рабочий товарищ Игнатьев. Игнатьев официально сочетался браком с Елизаветой, стал опекуном ее наследства, передал все деньги партии и больше в этой истории не фигурировал.

Приходилось читать, что за глаза Таратуту называли «сутенером», но ему было все равно. Он прожил с Елизаветой всю жизнь, у них было четверо детей. Елисаветградский рабочий, так и не получивший никакого образования, стал главой правления Банка для внешней торговли СССР, его жена работала в детдомах и занималась переводами с иностранных языков.

В 1926 году, когда Виктор Таратута умер от инфаркта, Елизавета с детьми уехала из Кремля. Она умерла своей смертью в 1937 году.

 

Лев Троцкий – второй после Ленина

Пересказать в рамках этой статьи биографию Троцкого и описать его вклад в дело ВОСР просто невозможно. Второй человек в партии после Ленина, он вел очень уж насыщенную жизнь. Поэтому сосредоточимся только на его кремлевских годах. Итак, Троцкий, по его собственным словам, был одним из инициаторов переезда правительства в Москву в 1918 году и занял квартиру через коридор от Ленина.

Впрочем, в эти годы сам Троцкий в Кремле практически не жил, там жили его жена и дети. А председатель Высшего военного совета все время проводил на фронтах. Фактически перед ним стояла задача – в кратчайшие сроки сформировать и возглавить армию, поскольку война продолжалась, а царской армии де-факто уже не существовало. Красная Армия под командованием Троцкого одновременно вела и Гражданскую войну, и сдерживала германское наступление.

Фактически Троцкий стал жить в Кремле только в 1920 году. В книге «Моя жизнь» он так описывает свою квартиру и кремлевские порядки: «В моей комнате стояла мебель из карельской березы. Над камином часы под Амуром и Психеей отбивали серебряным голоском. Для работы все было неудобно. Запах досужего барства исходил от каждого кресла. Но и к квартире я подходил по касательной, тем более что в первые годы приходилось только ночевать в ней в непродолжительные мои налеты с фронта в Москву.

Чуть ли не в первый день моего приезда из Питера мы разговаривали с Лениным, стоя среди карельской березы. Амур с Психеей прервал нас певучим серебряным звоном. Мы взглянули друг на друга, как бы поймав себя на одном и том же чувстве: из угла нас подслушивало притаившееся прошлое. Окруженные им со всех сторон, мы относились к нему без почтительности, но и без вражды, чуть-чуть иронически. (…)

Низший состав оставался на местах. Они принимали нас с тревогой. Режим тут был суровый, крепостной, служба переходила от отца к сыну. Среди бесчисленных кремлевских лакеев и всяких иных служителей было немало старцев, которые прислуживали нескольким императорам. Один из них, небольшой бритый старичок Ступишин, человек долга, был в свое время грозой служителей. Теперь младшие поглядывали на него со смесью старого уважения и нового вызова. Он неутомимо шаркал по коридорам, ставил на место кресла, сметал пыль, поддерживая видимость прежнего порядка. За обедом нам подавали жидкие щи и гречневую кашу с шелухой в придворных тарелках с орлами. “Что он делает, смотри?” – шептал Сережа матери. Старик тенью ходил за креслами и чуть поворачивал тарелки то в одну, то в другую сторону. Сережа догадался первый: двуглавому орлу на борту тарелки полагается быть перед гостем посередине».

Кстати, именно жена Троцкого Наталья Ивановна Седова, заведующая музейным отделом Наркомпроса, отвечала за сохранение музейных ценностей в Кремле. Именно она, разругавшись со всеми, включая Ленина, запретила Сталину селиться в Кремлевском дворце, который превратила в музей.

После смерти Ленина Троцкий ненадолго задержался в Кремле. В 1926 году «троцкизм» был объявлен течением, враждебным советскому государству, сам Троцкий вскоре был исключен из партии и выслан в Алма-Ату. Потом – лишен гражданства и депортирован (!) за границы СССР. Просто повезло.

 

Ольга Каменева – покровительница поэтов

Не так везло его младшей сестре – жене председателя Моссовета Льва Каменева Ольге.

Владислав Ходасевич писал: «К концу 1918 года в числе многих московских писателей (Бальмонта, Брюсова, Балтрушайтиса, Вяч. Иванова, Пастернака и др.) я очутился сотрудником ТЕО, то есть Театрального отдела Наркомпроса. Это было учреждение бестолковое, как все тогдашние учреждения. Им заведовала Ольга Давыдовна Каменева, жена Льва Каменева и сестра Троцкого, существо безличное, не то зубной врач, не то акушерка. Быть может, в юности она игрывала в любительских спектаклях. Заведовать ТЕО она вздумала от нечего делать и ради престижа».

