Андрей Райкович: «Просто по-другому нельзя»

15:10
854
views
фото Игоря Демчука, «УЦ».

Истекает год работы во второй каденции городского головы Кропивницкого Андрея Райковича. Как обычно, нам хотелось эксклюзивного интервью, а не традиционной отчетной пресс-конференции. С трудом втиснув нашу встречу в плотный рабочий график, Андрей Павлович пригласил нас в свой обновленный, «перезагруженный» кабинет.

Кабинет мэра давно напрашивался на ремонт. Полированный шкаф-стенка образца семидесятых годов буквально давил своей «солидностью». Сейчас обстановка стильная, сдержанная, современная. В кабинете и приемной светло, много воздуха, ничего лишнего. На полу бонсаи. На стенах – полотна Александра Демиденко с видами нашего города. Не переживайте, ни копейки бюджетных денег на это не было потрачено.

Городской голова был в хорошем расположении духа – только открыли прогулочную аллею между Попова и Жадова. На вопросы отвечал охотно, говорил много, объяснял в деталях.

– Андрей Павлович, год назад в это время вы лежали в областной больнице с коронавирусом. Мало кто знал о вашем состоянии. Мы знали. Как изменила вашу жизнь перенесенная болезнь?

– Жизнь изменилась – до ковида и после ковида. Думаю, что жизнь каждого человека меняет пребывание в реанимационном отделении. Заставляет подумать, переосмыслить. Вывод один: не так много осталось времени, чтобы его тратить на дураков, на объяснения, оправдания. Есть планы, есть понимание, как их реализовать.

– Как правило, в таких тяжелых состояниях люди дают обещания, зароки. Например, бросить пить, что-то построить, отмолиться… С вами было что-то подобное?

– Нет. Я реалист. И я не ждал плохого результата. Врачи помогали мне преодолевать проблемы, параллельно боролся я сам. Не думал о плохом исходе – мне еще рано.

– Чья поддержка была самой значимой?

– Наверное, Господа Бога. Может, отец и мать генетически заложили во мне стержень. Известно, что есть люди со стержнем, а есть без него. Я не привык прятаться от ветра, умею стоять, держаться. В этом состоит определенная формула успеха. Не говорю о колоссальном успехе. Но все, что я сделал, сделано трудом, принципами, головой, проектами, экономическими расчетами, обоснованиями.

Так я всегда жил. Если бы была возможность повторить прожитое, на девяносто процентов я все повторил бы.

– Не жалеете, что пошли на второй срок?

– Нет. Это ответственность, характер, мораль. Первый срок – это предложение, от которого невозможно было отказаться. Есть определенные грани, которые не позволяют мне людям высокого государственного уровня сказать «нет, извините, я не хочу, это не мое».

А второй срок – это совершенно другое. Это команда, состоящая из специалистов разных поколений. Перспективных людей, которые способны работать не только вместе с тобой, но и после тебя. Которых ты научишь, которые впитают твои принципы, поймут тебя, проникнутся твоей идеологией, возьмут от тебя багаж знаний и наложат на свои знания, и реализуют последовательно и намного лучше то, что ты планировал. Ну и самое главное – есть горожане, мы им обещали. Нельзя отсиживаться.

Нельзя и город построить за год, пять, за одну каденцию. Мы должны знать, что хотим сделать, и последовательно к этому идти. Есть люди, которые не понимают, что такое стратегия, что такое завтра и послезавтра для города. Они живут сегодняшним днем, им надо все и сразу. Но ведь все надо правильно планировать в зависимости от тех или иных жизненных условий, обстоятельств. Мы ведь не машины, а живые люди.

Кто знал, когда встречали 2020 год, что через три месяца у нас будет карантин и наш словарный запас пополнится словами «пандемия», «локдаун»? Что мы озаботимся средствами защиты, будем искать кислород, покупать оборудование для больниц? Это коррективы, которые вносит жизнь.

– В историю города вы уже вошли как градоначальник, который сделал арку. Спасибо. Есть очередной глобальный для города проект?

– И не один проект есть. В городе живет 230 тысяч людей. У каждого человека свое понимание. А градоначальник должен решить глобальные, стратегические вопросы. Но при этом учесть интерес каждого человека. Если даже не реализовать намерения, то максимально приблизить реализацию и объяснить человеку, почему это будет сделано не сегодня, а завтра.

