Побывав в Китае, поняла, что нет ничего невозможного

14:47
965
views

Елена Бондаренко – профессиональная модель из Кропивницкого. В 20 лет ее, студентку журналистского факультета, пригласили на работу по контракту в Китай. Она поехала и осталась там на 10 лет. Недавно Елена вернулась с пятилетней дочкой в Кропивницкий и открыла здесь собственную модельную школу.

О жизни и карьере модели в Китае и своей новой школе Елена Бондаренко рассказала в интервью журналистке «УЦ».

– Елена, в нашем городе есть немало модельных школ. Не останавливала вас конкуренция, когда решились открыть свою?

– В Кировограде всего пять модельных школ, а это совсем немного, учитывая то количество способных студентов и красивых девушек, которые есть у нас. И, наверное, потому что я здесь не жила, не видела для себя конкуренции как таковой. Мне было просто это сделать, потому что я единственный человек в нашем городе, который создал модельную школу не с теории, а с практики. Я работала в сфере моделинга и по контрактам, и на фрилансе, поэтому четко понимаю, какие знания необходимо давать нашим ученикам. Посмотрев программы других школ, я поняла, что мы от них абсолютно отличаемся, и на фоне этого конкуренции у нас нет. У нас другая программа, другие преподаватели и другие цели. Мы не ставим перед собой задачу отправить ребенка на заранее проплаченный родителями конкурс красоты. Наша цель – дать им возможность поехать в другие страны, где они реально смогут зарабатывать деньги, а также путешествовать, открывая себя и мир.

– Как давно открылась ваша школа и кто обучается там?

– Мы открылись совсем недавно – в октябре. Сейчас делаем только первые шаги. Обучаются там в основном девчонки, хотя мы с удовольствием приглашаем и парней. У нас три группы – младшая (5-8 лет), средняя (9-11 лет) и старшая (12-16 лет). По окончании карантина я буду открывать кастинги на бесплатное обучение перспективных моделей возрастом до 25 лет.

Группы у нас небольшие – по 5-8 человек. Планируем набирать чуть больше, но не так, чтобы было дискомфортно. Хотя помещение позволяет, групп по 30 человек точно не будет. Ведь уделить время и внимание нужно каждому, а длительность урока – один час. Я предпочитаю работать на качество, а не на количество. Преподавательский штат у нас состоит из молодых и креативных специалистов: стилиста, учителя английского, психолога, мейкапера, преподавателя блогинга и других.

– Долго ли вынашивали идею создания такой школы и как воплощали её?

– Да, я хотела это сделать ещё будучи в Китае – преподавать для китайских детей. Но что-то пошло не так (смеется). У меня было много работы в сфере музыки, и к тому же у меня не было постоянного места жительства. Я часто переезжала в разные города, когда заканчивался один контракт и начинался другой. В каждом городе я жила максимум по году-полтора. Соответственно, планировать что-то на долгосрочную перспективу было сложно. Вернувшись сюда, я познакомилась с Оксаной Михайловской, арендатором второго этажа ресторана «Максим», и она предложила мне открыть такую школу, поскольку сама работает с детьми. У неё образовательный центр «Максимум», куда входят садик, школа и школа моделей. Так буквально за две недели мы всё организовали. У меня была идея, а у неё – помещение и возможность её воплотить.

– Как решились поехать в Китай, да ещё и на такой длительный период – 10 лет?

– На 10 лет ехать я не планировала точно (смеется). Когда-то в детстве я занималась в школе моделей Style models Татьяны Синеок. Но тогда я совсем не видела себя в этой сфере. Посещала эту школу в течение года, потом оставила и забыла. Спустя время, когда я была на 5 курсе университета, знакомая моей мамы предложила поехать в Китай по контракту. Весила я тогда не так, как сейчас, и сильно в себе сомневалась, но всё-таки решила попробовать. Я представляла Китай полным рисовых плантаций, а прилетев в Шанхай, увидела совершенно другую цивилизацию и была поражена тем, как живут люди там. Первый контракт оказался неудачным, и я вернулась в Кировоград, где познакомилась с Татьяной Жижей, бывшим руководителем модельного агентства RIMO. Тогда она набирала девочек на работу по контракту в Китай. И я снова полетела, но уже с группой под её руководством. Там в течение двух месяцев она нас сильно муштровала, каждый день у нас были репетиции и классы по йоге. И этот опыт дал мне гораздо больше, чем любая школа моделей. Именно от неё я поняла, как нужно преподавать, чтобы это было интересно и на высоком уровне. Всему этому я научилась уже будучи двадцатилетней. Для моделинга это поздно, но Татьяна дала нам шанс поверить в себя. Практически все, кто когда бы то ни было проходил её обучение, сейчас успешно работают в моделинге, например, Алина Байкова и много других. Проработав с Татьяной несколько контрактов, я вернулась в Кировоград, а потом снова уехала в Китай и осталась.