Возможно, Ходасевич был не совсем справедлив. Исследователи его творчества позже предполагали, что, поскольку из всего высшего советского руководства он лично знал только Каменевых, то и обрушил на них всю свою ненависть к советским порядкам. Да и сам Ходасевич Каменевых упоминает постоянно: «обратился к Каменевым», «помогла Каменева», «ходили с Максимилианом Волошиным в Кремль к Каменевым» и т.п. По воспоминаниям Корнея Чуковского, Каменевы вообще помогали многим поэтам и писателям – пока могли.

Ольга Каменева рассталась с мужем в середине двадцатых, но продолжала жить в Кремле. Сергей Прокофьев, который первый раз посетил «Большевизию» в 1927 году по приглашению Ягоды, вспоминал, что в Кремле, куда он был официально приглашен, в качестве хозяйки его встретила «живая и приятная женщина» Ольга Давыдовна Каменева.

После того как Каменева и Зиновьева исключили из партии в 1927 году, Ольга Давыдовна еще несколько лет занимала государственные должности. В 1935 году Каменеву выслали из Москвы в Ташкент.

После того как Зиновьев и Каменев в 1936 году были осуждены по делу «Троцкистско-зиновьевского объединенного центра» и расстреляны, казнили обоих ее сыновей – летчика Александра Каменева и шестнадцатилетнего (!) Юру. Вообще-то даже в 1937 году детей официально не расстреливали – им разрешали дожить хотя бы до совершеннолетия. Для Юры сделали исключение – все-таки он был одновременно сыном Каменева и племянником Троцкого…

Ольгу Каменеву убили 11 сентября 1941 года в Медведевском лесу под Орлом во время массовых расстрелов НКВД.

 

Демьян Бедный – певец революции

Военный фельдшер Ефим Придворов, который родился в селе Губовка (сейчас Компанеевский район), стал печататься под псевдонимом Демьян Бедный в 1909 году. Его стихи очень нравились Ленину. По мнению Владимира Ильича (и тут он, надо сказать, не ошибался), простые, написанные безыскусным «крестьянским» языком сказки и басни, часто немного пошловатые, – электорату нравились куда больше, чем «Капитал», к тому же хорошо запоминались и передавались из уст в уста.

На самом деле смеяться над творчеством Бедного и сегодня не стоит. Скорее стоит ужаснуться силе его слова. Да, не Пушкин. Но его «Что с попом, что с кулаком – Вся беседа: В брюхо толстое штыком Мироеда!» – это призыв, которому радостно следовали крестьяне по всей стране.

Демобилизовавшись из армии в 1915 году, Бедный-Придворов поселился в Петербурге, где тесно сотрудничал с большевистскими «Правдой» и «Известиями». А в 1918 году прибыл вместе с советским правительством из Петрограда в Москву. После отделения Финляндии от России, семья поэта оказалась отрезанной (позже детей Бедного выменяли на пленных финских офицеров). Долгое время он жил в Кремле как холостяк. Современники вспоминают, что в квартире Демьяна не было не только «Амуров и Психей», там вообще не было никакой мебели, кроме стола и кровати. Книги лежали пачками, на стене висела карта, на столе стоял ленинский портрет.

Чтобы как-то разнообразить скудное кремлевское меню, комендант Кремля Мальков и Демьян Бедный ездили тайком на реку глушить рыбу гранатами.

Демьян Бедный дружил с Троцким и одновременно восхищался им, называя Ленина и Троцкого «козырной двойкой», которая побьет всех тузов и королей. А позже близко сошелся со Сталиным – в основном на почве общей страсти: оба были библиофилами. В 1932 году жизнь «великого поэта» стала распадаться. От него ушла жена, его перестали печатать и выселили из Кремля. В 1938-м исключили из партии. Бедный не верил. Он писал другу длинные проникновенные письма. Он каялся. Он просил. Но ему даже не отвечали – он был не нужен. В 1938 году Бедный вынужден был расстаться с самым дорогим – он продал свою бесценную библиотеку. Купил ее Бонч-Бруевич.

Демьян Бедный умер 25 мая 1945 года.

 

Григорий Зиновьев – вождь мирового пролетариата

Ближайший соратник Ленина, его сосед по шалашу в Разливе и единственный человек в правительстве, называвший вождя просто по имени, в отличие от Троцкого, был категорически против переезда правительства в Москву.

Зиновьев трогательно любил Питер. Так любил, что, будучи председателем Петроградского Совета, уменьшил население северной столицы в 10 раз. В Петрограде его называли «Гришка Третий» (после Григория Отрепьева и Григория Распутина). Одновременно Зиновьев был председателем Исполкома Коммунистического Интернационала, то есть именно он, а вовсе не Ленин, был официальным вождем мирового пролетариата. По должности много времени проводил за границей. Так что, несмотря на то, что в 1918 году Зиновьеву была выделена квартира в Кремле, он ею так и не воспользовался.

Подготовила Ольга Степанова, «УЦ».

Ольга Степанова

Ольга Степанова

Журналист «УЦ».