На берегу безводной реки

13:21
0
339
views

Ажиотажу вокруг вопроса о способах наполнения водохранилища, созданного в 70-е годы прошлого столетия в центре Кіровограда, можно только порадоваться. Наконец-то к делу спасения Ингула, а именно так стоит вопрос, подключились не только активисты, время от времени проводящие на берегу свои устрашающие акции, но и специалисты. Но возникает встречный вопрос: не поздновато ли спохватились?

 

Именно об этом подумалось, когда мы со съемочной группой областного телевидения и начальником городского управления ГСЧС и гражданской защиты населения Сергеем Коваленко побывали в месте предполагаемого впадения реки Грузская в Ингул. Это место хорошо видно с высоты первого мостового перехода по Объездной, фактически речь идет об окраине Кропивницкого или так называемой старой Лелековки. В этом месте пойма Ингула представляет собой широкую долину, которая тянется от села Великая Северинка до самой Лелековки. Где-то внизу должно быть и русло Ингула, а паралельно ему, совсем недалеко, – протекать и Грузская, до места предполагаемого слияния, которого нет, потому что… исчез Ингул! Сергей Коваленко спустился под мост и попробовал перейти реку. Напоминаем, что речь идет об Ингуле, который питает водой лежащие в пределах города водохранилища. Это ему удалось сделать без труда, даже не намочив обуви. Фактически о местоположении русла мы можем судить только по густым камышовым зарослям по всей длине бывшей реки. С самого моста местами все же просматривается ручеек или остатки реки, но считать его рекой уже нельзя.

Такое положение дел складывалось десятилетиями, если не столетиями, за счет хозяйственной деятельности населения и его вмешательства в природное течение. В каждом населенном пункте издавна на берегах устраивались копанки, по самому руслу создавались водохранилища и ставки, из которых в советские времена бралась вода для огородных бригад. К этому стоит добавить и сплошную распашку берегов за границами населенных пунктов, а также застройку берегов в пределах сел, поселков и городов. Воды становилось все менше, а растительности, тех же камышей, все больше. За счет развития корневой системы водной растительности, которая задерживала и уплотняла земляные смывы с полей, русло постепенно мелело, пока не исчезло совсем. Теперь, даже если и найти воду, хотя бы и за счет ликвидации части ставков и водохранилищ, она просто растечется по пойменной части бывших рек Ингула и Грузской, но никак не попадет хотя бы в Новониколаевское водохранилище.

Ситуация с исчезновением Ингула обострилась в последние годы, и мы все были свидетелями этого. Если два-три года назад тоненькая струйка воды, текущая руслом Ингула, еще просматривалась с высоты объездной дороги, то теперь о присутствии воды здесь напоминают только заросли камышей. Это не только чревато пересыханием Ингула в центре города, но и таит серьезную опасность во времена весенних и дождевых паводков, которые иногда бывают просто катастрофическими. Если раньше часть воды принимало на себя глубокое русло, то теперь оно исчезло. Мы видим, что воды в русле Ингула нет на всем протяжении от заиленного истока возле села Бровковое и до самого города, а это получается около 30-ти километров совершенно мертвой реки. Вода еще хранится в водохранилищах выше по течению, где она аккумулируется за счет весеннего половодья и осадков, но даже подпитать ею русло Ингула не получится по причине прекращения водотока между ставками.

На самом деле речь идет не о спасении отдельно взятой реки, хотя в этом месте мы видим, что даже не пересохли, а исчезли две самых больших наших реки – Ингул и Грузская. Сейчас речь идет о спасении всей водоносной системы Кропивницкого и прилегающих территорий. Водосбор Ингула возле города составляет около 50 километров по обе стороны реки, но большинство притоков, особенно в черте города, уже исчезли или доживают последние месяцы. Днями был зафиксирован замор рыбы в Бианке, в водохранилище, устроенном в Большой Балке. Там, по переулку Закарпатскому, была насыпана дамба, под которой проложили трубы для продолжения водотока. Но местные жители, которые по жлобской привычке застроили берега до самого уреза воды, перекрыли водопропускные трубы камнями, чтобы… поддерживать уровень свого ставка, возле своей хаты. В результате вода зацвела, кислород исчез, и рыба задохнулась. Понятное дело, что в горсовет посыпались жалобы: куда смотрят местные власти? Вопрос, конечно, интересный, особенно если подумать об участии самих жителей в деле уничтожения малых и больших местных рек, но это, как говорится, частный случай, а мы ведем речь об исчезновении и возможности возрождения всей водоносной системы.

На данном этапе наличие воды в Ингуле в пределах города и ниже по течению обеспечивается только водохранилищами. Служба Сергея Коваленко постоянно контролирует в них уровень воды и констатирует, что в этом году он недотягивает до расчетных значений, то есть номинального уровня. В Новониколаевском водохранилище уровень составляет 4 метра 66 см при необходимых 4 м 85 см. Понятно, что нет уровня и в Центральном водохранилище, там, где собираются обустроить нарядную набережную. Там глубина всего 1 м 70 см при необходимых 2 м 10 см. Но на самом деле воды в городских водохранилищах еще меньше, потому что заиленность берегов составляет 45,5 процентов. Поэтому через плотину ТЭЦ нельзя пропускать достаточное для поддержания течения количество воды – за неделю такой «гуманитарной помощи» Новониколаевское водохранилище станет похожим на русло Ингула в районе Объездной, т.е. безводным и без шансов снова наполниться водой – реки-то нет!

Если в городе это хотя бы начали понимать, то спокойствие на областном олимпе удивляет, хотя именно там надо начинать разработку мер и поиск средств на спасенне водной системы Ингула и его притоков. В городе тоже пока больше говорят, чем делают. Возможно, так происходит потому, что в Кропивницком нет отдельного органа управления водным хозяйством, с полномочиями и финансами. В самом городе делается очень много в направлении развития транспортной инфраструкты, может, нам по плечу и спасение Ингула? Чтобы нашим детям не пришлось гулять по новой набережной и любоваться безводным руслом бывшей реки…

Сергей Полулях, «УЦ».