Солдат не должен быть попрошайкой

14:16
2142
views

После окончания войны наша страна неизбежно столкнется с огромным количеством проблем, которые будут требовать немедленного решения. Собственно, одна из них возникла уже сейчас: здоровье демобилизованных ветеранов. Ранения, травмы да и просто условия, в которых приходилось защищать Родину (особенно в первые годы), не могли не сказаться на здоровье. А значит, нужна централизованная и массовая медицинская помощь, и в первую очередь – диагностика.

Наша область первая и единственная в Украине приняла целую программу по ранней диагностике участников АТО. Вот об этом мы и поговорили с человеком, который не только был одним из инициаторов такой программы, но и сам непосредственно занимается лечением участников войны на востоке, – главным врачом областного госпиталя для ветеранов Геннадием Сябренко (на фото вверху).

– Геннадий Петрович, как вообще появилась идея создания такой программы?

– Эта проблема не нова, она существовала даже до войны. Все понимали, что участники войн, пенсионеры не могли себе позволить дорогие обследования. А с 2014 года, когда в наш госпиталь стали поступать первые раненые или травмированные бойцы, стало понятно, что некоторые проблемы мы самостоятельно решить не в состоянии. Многие виды дорогостоящего диагностического обследования нам были недоступны. Оно и понятно – к войне никто не готовился, ее никто не ждал. На тот момент в случае крайней необходимости нам удавалось благодаря личным контактам договариваться с коммерческими клиниками о таких обследованиях. Помогали все: от главы областной администрации до бизнесменов. Хочу отметить, что владельцы частных клиник или диагностических центров тоже всегда шли навстречу. Участники АТО получали определенную квоту на обследования, и это было как бы социальное партнерство, их личная гражданская позиция. Но это неправильно – солдат не должен быть просителем!

Мы осознали, что идет вал проблем и «вытягивать» их без участия государства становится все сложнее. Провели серьезный мониторинг и анализ ситуации, что позволило определить круг задач, которые надо решать срочно. Работы было много: выезды в зону АТО, беседы с бойцами, начмедами, анализ заболеваний демобилизованных, мониторинг ситуации по районам области. Десятки писем, сотни опросов. Вершину айсберга мы видели в нашем госпитале: гепатиты, ВИЧ, онкозаболевания, инфаркты и инсульты у молодых парней… Но для того, чтобы все систематизировать, пришлось очень много поработать.

– Кто проводил этот мониторинг?

– По сути – специалисты госпиталя. Поездки в зону АТО – опросы с блокнотом в руках, посещение госпиталей там, прифронтовых больниц, анализ полученной информации. Здесь – сбор и систематизация статистики от районов, информация о пациентах наших отделений, помощь областных специалистов. И это только начальный этап! По нашим запросам информацию давала фактически вся структура здравоохранения области. А госпиталь наш взялся за это дело, потому что на тот момент только мы понимали всю глубину проблемы. Но и мы на самом деле тогда видели только вершину айсберга. И результатом исследования стала эта программа. Мы обратились в областную администрацию, там нас безоговорочно поддержали. Также поддержали нас народный депутат Константин Ярынич, общественные организации. Очень много работы проделано совместно с общественной организацией «Патриот Кировоградщины» – это и выезды с ее руководителем Вадимом Никитиным в зону АТО, и помощь в сборе и систематизации информации. И вообще мы всю подготовку стремились проводить максимально открыто – информировали всех, рассказывали про возможные угрозы и методы их преодоления. И, конечно, спасибо депутатам областным, программа получила их поддержку, и на нее были выделены деньги.

– На эту программу дали два миллиона гривен в этом году. А какова реальная потребность для полного решения проблемы?

