Хорошо убитое старое…

15:16
0
819
views

Каждая поездка, пусть и недалеко от дома, дает возможность не только увидеть настоящее, окунуться в историю, но и при желании заглянуть в будущее. Так было и в этот раз, когда нам удалось побывать на наших югАх.

 

…В утренней дымке понемногу растворились огни украинского Причерноморья, которое мы покидали с большим сожалением, ведь нам впервые довелось отдохнуть по давно обещанным, самым современным мировым стандартам. Приятные воспоминания могут продолжаться бесконечно, и так бы оно и было, если бы не эта чертова дорога от Николаева до Воссиятского! Сладкий сон разбился о жуткую действительность имени «Укравтодора».

 

Неприступная твердыня

Это уже не смешно и очень обидно, что никак не материализуется океан жалоб и проклятий, которые адресуют руководству страны по поводу качества, вернее его отсутствия, на отрезке дороги от Николаева до села Воссиятского Николаевской же области. Если бы мысли хоть частично материализовались в твердое покрытие, то мы бы давно ездили хоть по какой-никакой дороге, а не по сплошному бездорожью, каковым и являются отдельные участки этой трассы стратегического значения. Честно признаться, я довольно скептически относился к весенним сообщениям об отвратительном состоянии дороги, ведь по прошлому году знал, что плохой не весь стокилометровый отрезок, а только несколько участков общей протяженностью около тридцати километров. Более того, я был уверен, что за год таки реализуются обещания отремонтировать дорогу, и даже верил сообщениям о скором начале работ в этом направлении. Но теперь вынужден констатировать: по сравнению с прошлым годом ситуация только ухудшилась. Чтобы передать ощущения пассажиров, рекомендую побывать на аттракционе «Родео», где желающим предлагают удержаться на спине механического быка, с той только разницей, что пассажиры маршруток и автомобилей должны держаться не за рога, а за сиденья или поручни. Ощущения те же, плюс продолжительность «транспортной» пытки дает вам стопроцентную гарантию нарушения всех функций организма, требующих впоследствии длительного восстановления.

При этом остается абсолютно непонятным, каким образом никто вообще не может ничего сделать именно с этим участком дороги, поскольку прочие транспортные магистрали в южном направлении достаточно активно ремонтируются как в Кировоградской области (от Кропивницкого до Компанеевки), так и в Херсонской – от Олешек до Голой Пристани. Отремонтировать дорогу на Николаев давно обещали главы администраций, министры и руководители дорожных служб, обещал лично премьер-министр, а Бермудский участок так и остается неприступным. А хуже всего то, что даже попыток заняться ремонтом дороги в Николаевской области вообще не видно!

Нам уже обещали и сроки, и торги, и тендеры, и новые технологии, но, похоже, все идет к тому, что в аварийном порядке придется использовать «кавказские технологии», благодаря которым были заасфальтированы практически все колхозные дороги в 70-х и 80-х годах прошлого столетия. Их отличали простота и полное пренебрежение к технологиям, поскольку асфальт стелили практически по тому, что было, вплоть до шоссейки или грунтовой дороги. Конечно, было много нареканий на качество, но в данном случае скорость реального ремонта оказалась важнее обещанного качества, тем более, что те дороги лет по 10–15 таки прослужили. Это можно воспринимать как шутку, специалистам виднее, но нам от этого только обиднее: почему наши предшественники могли проложить дорогу, а мы – нет?

 

Ваньку за Жучку

Похожий вопрос относится и к организации отдыха, да и вообще жизнедеятельности украинского Причерноморья, в нашем случае – села Приморское (бывший Большевик), одного из популярных мест отдыха на побережье Черного моря, расположенного как раз посередине между Железным Портом и Лазурным. Несмотря на наплыв отдыхающих, по количеству сравнимый с украинским Крымом, как-то незаметно, что власть всерьез увлеклась развитием индустрии отдыха и подъемом экономики одной из самых инвестиционно-привлекательных территорий. Но так было не всегда.

Село Приморское, входящее в состав Круглоозерского сельсовета, возникло не на пустом месте. Его в середине 1920-х заселили «спецконтингентом», то есть семьями противников коллективизации из Винницкой области. Правда, существует и другая теория, согласно которой люди из черноземной Виннитчины в здешнюю полупустыню переселились добровольно, получили по 10 гектаров земли и займы для приобретения инвентаря. Но бывшие хлеборобы вскоре становились чабанами, рыбаками или виноградарями, в общем – тоже колхозниками, и уже в этом качестве познали все прелести колхозного строительства, тоже, кстати, создаваемого не на пустом месте.

