Мастер Казарян: укротить электростатику и собственное сердце

15:24
454
views

Отрезать крохотный кусочек от драгоценной пыли, смастерить из него розу, высверлить в человеческом волосе отверстие и поместить ее туда. А можно в полый волос запустить микроскопическую движущуюся модель автомобиля. Звучит невероятно, выглядит завораживающе. По пальцам рук можно пересчитать мастеров в мире, способных сделать такое. Один из них – Владимир Казарян. В галерее «Елисаветград» проходит выставка его микрошедевров.

 

Талант микроминиатюриста Владимир Казарян унаследовал от отца. В свое время Эдуарда Казаряна от СССР отправляли на все мировые выставки достижений науки, искусства и даже медицины. К слову, это он по просьбе известного хирурга Святослава Федорова создал уникальные микроиглы для сшивания ран при операциях на глазах.

– И всегда в павильон, где находились его работы, стояла большая очередь. Люди восхищались и говорили, что это просто нереально, как это можно сделать? Он уникальный мастер, который прославил Армению на весь мир. В США, куда он приезжал со своей коллекцией, его возили на бронированном авто, – рассказывает муза и супруга Владимира Казаряна, а также директор музея микроминиатюр Елена Казарян.

Она уверена, мастера этого дела – люди избранные, с особым кодом. Его и передал своему сыну Владимиру Эдуард Казарян. Как говорит Елена, не было такого, чтобы отец стоял над ним месяцами-годами, учил, показывал. У него есть такие творческие наработки, что сам удивлялся, как сын это сделал, какими инструментами, как продумал ?

– В мире нет ни одной школы микроминиатюристов, куда можно было бы поступить и обучиться этому искусству. Нужно быть и художником, и скульптором, и ювелиром, – говорит Елена.

В перечне работ мастера есть и портреты известных людей на маковом и пшеничном зерне, микрорепродукции мировых шедевров изобразительного искусства, например, Мона Лиза на рисовом зернышке, и скульптура Венеры, точно повторяющая Милосскую, и при этом каким-то не иначе как волшебным способом поместившаяся в отверстие ушка иголки. А сплести под микроскопом ажурную кружевную салфетку? При многократном увеличении она выглядит как безупречная работа искусной мастерицы – витиеватый узор, ни узелка, ни затяжечки. В натуральную величину она размером не больше двухкопеечной монеты. Нитями для этого шедевра послужил рассеченный до одной сотой части человеческий волос, пропитанный серебром.

Супруга мастера не ревнует, а гордится тем, что Владимир Казарян дарит цветы другим женщинам. Его работа «Букет роз» есть у королевы Великобритании, Хиллари Клинтон и Мадонны.

Это самый маленький в мире букет. Стебельком и подставкой служит человеческий волос, а лепестки изготовлены из пропитанной масляной краской рыбьей чешуи. Каждый цветок имеет 12-14 лепестков, а всего в букете их 17. Вся композиция – размером с ноготок.

Понятно, что и инструменты для таких работ нужны уникальные. Владимир Казарян изготавливает их сам. Если обычный художник может купить себе какие-угодно нужные кисти в салоне, кисточка микроминиатюриста – это все та же отсеченная от волоса одна сотая его часть.

– Когда он пишет портрет на рисовом зернышке масляными красками, поставил руку под микроскопом, и вам кажется, что она вообще не двигается. А там идет работа, – рассказывает Елена Казарян. – Владимир Эдуардович говорит, что даже у него такое ощущение, что он инструментом управляет лишь силой мысли, потому что движение – это слишком много. Вы представляете, как это создается? Он руки ремнями к столу крепит, чтобы чисто инстинктивно рука не пошевелилась, потому что, если она дернется, дважды в одну точку уже не попадет – нарушится вся картина.

Подготовительные работы могут занять недели и месяцы. Придумать, продумать и только после этого приступать. Перед последним этапом мастер устраивает 5-дневное голодание. Как поясняет его жена, чтобы настроить себя и переключить весь организм лишь на эту работу. Воплощение задуманного занимает от одного до трех месяцев.

На начальном этапе бывало и четыре, и пять. Бывает, дойдет до средины, но что-то не учел, и все, дальше не может пойти. Были такие моменты, что он откладывал работу, чтобы как-то усовершенствовать технологию. Бывало, что месяцы и годы проходили, пока он возвращался к задуманному.

В отличие от традиционных живописи или скульптуры, тут любая остановка может уничтожить работу. Отойти к окошку, отхлебнуть кофе и посмотреть на свое творение под другим углом, чтобы увидеть возможные недочеты или ошибки. Тут такой возможности нет. На то, чтобы сделать безошибочное движение, у мастера есть секунда. А может, даже ее доля. Нужно правильно дышать, чтобы контролировать нужный момент между двумя ударами сердца, чтоб сделать один-единственный верный штрих. Владеть собой нужно так, чтобы даже суметь «выключать» ощущение пульсации сердца в пальцах.

– С минимумом силы, между ударами сердца и так, чтоб глазом не моргнуть, потому что даже движение ресниц может помешать. Это, конечно, труд колоссальный, – говорит Елена Казарян.

О мастерах микроминиатюры так и говорят, что это люди, которые укротили электростатику и собственное сердце.

Работает мастер всегда в маске.

