Почему сгорел дом?

14:19
0
405
views

В прошлом номере «УЦ» была напечатана статья «Жизнь после пожара». Татьяна Ткаченко – человек в городе известный. И неудивительно, что эта история имела такой резонанс. Да и просто страшно. Как? Почему? Ни Татьяна, ни ее дочь Женя, очевидно, не курили пьяные в постели, по дому у них не были расставлены канистры с бензином. Просто замкнуло проводку – такое может случиться с каждым… Пожарные приехали быстро, но, тем не менее, дом сгорел вместе со всем имуществом.

Татьяна, конечно, ни в чем спасателей не обвиняла: невозможно обвинять в чем-то людей, которые рискуют своей жизнью для спасения твоего имущества и домашних животных. Но спасатели все же обиделись – и на Татьяну, и на нас. Татьяна, например, говорила, что на пожаре было две машины, пожарные – что шесть… И так по каждому пункту. Но спасатели оказались людьми не только смелыми, но еще и великодушными. Немного пообижались и пришли к заключению: остальные просто не совсем понимают, как и что они делают. И пригласили нас с Татьяной Ткаченко на «разбор пожара». «Разбор» длился более трех часов, но это того стоило. Все разошлись в мире и согласии. Начальник управления ГСЧС в области Виталий Миронюк даже отметил, что на «разборы», наверное, стоит время от времени приглашать пострадавших и журналистов, чтобы жители города понимали, как и почему действуют спасатели.

Точные цифры пожара

Спасатели фиксируют все – с первого вызова и до последней секунды. В данном случае все выглядело так: 21.14 – звонок, мужчина сообщает о пожаре и называет адрес: ул. Тюленина. «Калинина?» – уточняет диспетчер. «Вы в Кропивницком?», «Как ваша фамилия?». Звонивший бросает трубку – и его можно понять.

– Почему мы уточняем все это? – говорит Виталий Миронюк. – Во-первых, к нам часто попадают звонки из Винницкой области, во-вторых, мы записываем фамилию, чтобы уменьшить количество ложных вызовов и, чтобы если информация окажется не совсем верной, мы могли уточнить место пожара. Но, пока первый диспетчер уточняет все это, второй уже направляет спасателей на место.

Мы тут же в этом убедились, диспетчер №2 направила спасателей на Тюленина, пока первая девушка еще выясняла, в каком городе находится звонивший. Две автоцистерны выехали из пожарной части № 5 через несколько секунд. На место пожара прибыли в 21.22 – через восемь минут после вызова. Отключили электроэнергию, убедились, что в доме не осталось людей, и в 21.25 приступили к тушению огня.

То есть непосредственно тушили огонь только из автоцистерны № 1. Когда там закончилась вода, туда перелили воду из автоцистерны № 2 (в каждом автомобиле по 4 тонны воды). Спасатели объясняют, что технически на узеньких улочках в частном секторе действовать по-другому невозможно. Когда закончилась вода во втором автомобиле, пожарные попросили подмоги. На помощь прибыли два автомобиля из других частей (назовем их №3 и №4). Подмога в данном случае – это не физическая помощь в тушении пожара, а вода. Воду из автомобилей 3 и 4 переливали в автомобиль 2, а оттуда – в автомобиль № 1. После этого автомобили №№ 3 и 4 ездили по очереди к ближайшему гидранту за водой и сделали по несколько ходок.

Татьяна из двора видеть их не могла. А уж тем более не могла видеть автобус № 5 и легковой автомобиль № 6 (в автобусе заряжали кислородные баллоны для пожарных, в легковушке тоже делали что-то для обеспечения их деятельности).

Так почему сгорел дом? Виталий Миронюк говорит, что пожарных вызвали слишком поздно. Но, когда неизвестный мужчина звонил, Татьяна и Женя, находясь в доме, еще даже не знали, что у них пожар! Когда им постучали в окно, Татьяна еще поднялась на второй этаж и на чердак, горела только одна комната на втором этаже…

Спасатели показывают фотографии, сделанные в 21.34 (через 12 минут после прибытия на место!), на этих фото вся крыша дома уже объята огнем. Татьяне Ткаченко в это поверить сложнее всего – она была на чердаке ровно за десять минут до этого фото!

Мог ли огонь за десять минут охватить весь чердак? Легко. Пожарные говорят, что на деревянных конструкциях за 10 минут огонь мог распространиться на 80 квадратных метров! Вдумайтесь: 10 минут – 80 квадратов…

 

Трудности перевода

В 22.43 руководитель тушения пожара (есть такая должность) сообщил о локализации. Но ведь огонь еще распространялся! Это сложности перевода с пожарного на общечеловеческий.