Как правило, люди не хотят плохого. Они хотят, если хорошо, чтобы было еще лучше. Вот мы открыли аллею Попова – Жадова. Сначала все восхищались, благодарили, говорили, что давно этого ждали. А потом: вот здесь не хватает одной лавочки. Извините, но это сделано согласно проекту, который прошел экспертизу. И проектанты, и строители все делали по плану. А в нем предусмотрено, сколько должно быть лавочек, на каком расстоянии, сколько светильников, световой энергии…

Я воспринимаю людей не с позиции обиды и оскорбления. Ни в коем случае! Надо слышать людей через стремление к лучшему. Они указывают мне на то, что не сделано. Например, тротуар к школе не сделан, дети идут и спотыкаются. Я хочу, чтобы они шли по красивому тротуару, освещенному, чтобы слева и справа не было зарослей, чтобы их никто не пугал, не угрожал, чтобы полицейский офицер громады был рядом, чтобы школа была комфортной.

Когда мы в начале первой каденции подошли к школам, с чего надо было начинать? С приведения в порядок классов, спортивных и актовых залов, пищеблоков, компьютеризации? Или с восстановления забора, который украли и сдали на металлолом наши же сограждане?

Мы сейчас развиваем все направления градостроения и имеем такую возможность. Пока. Потому что я не видел государственный бюджет 2022 года. Не знаю конкретных показателей и приоритетов, которые будут предоставлены местному самоуправлению. Мы слышим намерения, подписали меморандумы… Но в случае, если нам не дадут компенсаторные средства, затрудняюсь прогнозировать последствия.

Есть государственные программы социально-экономического развития, фонд регионального развития, дорожный фонд. Если нам не дадут денег на те или иные объекты города, которые мы запланировали построить, значит, мы их просто не построим. Мы подписались, что все наши деньги пойдут на обслуживание теплоэнергетики. Весь бюджет развития в пределах 300 миллионов гривен (еще 100 придется взять взаймы) должен пойти на компенсацию затрат по теплоэнергетике.

Разбалансировка этой системы произошла не в 2015 году, а гораздо раньше. Эта проблема накапливалась людьми, которые не думали про завтра. Конечно, долгосрочное планирование, определение важности, первоочередности – это хлопотно.

Так и арка родилась. Говорили, что были объективные причины, почему ее не сделали раньше. Мол, железная дорога не могла дать разрешение. С большим трудом, но мы добились этого разрешения. Это труд не только Райковича, а и Кузьменко, главы областной администрации, и многих людей, участвовавших в реализации проекта «арка». Не только при желании, но и при грамотном подходе можно решить самую сложную задачу.

– Первоочередная задача для города – теплоэнергетика?

– Это, безусловно, важная тема, но первоочередная задача все-таки – это больницы. Если бы мы не построили, не отремонтировали детское инфекционное отделение, это была бы катастрофа. От общего количества ковидных больных в области около пятидесяти процентов – жители Кропивницкого. Их надо было лечить. Если бы у нас не было инфекционной базы, количество летальных случаев было бы гораздо больше.

Мы построили амбулатории. Это первый шаг, потому что люди за медицинской помощью идут к семейному врачу. Второй шаг – городские больницы. Инсультного центра не было, теперь есть. Гемодиализа в городе не было. Теперь у нас и роддом один из лучших в Украине. Коммерсанты оккупировали все больницы своими диагностическими центрами, превратили медицину в колоссальный бизнес.

Меня оппозиция критикует за один киоск «Ятрани» – бюджето­образующего предприятия, которое в реальном сегменте экономики занимает первые места в уплате налогов в государственную казну. Скажите, кто собственник, конечный бенефициар диагностических центров? А фармация, аптеки?.. Поэтому у нас появился коммунальный компьютерный томограф, которого никогда не было. Бесплатный! А диагностировать ковид и осложнения без КТ невозможно. И ультрасовременные рентген-аппараты мы тоже приобрели.

Что уже говорить о ковидном гос­питале? Мы имеем один из шести в Украине стандартизированный, протокольный госпиталь американской комплектации. Это ведь не государственный проект, нам МОЗ не отдал наши деньги. Но мы приняли решение его создать. И реанимационное отделение с оборудованием экспертного класса. О том, насколько лечение эффективно, могут рассказать люди, которые, к сожалению, попали в отделение интенсивной терапии. Но статистика говорит о том, что это отделение спасло не одну сотню жизней. Я считаю это правильной инвестицией.