Нынешний райцентр Голая Пристань образовался в 1709 году – году Полтавской трагедии и разгрома Запорожской Сечи, но сбежавшие сюда запорожцы так и не стали хозяевами приморских солончаков и песчаников. Засеять и заселить эти земли помогли катаклизмы мирового масштаба, то есть вихри Французской революции и Наполеоновских войн. Тогда часть спасшейся французской аристократии нашла прибежище в России. Император Александр Первый щедрой рукой раздавал беглецам десятки тысяч гектаров «исконно русских земель» недавно захваченного Крыма и юга Украины. Среди них оказались семьи Рувье, Вассалов, Потье и другие. Надо сказать, что решение о предоставлении эмигрантам земель принималось на самом высоком уровне, при посредничестве знаменитого герцога де Ришелье, который лично хлопотал перед царем за своего друга Вильгельма Рувье из города Марселя, 1760 года рождения. Результатом стал указ 1804 года о выделении Рувье 25 тысяч десятин побережья между островами Тендра и Джарылгач для «овцеводства и виноградарства». К земле полагался и кредит в размере 100 тысяч рублей с требованием довести поголовье мериносов до 100 тысяч овец и продавать их по установленным ценам. Проблему дефицита рабочих рук французские абсолютисты решили достаточно просто. Как гласит местное предание, Вильгельм Рувье просто выменял необходимое количество людей на… породистых собак и привел их на новое место жительства в деревню Кларовку, названную по имени одной из его дочерей и позже переименованную в Круглоозерку. Костяк местного населения составили крепостные из центральных районов России, а позже – из Киевской и Полтавской губерний…

 

Крепкие хозяйственники

Желание заняться тонкорунным овцеводством и виноградарством у Рувье и Вассалов не было случайным. Очевидно, этим они занимались и на родине, а после эмиграции изучили дело в Испании, но там не задержались. Зато на юге России они смогли развернуться в полную силу! Кстати, именно они, а не Фальц-Фейны со своей Асканией-Новой должны считаться родоначальниками тонкорунного овцеводства, поскольку Рувье закупили овец в Германии на полстолетия раньше – в 1803 году. Разведение овец шло настолько успешно, что продукция экспортировалась в Европу и приносила до 30 тысяч рублей годового дохода. Основное производство расположилось вокруг села Кларовка и нынешнего Лазурного. Кстати, позже одно из принадлежащих семье сел было продано какому-то помещику Скадовскому, теперь это имя носит известный курорт.

Сам Вильгельм Рувье в 1815 году то ли умер, то ли был отравлен по дороге на аудиенцию с царем, и хозяйствовать принялись его наследники, причем достаточно успешно. Они вели большое строительство, для чего создали собственный кирпичный завод. На одном из островов работал рыбоконсервный завод, были развиты виноделие, овощеводство, садоводство и даже выращивание устриц, которые шли на экспорт. Основную прибыль приносило животноводство, причем помещики занимались и переработкой, делая такие деликатесы, как конская колбаса с орехами и ослиный сыр, но это было как бы подсобное производство. За короткое время французы сумели сделать Херсонщину центром овцеводства. Достаточно сказать, что в самом Херсоне, на Днепре, было создано шерстемойное производство, на котором работало до трех тысяч человек – даже по нынешним меркам это большое предприятие. В Круглоозерке были построены церковь и земское училище, выпускники которого освобождались от несения воинской службы и могли преподавать в школах.

В общем, хозяйство, как сказали бы сейчас, было успешным и многопрофильным, но с тех пор практически все, что могло приносить прибыль, было или уничтожено, или утрачено. Революцией началась хозяйственная деятельность французов, ею она и закончилась, правда, уже нашей – «бессмысленной и беспощадной». Помещиков Вассалов, наследников Рувье выгнали, усадьбу разнесли по кирпичику, сад уничтожили, устрицы большевикам тоже не понравились, фамильный склеп разбили, а обнаруженные там тела местная комсомолка по-плебейски разрубила сапой, после чего… повесилась. Церковные книги изорвали и использовали под протоколы комсомольских собраний и доносы. В некоторых семьях остались только какие-то мелочи из «панської экономії» вроде ажурной серебряной кухонной лопаточки или воспоминания о том, как дети возле кладбища прыгали на розовой надгробной плите, которая потом неизвестно куда делась. Из всего материального наследия французских эмигрантов на украинской земле сегодня можно увидеть только двухсотлетний храм, скорее часовню, которую местные называют масонской церковью или «водокачкой». Ее сложили так прочно, что после нашей колхозной реформы даже новые владельцы «паев» не смогли разрушить древнюю кладку. Она стоит на берегу круглого озера, как говорят, созданного в честь рано умершей дочери Вильгельма Рувье, но так ли это – сказать сложно. Может быть, село возникло возле озера, а не наоборот, тем более что круглые озера здесь не редкость.