Нас было несколько человек. И это было круто. Мы жили с девочками в Шанхае, нам было уже по 22. Учеба закончена. Мы были молоды, свободны, и нас ничего не держало дома. Я, две мои подруги и кошка жили в одном номере в оте­ле. Постоянно ездили по каким-то кастингам. В 22 года в чужой стране, не зная языка, мы сами себя организовывали. И это было потрясающе! Мы не понимали, что может быть страшно или опасно. Мы просто жили. Есть проблемы – решили. Нет проблем – всё прекрасно. И, наверное, благодаря этому всё получилось.

Потом мы разъехались по разным странам. Все девчонки вышли замуж, и я в том числе. У меня родился ребенок, всё закрутилось, и до последнего года я жила там. В то время у нас уже сложился там быт, я набрала достаточно связей и работала сама по себе. Подучила китайский, выучила английский. В общем, Китай мне очень много дал.

– Удалось адаптироваться к тамошней жизни?

– Да, я адаптировалась, но не от желания и любви к Китаю, а от того, что жила там долгое время. Люди там сильно отличаются от нас, а мы от них. Азия – это вообще загадочный мир. Сначала ты пытаешься как-то противостоять, мол, нет, я не буду учить ваш язык и есть вашу еду, у меня есть своя культура. Но потом волей-неволей приходится с этим мириться и идти навстречу, потому что, как- никак, но они нас у себя принимают, дают нам работу. Конечно, везде есть честные и нечестные люди, но большинство из тех, кто встречались мне, были искренними и открытыми. А когда ты начинаешь говорить не на английском, а на китайском, они так радуются, ведь понимают, что выучить их язык довольно непросто.

– И сколько времени понадобилось, чтобы овладеть китайским?

– Благодаря хорошей ежедневной практике, это не заняло много времени. Но я не говорю на совершенном уровне. Чтобы выучить его в идеале, нужно лет 10. Я занималась с репетитором. И было очень здорово, когда, например, выучила какую-то фразу и сразу можно подойти к баристе в кофейне и что-то спросить у него по теме, которую уже прошла. Любой язык учить гораздо легче, когда вокруг тебя есть его носители.

– Вы говорили, что занимались музыкой…

– Да, занималась, занимаюсь и буду заниматься. Я вижу себя в этом даже больше, чем в моделинге. Одну свою мечту – создание школы моделей – я уже воплотила. Но есть ещё одна: хочу открыть собственное заведение с террасой на берегу моря и там играть музыку, которую хочу я, а не которую мне диктует кто-то, соблюдать определенный стиль, например, Chill out или Deep House. И я думаю, что в течение нескольких лет воплощу это тоже. После того, как побывала в Китае, поняла, что нет ничего невозможного. Если ты чего-то сильно хочешь и идешь к своей цели, то обязательно её достигнешь. Музыку я не брошу никогда. Это уже часть меня.

– Как вы учились этому?

– Самостоятельно. Мой бывший муж тоже занимается музыкой и, когда я работала моделью, он сказал: «Лена, у тебя есть слух, а у меня диджейский пульт. Давай совместим. Я тебя научу, дам базу, а дальше ты сама будешь тренироваться, если понравится». И мне понравилось очень сильно. Я тренировалась днями и ночами в перерывах между кастингами, в каждую свободную минуту. Сейчас в Кировограде периодически работаю также как и диджей. Играла в Museum bar и других барах нашего города, а также на частных вечеринках. Я больше работаю для души. Если я вижу, что заведение располагает, и мой стиль музыки соответствует тому, что они просят, я беру эту работу.

– Что самое важное в работе модели?

– Моделинг – это профессия, которой можно заниматься для себя как хобби. Сейчас очень много инста-моделей, есть сотни различных фильтров, и каждая при желании может стать моделью, если знает, как себя подать, как сделать хорошее селфи и так далее. Это всё есть в интернете. Но я пытаюсь донести нашим девочкам: чтобы стать профессионалом, нужно много работать. 90% успеха – это наш труд и упорство. Когда заставляешь себя встать в 5 утра и поехать на кастинг, потом на другой, третий. А ведь нет никакой гарантии, что хотя бы на одном из них тебя возьмут. На всех трёх могут отказать, а это очень бьет по самооценке, и не факт, что ты встанешь на следующий день и поедешь ещё куда-то. Но вот если на этом моменте ты себя переборешь, дальше будет гораздо проще.