– Мы посчитали, что для того, чтобы «закрыть тему», надо около двенадцати миллионов. Это не значит, что они нужны прямо сейчас и только из областного бюджета. При рациональном использовании и распределении по местным бюджетам на 5-6 лет это не такие уж космические суммы. Мы работаем с тяжелыми случаями, а местные органы здравоохранения, например, могут проводить профилактические мероприятия. Но сразу стоит вопрос лечения, оно, естественно, дороже, чем просто диагностика. Это следующая проблема, которую предстоит решать. Понимая, что грядет реформирование медицины и она перейдет на целевое финансирование, мы сейчас как раз и закладываем основы этой системы. Получается, что мы опередили события года на два. Фактически у нас готова целевая программа. У нас уже есть все необходимые данные, а за эти пару лет наработаем и скорректируем задачи.

– На сегодняшний момент эта программа касается только участников АТО?

– Мы позиционируем ее как программу для ветеранов. Но первоочередное право оговорено в законах, определяющих социальную защиту участников АТО, где сказано четко: инвалиды войны, участники боевых действий – вне очереди, ветераны – в первую очередь. Ну и, конечно, медицинские показания являются определяющими: если процедура нужна срочно и от этого зависят жизнь и здоровье человека, то, естественно, она будет сделана максимально быстро. Здесь важно то, что решение принимает специалист! И вообще глубоко убежден, что в вопросах лечения могут реально разобраться только специалисты. Ни общественные организации, ни активисты, а именно профессионалы, которые отвечают юридически за принятые ими решения, несут за них полную ответственность. Ну, бывает и у нас такое, приходит человек и говорит: «Мне нужно полное обследование на гепатит. Я – участник боевых действий, и мне положено». А зачем ему полное обследование?! Врач сначала отправит на скрининг. Это недорогой тест на наличие гепатита, и только если он даст положительный результат – назначит полное обследование, чтобы определить форму гепатита. Людей нужно приучать к доверию к врачу, который действует по определенным стандартам и в соответствии с правилами.

– Ну да. А то получается, как в анекдоте, в котором врач запрещает больным в очереди рассказывать, что у кого болит, из-за невозможности поставить диагноз.

– Нужно привыкать к тому, что средства, выделенные на диагностику и лечение, необходимо использовать рационально. Нельзя делать МРТ всего тела, если болит мизинец левой ноги! А процедура проста: пациент по месту жительства обращается к доктору, тот определяет, какое из исследований необходимо пройти, и направляет к областным специалистам или в госпиталь. Они принимают решение по протоколу исследования и дают направление на нужную процедуру. Есть комиссия, предварительная запись, условно, может возникнуть очередь. Но все это только поначалу. Сама такая процедура (с участием областных специалистов) – временная. Нам просто нужно самим проверять и контролировать процесс. А как только он заработает, как положено, исчезнет понятие очереди, и процесс получения доступа к диагностическим процедурам упростится. Во всей этой системе есть еще одна интересная особенность. Прошел наш пациент обследование, и по его окончании мы имеем о нем всю нужную нам информацию: фамилию, место жительства, диагноз. Созданная таким образом база данных в дальнейшем позволит планировать расходы на необходимое лечение и дальнейшую диагностику. Эта же информация позволит проводить и профилактику заболеваний. То есть работать на упреждение!

– Сама программа была принята областным советом 19 мая. В каком состоянии она сейчас? Уже заработала?

– Первые пациенты попали на нужные им процедуры прямо сегодня. (Разговор состоялся 19 августа. – Авт.). Три месяца ушло на проведение всех необходимых составляющих процесса. Для анализов нужны реактивы, для КТ или МРТ – аппаратура. Реактивы нужно купить, пользование аппаратурой нужно оплатить. Все эти операции мы провели через систему ProZorro. Единственные две процедуры, по которым еще идут торги, – это КТ и МРТ с использованием контраста. Они скоро закончатся и будут тоже разблокированы. Кстати, за счет использования системы ProZorro нам удалось сэкономить более двухсот тысяч гривен.

– А как проходят эти торги?