– Локализация в данном случае означает, что угрозы для соседних домов уже не было, – объясняет нам тот самый руководитель. – Есть шесть приоритетов: первый – это люди. Если в горящем здании есть люди, то о распространении огня в этот момент не беспокоятся, надо спасти людей. Второй – это возможность возгорания соседних зданий, третий – соседних комнат и т.п.

В данном случае, поскольку до соседского флигеля полтора метра по диагонали, был выбран второй приоритет. Когда угроза миновала, руководитель объявил локализацию. Почему? Чтобы диспетчер знал: машины №№ 3 и 4 при необходимости можно забрать. В каждой части дежурят по две машины, и если бы в это же время пожар случился в центре или на Волкова, там бы не хватало рук…

В 23.15 руководитель сообщил о ликвидации пожара. Но дом горел, и первая бригада продолжала его тушить до двух часов ночи! Цель та же самая: руководитель анализирует ситуацию и видит, что пожар не вспыхнет снова, машины из других частей можно отпустить, машину № 2 тоже можно будет направить в другое место. Большой напор воды уже не нужен. Дальше спасатели «проливают» дом.

 

Было бы быстрее…

Кроме позднего вызова, виноват, по мнению пожарных, сам дом – кирпичный снаружи, но глиняно-деревянный изнутри. Но еще – гидранты. Ближайший к дому гидрант находится за 220 м. Но он не работает! Поэтому понадобились машины 3 и 4, которые ездили за километр за водой. Пожарные кричали «дайте воды», а им отвечали: «воды нет», поэтому вода лилась через дырки в рукавах во двор – не хватало напора, чтобы она поднималась вверх. А дырки, говорят спасатели, дело обычное – рукава всегда используют новые, но когда на них сверху падает раскаленные шифер и стекло, то они прогорают. При хорошем напоре это вообще не проблема, но…

– Если бы ближайший гидрант работал, мы обошлись бы двумя машинами и потушили бы за пару часов, – говорит Миронюк.

– Но результат был бы такой же, – добавляет начальник горрайонного отдела Валерий Жилин, который приехал на пожар помочь подчиненным. – Да, то, что мы видим, ужасно. Но то, что мы видим на первом этаже – это результат работы воды, а не огня. Внутренние конструкции в доме старые, глиняно-деревянные, с пустотами, в которых прячется огонь. Мы можем показать вам фотографии таких домов, где горело 2 кв. м кровли, а в результате вся крыша упала в дом. Такова реакция сухой глины на воду. А сюда было вылито 44 тонны воды.

– Что значит, если бы работал гидрант? Зачем вам гидранты, если они не работают?

– Гидранты принадлежат водоканалу. Мы их обследуем каждую весну и каждую осень, направляем результаты водоканалу и городской власти. Сегодня из пятисот гидрантов в городе не работает около трехсот. Но очень не хотелось бы, чтобы вы сегодня ругали Райковича… За двадцать лет он первый, кто вообще нас услышал. Впервые в прошлом году были выделены средства на закупку 200 гидрантов, их передали водоканалу, и он заменяет сейчас неработающие гидранты на новые. В этом году выделены средства на закупку еще 70 гидрантов. Этого уже достаточно, потому что некоторые гидранты можно исправить…

О проблеме с гидрантами, на наш взгляд, нужно кричать. Это же просто глупость какая-то: гидранты, каждый из которых стоит всего несколько тысяч – что за проблема для бюджета города? Поэтому ругать Райковича не будем, поблагодарим, что купил. Жаль только, что дома уже нет…

Впрочем, Татьяна Ткаченко говорит, что результатом встречи довольна: «Это не горе, поймите. Горе – это терять родных. Горе – это если бы кто-то из пожарных погиб в моем доме. А это – неприятность, мы ее переживем, отстроимся. Я не хотела подавать в суд и т.п., я хотела услышать правду (некоторые вопросы остались, но это уже нюансы). Но, возможно, так было нужно. Должен был сгореть мой дом, чтобы с другими завтра этого не случилось».

Все это заставляет задуматься. А еще меня, жителя частного сектора и такого же, глиняного внутри, дома с проводкой, которой лет пятьдесят, это заставляет бояться и волноваться, где, интересно, ближайший гидрант, работает ли?

Ольга Степанова

Ольга Степанова

Журналист «УЦ».