–  Маску надевает, потому что за 40 лет были такие курьезы, что вызывали и смех, и слезы. Вот однажды, когда работа уже подходит к концу (Владимир Эдуардович тогда создавал танец девушек. Там стояли девушки в разных национальных костюмах, сделанные из пылинок драгоценных камней), и вот он практически все уже завершил, осталось только все это закрепить. От ощущения, что работа на финишной прямой, он облегченно вздохнул. И девушки все эти улетели. Конечно же, это был стресс, – рассказывает Елена.

Это не единственный курьез, который теперь в семье вспоминают со смехом. Крошечные элементы в самый неожиданный момент могут электризоваться, пружинить и даже прорастать.

– Когда-то, еще в советские времена, какой-то связанный с народным хозяйством институт заказал микроминиатюру на тему «больше хлеба родной стране». Там на пшеничном зернышке был трактор, комбайнер, флаг с этой надписью. Но проходит какое-то время, звонят из музея, испуганные очень, и говорят, мол, приезжайте, там ваш трактор опрокинулся. Владимир Эдуардович удивился очень, сделал же все на совесть. Оказывается, пшеница проросла и опрокинула трактор, – рассказывает Елена Казарян.

Сейчас такое вряд ли возможно, уже пшеничные, рисовые и маковые зерна  обрабатываются специальными средствами, чтобы там ни жучок не завелся, ни росток не появился. Но нештатные ситуации все равно могут возникать.

– Как смеется мастер, сколько было съедено президентов голубями… Это был у него такой заказ: портрет президента на рисовом зерне. Он делает. А вы поймите, это не портрет на холсте написать. Там – посмотрел на фото, нанес мазок на холст, снова посмотрел. Тут же нужно выучить лицо наизусть, каждую морщинку, потому что, когда начнешь его рисовать, головой крутить уже не будешь. Полностью по памяти, не моргая, должен все это создавать. Представляете? И вот, нарисовал он красками портрет президента и на балкон положил подсушить. Возвращается – а его нет. Там голубь сидит. Довольный такой… 

 

Удиви Америку

Среди поклонников таланта Казаряна оказался Билл Клинтон.

– В 1994 году в Москве проходила трехсторонняя встреча на уровне президентов. Когда дошло до подарков, Борис Ельцин вручил Биллу Клинтону картину. Он принял ее, поблагодарил. А потом Леонид Кравчук – портрет Клинтона на рисовом зерне. И американский президент был потрясен, как такое вообще можно сделать? Кто это сделал? Я такого в жизни не видел, и почему у нас в Америке такого нет? – рассказывает Елена.

Впрочем, уже есть. Часть коллекции на протяжении 10 лет выставлялась в самых разных галереях по всей стране.

В частности, уникальные движущиеся микроминиатюры.

В них встроен микромеханизм, который приводит фигурки в движение. Например, нажимаете на кнопочку, а там в отверстии, сделанном в человеческом волосе, как в тоннеле, проходят 5 разных моделей машин. Еще одно уникальное творение – там фигурка запрыгивает на турничок, делает сальто, спрыгивает и уходит. Есть еще работающий телевизор. В нем только три программы. Ну, это, конечно, мультик повторяющийся, кусочек фильма. Но это микроскопический телевизор. Есть бой механических блох – они на ринге боксируют друг друга. Эти работы в Америке были представлены на выставке «Десятка самых удивительных зрелищ мира», – делится Елена Казарян.

Работы Владимира Казаряна за 19 лет знают почти все государственные секреты: они были в экспозиции Ливадийского дворца, изю­минкой его Итальянского дворика. Когда там проходили саммиты на высшем уровне, их показывали высокопоставленным гостям. Однако после аннексии Крыма мастер вместе со своей коллекцией после почти 20 лет жизни на полуострове покинул его. У него был выбор, и он его сделал.

 

«Если тебе скучно наедине с самим собой, как ты сможешь быть интересен другим?»

Владимиру Казаряну точно скучать некогда. К слову, в подзаголовок вынесен его афоризм. У него же их – 10 сборников. Он написал около 100 песен и записал 5 дисков, издал 20 книг. Параллельно с работой над микроминиатюрами он успевает писать и издавать книги, причем за свой счет. О чем? О жизни, о нас, людях. Елена Казарян рассказывает, что, готовясь приступить к очередной работе – задумал повторить достижение тульского Левши из известного рассказа Николая Лескова и подковать блоху, – он изучал это насекомое. Параллельно родилась книга «Похождения блохи». В его сказке самоощущение и самомнение блохи зависит от того, на каком животном она живет. На шкуре льва она сама себя чувствует немного львом, если не царем, то уж точно царицей зверей. А вот на шкуре бездомной собаки ее философия жизни тут же кардинально меняется.

Есть и отчасти биографический рассказ «Затворник». Хотя, как говорит супруга, мастер – человек общительный, энергичный и открытый, все равно он отчасти «живет в своем микромире».

И только мастер знает, как много времени и труда нужно, чтобы создать удивительную работу. Нам же, чтоб удивиться, нужно лишь мгновение. Просто посмотреть через специальное устройство в стеклянный шар, где цветут розы, размером с ноготок, а караван верблюдов уходит от нас вдаль, не цепляя горбами даже ушко швейной иглы.

Ирина Нетреба, фото Павла Волошина, «УЦ».