Капитал местного самоуправления, бюджета города мы будем инвестировать в хирургическое отделение больницы скорой помощи. Государство взялось за приемное отделение и до сих пор не могут ввести его в эксплуатацию. Пообещали высококачественное дорогостоящее оборудование, но нет поставки…

– Вы уже опытный городской голова. Будь ваша воля, что бы вы изменили? Может, какие-то законы, нормативные акты. Децентрализация осуществилась, но что не так? Кажется, вам что-то мешает работать.

– Конечно, мешает. Потому что курс не надо менять. Мы ж не хотим снова централизации? Единственная реформа, которая признана эффективной – это децентрализация. А сейчас она не нужна?

К примеру, не принимают решения за счет государственного бюджета помочь громаде города Кропивницкий или Александрии. А передают области. Та принимает свои решения, говорит, что она будет нам строить. Да не знают они, что нам надо строить. Их здесь люди не выбирали, они назначены. И не на пять лет, а временно. Это беда, иногда смешно, иногда плакать хочется.

– Вы частично ответили на следующий вопрос: какие у вас отношения с областной властью? Комфортно мужчине обращаться с просьбами, отчитываться женщине?

– А я не отчитываюсь женщине. В принципе, мужчина живет и работает для того, чтобы удивить женщину, чтобы реализовать ее мечты, если она того достойна. Не секрет, что многим политикам самого высокого уровня женщины, которые рядом, помогают, вдохновляют. Ради женщин мужчины созидают.

Ничего проблемного в том, что женщина возглавляет областную администрацию, нет. И я воспринимаю Марию Владимировну уважительно. Но не могу сегодня давать оценку ее работе, потому что нет конкретных результатов. При всем уважении. Кропивницкий – областной центр – маркер всей области. Тут столько проблем! Их решение – в консолидированном понимании и диалоге. Вот этого хотелось бы побольше.

Я не критикую, но считаю, что жители Кировоградской области, каждого ее населенного пункта, заслуживают достойной жизни, достойного социального обеспечения, и это можно сделать. Государство дало соответствующие механизмы – политические, финансовые, административные…

Конкретно на вопрос о работе с областной властью я вам отвечу в первой декаде января – после того, как мы войдем в новый финансовый год и я увижу приоритеты, услышу программные основы губернатора. Тогда я скажу, в одной ли мы лодке.

фото Игоря Демчука, «УЦ».

– Пожалуй, самая обсуждаемая тема в городе (после Центрального сквера) – ситуация, которая сложилась в театре Кропивницкого. Городская власть к этому не имеет отношения, но все же хочется услышать ваше мнение.

– Украинский академический драматический театр должен соответствовать своему статусу. Я имел честь на сцене театра обращаться к Аде Роговцевой, и как городскому голове мне будет стыдно, если примут неправильное административное решение и театром будут управлять люди, не способные обеспечить его развитие.

Моя позиция четкая, я ее высказывал областным руководителям: конкурсная комиссия должна быть высокопрофессиональной. Я бы пригласил в нее настоящих театралов. Это тяжело, это стоит больших нервов, но нельзя театр превращать в клуб.

Да, мы, к сожалению, не можем повлиять на ситуацию. Но в театр в своем большинстве ходят жители областного центра. Они – основные почитатели искусства, мастерства и таланта актеров, ценители режиссерской работы. Нам остается надеяться на правильное решение.

Меня не спрашивали, кого бы я делегировал в комиссию от громады города. А я пригласил бы Аду Николаевну Роговцеву, Александра Жовну и начальника городского управления культуры.

– Не будем говорить о планах на будущий год. Расскажите о планах на декабрь. Чего ждать городу?

– А я и про следующий год скажу: мы будем работать. Нам есть что строить. Город нужно развивать. Это замечательный план. Вы знаете, если я планирую работать, значит, свободного времени ни у кого не будет.

Но самое главное – декабрь характеризуется не результатом. Это период планирования на будущее, что является залогом успеха в новом, 2022 году. Важно поставить реальные планы, разработать проекты, которые потом положить на финансирование. Этим будем заниматься.

Еще раз подытоживая год, скажу: мы работали, пусть где-то ошибались, но главное по 21-му году практически выполнили. Мы не предали город и не предадим. Мы за него отвечаем. Когда людям плохо – мы с людьми. Это не показуха. Просто по-другому нельзя.