Поверьте, я видела моделей, которые не обладают особой красотой, но из-за того, что они много работают, они добиваются успеха. Те, кто желают зарабатывать много в моделинге, должны быть готовы работать над собой каждый день: учить английский, оттачивать дефиле, ставить осанку, заниматься самодисциплиной. Не всё так просто, и немногие выигрывают в этом деле. Школа моделей – это только база, как и обучение в обыкновенной средней школе. Кем ты станешь дальше – зависит только от тебя.

– Почему решили уехать из Китая, когда уже так неплохо там освоились?

– Возникли нюансы с визой. У меня не было возможности получить вид на жительство в Китае. Я там пребывала по рабочей визе как артист, и каждые полгода её нужно было продлевать. Делать это с ребенком было сложно и накладно. Каждые полгода мы были как на иголках. Мне могли дать визу, а ей – нет. Так и случилось в последний раз: мне открыли визу, а моей дочери отказали. Поэтому буквально за несколько дней я собрала чемодан и улетела с ребенком. Потом я сделала визу ещё раз и получила её на себя и дочь 24 января 2020 года, а 28 января в Китае затрубили о коронавирусе. И мы, конечно же, лететь не стали. Так я и осталась здесь.

– Не скучаете?

– Скучаю по работе. В Азии они делают всё очень масштабно и феерично. Каждое мероприятие – как фестиваль. По этой помпезности я скучаю, потому что они очень профессионально подходят к своему делу. У них всё продумано до мелочей – вплоть до салфеток на столе. На каждом мероприятии я работала так, будто это какое-то глобальное событие, хотя, по факту, это мог быть просто корпоратив компании. Для них это буднично, а для нас – вау! Даже спустя 10 лет жизни там, меня поражало, на каком высоком уровне они это делают. У нас такое встретишь очень редко.

– Говорят, чтобы достичь успеха в этом бизнесе, нужно идти по головам. С чем сталкивались вы на этом пути?

– По головам ни разу не ходила. И мне не ходили тоже. Дело в том, что азиатский рынок очень отличается. У нас не было каких-то вышколенных параметров в стиле 90-60-90. Там нужны разные девочки и мальчики. И поэтому, наверное, не было особой конкуренции, потому что ты знаешь, что у тебя всегда будет работа, неважно, какой у тебя цвет волос и глаз. Между всеми моделями у нас была дружба. Мы всегда друг друга поддерживали и, если видели, что где-то нужен какой-то типаж на кастинг, то скидывали друг другу информацию. И, наверное, благодаря такой дружбе у нас у всех была работа. Помогали друг другу с жильем и даже финансами, если у кого-то возникали какие-то проблемы. Где-то в Нью-Йорке или Милане – да, жесткая конкуренция возможна по той причине, что туда в основном едут с целью прославиться, а в Китай – только чтобы заработать.

– Почему только Алина Байкова занимается благотворительной деятельностью, а за другими моделями, в частности, из нашего города такого не слышно?

– У неё много денег. Я восхищаюсь ею. Знаю, из каких низов она отсюда вышла и какой путь проделала, чтобы добиться того, что у неё есть сейчас. Я тоже планирую заниматься благотворительной деятельностью, когда будет на это больше достатка. Это прекрасная идея. Мы с друзьями ездим периодически в детские дома, стараемся помогать детям, дарим подарки перед какими-то праздниками. Но я понимаю, что это капля в море, и хотелось бы помогать больше. И, если наша школа будет хорошо развиваться, я с радостью буду брать способных детей на бесплатное обучение, чтобы потом они имели возможность сами зарабатывать своим трудом. Мне кажется, что это лучшее, что можно сделать.

– В обществе по-разному относятся к профессии модели. Некоторые высмеивают, некоторые считают это несерьезной работой, не понимая, какой стоит за всем этим труд. На ваш взгляд, почему это так?

– Потому что пропал рубеж между эскортом и моделингом. Каждая эскортница сейчас называет себя моделью. Девочки пытаются добиться легких денег, и, соответственно, эта граница стирается. Но настоящий моделинг – это очень серьезный труд.