О Донбассе – из первых уст

13:50
0
501
views

Владимир Жемчугов – один из самых известных героев нынешней войны на Донбассе, а также яркий пример силы духа, мужества и стойкости. Родился Владимир на Луганщине, в городе Красный Луч. Служил в Советской Армии. Работал шахтером, менеджером в коммерческих структурах, занимался бизнесом. С 2007 года работал в Грузии.

 

Вернулся на Донбасс после начала вооруженного конфликта. Участвовал в боевых действиях на стороне украинской армии в период с мая 2014 года по 29 сентября 2015-го. 29 сентября 2015 г. подорвался на мине, в результате чего ему были ампутированы кисти обеих рук, и Владимир потерял зрение. С тяжелыми ранениями попал в плен. Длительное время содержался под конвоем в больнице и в Луганском СИЗО, где подвергался допросам контрразведывательных органов так называемой «ЛНР».

17 сентября 2016 года при непосредственном участии Президента Украины Петра Порошенко был освобожден из плена по обмену. После освобождения проходил длительное лечение, в том числе – в Германии.

2 января 2017 года Жемчугову Владимиру Павловичу присвоено звание Герой Украины с вручением ордена «Золотая Звезда» – за личное мужество и героизм, несокрушимость духа, проявленные в защите государственного суверенитета и территориальной целостности Украины, самоотверженное служение украинскому народу.

Сегодня Жемчугов работает советником министра информационной политики, ездит по стране, встречается с людьми. На днях герой вместе с супругой побывал в Кропивницком в рамках презентации проекта «Узники Кремля» – это документальный фильм о 64-х украинцах, находящихся в российском плену.

Корреспонденту информационного агентства CBN Алексею Горе он дал расширенное интервью.

– Владимир, вы поддерживаете контакты с земляками, оставшимися на оккупированной территории? Какие у них настроения, что они думают?

– Взгляды у многих очень неоднозначные. То, что их жизнь ухудшилась, ощутили уже все. Весь Луганск оклеен объявлениями о работе по вахтовому методу. В самом городе молодому человеку не только работу, но даже образование после школы получить сложно. Все ездят работать по так называемой схеме 20 на 10 в Рос­товскую область, Краснодарский край, 20 дней – там, и 10 – отдых в Луганске. Но, несмотря на то, что жить стало хуже, они не хотят видеть объективную реальность, считают, что это Украина, НАТО и США не дают им жить. С другой стороны, многие повидали жизнь в российской глубинке и поняли, что туда рваться не стоит.

Недовольство растет. Но ФСБ завела на каждого из двух миллионов проживающих там человек личное дело. Главный критерий – лояльность к действующей «власти». Работают очень плотно, вплоть до того, что в очередях, в транспорте подслушивают, что говорят люди. Очень жесткие цензура и контроль.

Когда я сидел в луганской тюрьме, там всего в общей сложности помещается 2 тысячи человек. Так уже тогда, в 2016 году, человек 500 из них были политические. Их посадили за измену какой-то родине. Просто за несогласие. На 2017 год, по моей информации, уже под тысячу таких было.

Продукты там в основном российские. Но все давно говорят, что сливочное масло, подсолнечное, колбаса, шоколад совершенно безвкусные, как пластилин, и стоят вдвое-втрое дороже.

– И что теперь нам с этими людьми делать?

– Я общаюсь с одним человеком из Луганска. Он в 2014-м им поверил, недавно спрашиваю его: ты доволен? А он мне: «Нас надурили!» Так я тебе это еще тогда объяснял. Россия всегда нас обманывала. То типа земля – крестьянам, фабрики – рабочим, то развитым социализмом. А теперь что? Теперь там кругом российские войска стоят.

– О том, что на оккупированной территории есть партизанское движение, мы узнали в основном благодаря вам. Сегодня есть такое сопротивление? Понятно, без подробностей, которые могут навредить.

– Можете посмотреть в «Фейсбуке» такие страницы, как «Луганск – Украина», «Луганский партизан», «Донбасс резистанс», там достаточно информации. Например, пару недель назад партизаны заминировали грузовой автомобиль военкомата. И, когда он выехал, подорвали, уничтожили несколько боевиков. В Донецке месяц назад обстреляли здание администрации. Так что местные видят, что сопротивление продолжается. 

– Как выдержали плен? Что можете сказать тем, кто сейчас сидит?

– В такой ситуации трудно что-то советовать, каждый волен решать для себя все сам. Я, хоть был без рук, слепой, сказал себе: на колени не встану. И я против разделения Украины, хотя есть такие родственники, которые готовы отдать этот Донбасс, лишь бы их родные вернулись. 

– Что делать с людьми, которые еще живут какими-то советскими мифами?

– Я видел, как это делается в Германии. Там тоже много людей так называемой категории «сорок плюс», которые вспоминают о пломбире по 20 копеек. Что сделали немцы? Они просто дали им пенсию ФРГ вместо пенсии ГДР, а они сильно различались. И все в порядке, эти люди довольны жизнью, всем им нравится. И теперь адептов ГДР практически не осталось. Так что рецепт прост – больше свободы, больше материальной свободы. 

– Когда наступит мир?

– Украине нужен мир, но не ценой поражения в российско-украинской войне и потери своей независимости, а мир, добытый победой в этой войне. Я прошу вас, обходите двадцатой дорогой тех политиков, которые говорят: нам нужен мир. Нам нужна победа. Если мы сейчас отдадим Крым и Донбасс, поверьте: они не остановятся, они пойдут дальше. И я объясню почему. Потому что им нужен Киев, чтобы он был московским, а не киевским.

Я хоть и являюсь русским по национальности, но не хочу снова вернуться в бывший Советский Союз или оказаться в нынешней России. Я хочу в свободную Европу, хочу жить свободно, и я борюсь за Украину, за вас, за будущее. Я сейчас занимаюсь этим с помощью Министерства информационной политики, занимаюсь национально-патриотическим воспитанием молодежи. Борюсь информационно, рассказываю правду.

Я не был в аннексированном Россией Крыму, а потому не обладаю, как говорится, на собственном опыте полной информацией, что там происходит. Но я был на Донбассе. И я могу рассказать вам все, как было, – с фактами, с тем, что я видел и знаю.

Теоретически есть два сценария окончания российско-украинской войны и возвращения Украине захваченных у нее территорий. Первый путь – экономический, санкционный, на который уже стало европейское и мировое сообщество в своей политике относительно агрессии Российской Федерации, и второй путь – военный, так называемый хорватский сценарий (по которому Хорватия, укрепив свою армию, смогла силовым путем вернуть захваченные у нее территории ).

Однако наиболее реальным, учитывая сложившуюся ситуацию, является экономический путь, который предусматривает отказ Запада продавать России современные технологии, и постепенный отказ от закупки российских сырьевых товаров, в первую очередь нефти и газа. В конечном итоге это должно привести к развалу Российской Федерации на отдельные республики – как это в свое время произошло с Советским Союзом. Однако этот путь – не одного года и даже не нескольких лет.

Что касается возможно более быстрого военного пути, то Украина сама, без поддержки мирового сообщества, не сможет успешно вести войну за возвращение своих территорий со значительно более мощной российской армией, которая к тому же имеет ядерное оружие. Поэтому вряд ли мировое сообщество поддержит нас сейчас в этом.

По материалам CBN.