Правда, овцеводство большевики сберегли, как и виноделие. Сегодняшние старожилы рассказывают, что школьниками они много работали в садах и на виноградниках, но за последние три десятилетия не осталось ни садов, ни овец, ни виноградников. Сохранились только фотографии и море, да еще один-единственный дуб из большой аллеи, посаженной во времена основания села…

 

 

Back in USSR

Сегодня Круглоозерский сельсовет может считаться «спроможною громадою» и сам претендует на звание столицы будущей объединенной территориальной громады. Во всяком случае, центр села достаточно обустроен, включая и комфортабельный Дом культуры. Правда, вид несколько портит советский «хард-фундаментализм», то есть скульптурная группа колхозников в пиджаках и галстуках, изваянная почему-то без глазных зрачков, поэтому больше напоминающая шествие слепых. Но зато в центре села установлен большой тренажерный комплекс, которого нет даже в Кропивницком. То есть не детская площадка, а серьезный тренажерный центр со множеством настоящих «качалок».

После того как колхозное производство «приказало долго жить», основной доход сельсовету, в который входит и село Приморское, приносит туризм, вернее, его остатки в виде «совковых» баз отдыха. Казалось бы, что после потери Крыма и возросшего потока отдыхающих Приморскому некуда деваться, как только за год – два стать развитым центром летнего отдыха, но изменения к лучшему, то есть развитие курортной инфраструктуры, происходят так медленно, что почти незаметны. Здесь продолжает царствовать «совок» и в архитектуре, и в поведении отдыхающих. Самое обидное, что даже полноценная набережная здесь так и не появилась, разве что возле некоторых развлекательных комплексов временной архитектуры появляются бетонированные участки берега, иногда с поручнями, о которые можно опереться, но зато полностью отсутствует дорожка с твердым покрытием и лавочки. Зато наконец-то появилось два десятка фонарных столбов, но светят не все. Поэтому во время вечернего променада приходится гулять в темноте или по гравию с песком, или по песку, что не совсем подходит для использования вечерних туалетов отдыхающими. В общем, заметно, что влияние государственных программ на развитие туризма практически не ощущается, скорее наоборот.

Сельский голова Круглоозерки Сергей Харитонов говорит, что на обустройство настоящего отдыха не хватает средств. Государство не выделяет денег и на программу берегоукрепления, без чего море вплотную подошло к зоне отдыха. На такие проекты средств нет и у местных властей, поскольку сельсовет получает с собственников баз отдыха только арендную плату за землю. Туристического сбора как такового нет. Практически нет и местных налогов и сборов, которые наполняли бы местный бюджет, а он должен быть немаленьким. По информации сельского головы, за сезон в Приморском отдыхает 90 тысяч человек, хотя, как и везде, это могут быть очень приблизительные цифры. На самом деле отдыхающих на официальном пляже бывает намного больше, нежели одна тысяча человек в день на протяжении трех летних месяцев. Кроме этого, даже так называемый кемпинг, который тянется от Приморского в сторону как Железного Порта, так и Лазурного, тесно заполнен машинами на протяжении нескольких километров. Причем каждый автомобилист платит, как и за домик или койку в домике на базе, – 130 гривен в сутки, за что имеет возможность пользоваться водопроводом типа «гусак» и туалетами «дачного» типа, стоящими далеко от берега. Вот и все удобства. Кстати, на официальном пляже длиной полтора километра туалетов и душа вообще нет, поэтому люди говорят, что лучше ехать в Крым, где условия, оставшиеся с украинских времен, все равно лучше. Плюс природа. Вот вам и вся программа развития туризма в действии.

Правда, сельский голова считает, что сельсовет вплотную занимается обустройством зоны отдыха. В этом году вскоре заасфальтируют набережную, а мечтает он о том, что здесь будет курорт европейского уровня. Тогда люди с удовольствием будут ехать в Приморское. Для этого наконец-то делаются первые шаги. Говорят, что на областном уровне уже прошло совещание, где шла речь о выделении средств на разработку проектно-сметной документации по созданию здесь зоны отдыха с условным названием «Батуми». А что, море у нас тоже есть, причем в этом году отдыхающих очень порадовали дельфины, по утрам и вечерам устраивающие охоту за мелкой рыбой почти возле самого берега…

Сергій Полулях

Сергій Полулях

Журналіст «УЦ».