Таужное: село, полное легенд

13:56
0
225
views

Когда едешь из Гайворона назад, домой, в сторону трассы Киев – Одесса и далее на Кропивницкий, всегда проезжаешь через село Таужное. Когда-то один знакомый высказал предположение, что название происходит от слова «тайга»: небось староверов (их много здесь селилось) из Сибири занесло аж сюда, ну и они в память о местах, где жили, назвали свое поселение. Но все оказалось совсем не так, а даже гораздо интереснее. Об этом «УЦ» рассказали сами жители села.

 

Оказалось, что название села происходит… от немецкого числительного «таузенд» – тысяча. Вроде и это для нашей области не редкость – есть известные села, немецкие поселения, такие, как бывшее Крупское, которому вернули историческое название Карловка, а большая часть села именуется Старый Данциг. Но с Таужным не все так просто.

Согласно местным преданиям, здесь было основано поселение каторжников. Якобы попал к императрице Елизавете список из тысячи самых отчаянных каторжан, которые сбегали отовсюду, куда бы их ни заслали. Что с ними делать – не знали. Тогда просто казнить тысячу человек, пусть даже убийц и воров, никому не приходило в голову. В окружении императрицы были в основном немцы. И вот она и поручила одному из них (имя не сохранилось) собрать всех каторжан в кучу и поселить их где-то далеко-далеко на вольном поселении. А тогда в этих краях было Дикое поле. Немец выбрал место у слияния двух маленьких речушек в речку Синица (не путать с Синюхой).

Поселилась эта тысяча каторжан безо всякой охраны. Им было поставлено условие – живите вольно, спокойно, никого не трогайте, и вас не тронут. «Пусть стерегут друг друга», – якобы так прозвучало наставление. Лишь по утрам и вечерам немец проводил перекличку жителей – «айнс, цвай, драй» и так до тысячи, до «таузенд». И поселение сначала называлось Таузенд, а потом название трансформировалось в Таузен, Таужню, после – в Таужное. И вроде зажили они мирно, только большим вольнолюбием отличались.

Первое письменное упоминание о Таужном датируется 1756 годом, а именно – в указе императрицы Елизаветы Петровны о даровании воли всем поселенцам. Так что, видимо, часть правды в этой легенде есть. Хотя историки и краеведы говорят: скорее всего, сюда переселили тысячу крепостных, и управитель был немец, но каторжники ту ни при чем. По второй версии, это село стало тысячным по счету во владениях графов Потоцких.

Живет в селе 2 тысячи человек. Хотя в свое время население доходило до 3 с половиной тысяч. Село делится дорогой и речками на две части. Одна называется Булавки, другая – Каличевка. Касательно происхождения этих названий тоже есть своя легенда. Когда парубок одной части села пытался найти ключи к сердцу дивчины из другой, он был обязан выставить «местным» магарыч, и немалый. Если магарыча не было, парубка сильно били, даже нередко калечили. Били деревянными булавами. Вроде как в одной части жили парубки пожиже, а в другой покрепче, и вторые бивали конкурентов чаще. Вот поэтому «слабаки» жили в Каличевке, а «сильные» – в Булавках.

Интересно, что обе эти истории нам рассказали два подростка на велосипедах, которых мы встретили у местного магазина. Хотя сначала они чего-то испугались, но потом мы разговорились. Суть в том, что историю своего села, его легенды, тут знают сызмала! Сейчас это редкость.

Чем еще славно село? Тут нет улицы Каторжной, естественно. Зато есть улица Василия Стуса. И местный клуб, вполне нормально работающий, тоже носит имя Василия Стуса. Почему? Потому что первым местом работы будущего известного поэта и диссидента стала именно школа в Таужном. В 21 год он приехал сюда преподавать украинский язык и литературу. Кстати, распределение было вполне обоснованным. Стус родился в одном из сел Гайсинского района, а довольно продолжительное время, вплоть до 1932 года, Гайворонщина входила в состав Гайсинского уезда (ныне Гайсин – райцентр в Винницкой области). Учителем в селе проработал Василий Стус недолго. Но зато писал здесь известные стихи. Одно из самых известных – стихотворение «Порыв». Абсолютный факт, что он посвятил его своей коллеге, местной учительнице Любови Савчук, в ее блокноте с личным посвящением. Этим стихотворением открывается сборник Стуса «Зимние деревья», изданный за границей. Им же открывается первое посмертное издание произведений поэта, награжденное премией имени Шевченко.

Из Таужного Стуса призвали в Советскую Армию, в селе прошли скромные проводы будущего Героя Украины. Дальнейшая история его известна: первый срок на 5 лет за антисоветскую деятельность, два года ссылки, потом второй срок – 10 лет и 5 ссылки. В Пермском лагере он объявил голодовку и умер.

В Таужном поэта помнят и чтят. Хотя бы за эти строки: «Стужілий за справжньою недонецькою Україною, поїхав учителювати на Кіровоградщину, поблизу Гайворона. Там витеплів душею, звільнився од студентського схимництва….». А к Любови Савчук еще много лет после ездили товарищи в штатском, о Стусе расспрашивали.

Чем живет сегодня Таужное? Вокруг, как повсюду в подобных селах, работает с десяток-полтора агрофирм. Жители трудятся на земле. Хотя большинство пенсионеров живут на пенсию. Ну и, конечно, то, что проходит трасса, всегда поддерживает любое село.

В селе одна школа с большой историей. Начинается она с 1869 года! Тогда здесь открылось начальное народное училище. Так что скоро в селе будут отмечать 150-летие ее образования. Есть Успенская церковь, построена она уже во времена независимости. Те, что были раньше, не пережили катаклизмов ХХ века.

Легендарная узкоколейная железная дорога когда-то разветвлялась на станции Таужное. Три колеи было, две уже разобрали. По последней оставшейся пару раз в неделю ходят поезда из Гайворона в Голованевск, делая остановку на две минуты.

Очень понравились названия улиц этого незаурядного села. Кроме улицы Василия Стуса, тут есть улицы Солнечная и Счастливая. Согласитесь, неплохо было бы жить на улице Счастливой. Хорошо для кармы, как сейчас говорят.

Вообще депрессивного впечатления, как многие другие (увы) села, Таужное не производит. Хотя, скажут, вы поживите тут с месяц… Думается, все зависит от людей. А они тут открытые, как нам показалось. Совсем не похожи на потомков каторжан.

Геннадий Рыбченков

Геннадий Рыбченков

Журналист «УЦ».