– В процессе анализа мы определили необходимое на этот год количество процедур. Например, на исследование наличия гепатита у нас рассчитана потребность почти в 3800 анализов, а потребность в проведении МРТ с контрастом в области имеют 247 человек, без контраста – 92. Вот в соответствии с этими цифрами и сформировали лот-заявку. С областной больницей определились в количестве реактивов для анализов (а там – около тридцати позиций!). С кардиодиспансером – также согласовали их требования. В условиях торгов за КТ и МРТ, например, указали обязательное правило – расположение в пределах областного центра. Ведь если выиграет клиника, например из Одессы, то возникнет проблема: как туда попасть пациенту. Мы еще учитываем и тот факт, что чем больше процедур мы сделаем в этом году, тем меньше придется делать в следующем. Само составление заявки проходило так: мы взяли среднюю цену процедуры, которая существовала на тот момент в области. Умножили ее на нужное нам количество и выставили лот-заявку. Все заинтересованные участники аукциона начали торги (причем мы не видели, кто именно участвует!), и в результате, снижая цену услуги, определился победитель. Таким образом цена оказалась ниже, чем мы планировали, что и позволило сэкономить бюджетные деньги.

– Ваши дальнейшие действия?

– Сейчас, когда эта программа фактически заработала, главным вопросом становится информированность. Поэтому мы через вашу газету, через интернет-сайты и вообще все доступные средства информации обращаемся к врачам и пациентам с предложением пройти нужные исследования бесплатно. У нас есть, конечно, ориентировочный список пациентов по районам области, но с каждым днем он может изменяться, хоть и незначительно. Поэтому нам очень нужна информационная поддержка!

– А вот в среде участников боевых действий какие заболевания у нас в области наиболее распространены?

– На первом месте – однозначно сердечно-сосудистые. Наша кардиология переполнена молодыми атошниками. На втором месте – неврология: контузии, остеохондрозы, грыжи. Оно и понятно – бронежилет весит более двадцати килограммов, обстрелы, сырые блиндажи вылезают боком, точнее спиной. На третьем месте опорно-двигательные проблемы – колени, суставы. Затем – гепатиты и так далее.

– А проблема туберкулеза?

– К счастью, ее удается контролировать. Для его диагностики нужен просто хороший клиницист: терапевт плюс рентген. Это есть практически в любом лечебном заведении. Сохранена система ранней диагностики: при поступлении на работу нужно пройти профосмотр, который включает в себя и рентген. И хотя заболевания туберкулезом представляют собой проблему, но есть возможность диагностировать их на раннем этапе.

– Какая потребность в деньгах на эту программу будет на следующий год?

– Готов буду назвать цифру в октябре – ноябре. Когда у нас уже будут некоторые цифры выполнения программы этого года, мы увидим, как она работает. Мы посмотрим, как работает и местное самоуправление, что изменится в процессе децентрализации. Если местные органы управления возьмут на себя часть расходов по доступным на местах процедурам, то сумма будет меньше. Главная наша задача была такова – создать прецедент. Мы его создали! Мы показали, как можно решать такие проблемы, как проводить и защищать такую программу. Теперь районные администрации могут напрямую покупать через ту же систему ProZorro услуги в зависимости от потребностей своего района. И это не большие деньги, которые местные бюджеты свободно могут выделять, речь идет о суммах в 200-300 тысяч гривен. Мы готовы помогать в налаживании процесса, расскажем, с какими проблемами сами столкнулись. Теперь, надеюсь, слово за местным самоуправлением: пусть покажут свое отношение к жителям района, свою отеческую любовь и заботу.

– И еще раз: какие виды диагностики и лечения сейчас стали доступными для ветеранов и участников боевых действий?

– Коронарография, диагностика всех видов гепатита, анализ на ВИЧ, онкомаркер предстательной железы, исследование гормонов щитовидной железы, все виды КТ и МРТ. Всего четырнадцать наименований.