Марина Хотеева: «Восточные танцы нужны абсолютно всем женщинам»

13:59
0
757
views

Мы часто откладываем на завтра, на понедельник, на лето, на Новый год похудение, поездки, спортзалы, борьбу со вредными привычками и т. д. Что-то лень, что-то стыдно, а что-то и страшно. Я так долго откладывала поход в танцевальную студию, но таки решилась. Результат – прекрасное настроение и этот материал о студии Maritsa, о творческой судьбе ее руководителя Марины Хотеевой и о восточном танце вообще.

Занятие в студии начинается с классической интенсивной разминки, а дальше самое интересное – групповое изучение таинственного восточного танца. Марина одновременно строгая и мягкая со своими ученицами – ее замечания необидные и мотивируют быть лучше. Хореографию преподает уже 8 лет, к Востоку шла постепенно, начинала с работы в ансамбле «Ягори».

– Марина, с чего началось ваше увлечение восточными танцами?

– Может, я пришла бы и раньше к Востоку, но, когда была маленькая и ходила на танцы, не было особого выбора, про Восток вообще никто не знал. Восточные танцы стали популярными, когда вышел сериал «Клон», вот тогда был самый пик. У нас, в Кропивницком, первой преподавать восточные танцы стала Зоя Коляда. Сейчас она живет за границей, руководит там шоу-балетом.

– Классическая хореография нуждается в образовании. В восточных танцах оно необходимо?

– Обязательно, нужен хотя бы какой-то минимум классики – без элементарного знания тех же позиций ног, рук восточный танец не будет красивым.

– Какое образование у вас?

– Я окончила хореографическую школу искусств в Норильске (откуда я родом) с отличием. Дальше, к сожалению, учиться в этом направлении не пошла. Хотела, но меня мама не пустила. Не считала танцы профессией. А ведь у нас там и училище было хореографическое, и все возможности устроить меня туда. Несмотря на все обстоятельства, я все равно пришла к танцам.

– А до танцев чем занимались?

– Мама отправила меня в художку, я её закончила. При этом продолжала ходить в ту же хореографическую школу, где занималась раньше, и постепенно стала помогать тренеру проводить занятия. Потом поступила в институт и, уже будучи студенткой, танцевала в «Ягори». Окончила наш КИСМ по специальности «экономист-кибернетик». Я не хотела учиться на кибернетика, родные сочли чисто по названию, что это очень престижно, и так решилась моя судьба. Я даже год поработала на фирме «Соевый век» экономистом и окончательно поняла, что это не мое. А потом еще по иронии судьбы на празднике у своей бывшей фирмы выступала с балетом. Выхожу – и у директора такой шок. Сказал, что танцую однозначно лучше, чем считаю.

– А как же вы освоили азы восточного танца?

– Сначала по Интернету и всяким обучающим дискам. А вообще я родом из России, у меня там много родственников, каждый год к ним езжу. Поехала однажды к своему дяде в Адлер и там ходила на танцы. Пришла и сразу влюбилась в тренера. Она вообще поменяла мое мировоззрение, такая была пышечка, но как двигалась!.. Я смотрела на это с восторгом и понимала абсурдность моих комплексов по поводу внешности (всю свою молодость я стремилась похудеть, жила на одних диетах). Я поняла тогда, что восточные танцы нужны абсолютно всем – в первую очередь, чтобы раскрепоститься и избавиться от комплексов. Востоком может заниматься любая – и худенькая, и не очень. Это в любом случае будет смотреться красиво, гармонично.

– Есть какая-то разница – блондинка или брюнетка? Идеальный рост, вес и возраст танцовщицы.

– Нет никакой. Более того – блондинки очень популярны, потому что сильно выделяются на фоне брюнеток. Рыжеволосых тоже сейчас много. Могу сказать, что никогда не видела танцовщиц с короткими волосами, даже специально искала в Интернете – не нашла. У всех длинные. В нашем деле важно выглядеть женственно. Идеальная танцовщица в разных странах разная: арабам нравится, когда чувствуют их арабскую музыку, девушки в теле с харизмой и в откровенных костюмах; для нашего славянского зрителя идеальная танцовщица – это та, которая шикарно танцует на большой сцене, при этом ее внешность, костюм и хореография должны полностью гармонировать. Мои любимые танцовщицы – брюнетка Алекс Делора и блондинка Дарина Константинова.

– Насколько восточные танцы развиты в Украине?

– В Украине это удовольствие не для бедных. Если девушка хочет развиваться, ей нужно участвовать в конкурсах. У меня есть очень талантливые ученицы, которые просто не могут собрать денег на конкурс. У нас в Украине сейчас множество этих конкурсов – они чуть ли не каждую неделю проходят.

– Что нужно для победы в конкурсе, кроме денег?

– Если у тебя красивая внешность – это 50% победы. Если при этом ты еще и классно двигаешься и у тебя хорошая постановка, еще добавляется 20%. Костюм добивает всех. Если костюм дороже 5000 гривен, скажем, в камнях Сваровски, весь сверкает – победа обеспечена. Реальный пример: мы с моей талантливой ученицей ездили на конкурс в Одессу. За победу состязались она и одна одесситка, костюмы у них шикарные, хореография примерно на одном уровне, но Вика гораздо красивее, поэтому победила она. В нашем деле нужно быть очень уверенной, выходить на сцену с посылом «Я – королева!», и победа будет твоя.

– Расскажите о своих ученицах, об их чудесных перевоплощениях.

– Была у меня чудесная история. Одна женщина вышла замуж, муж у нее чуть моложе. У них почему-то долго не получалось завести детей. Ей уже было 33 года, когда она увидела, как я, беременная, вела свои занятия, и спросила меня: «Марин, это полезно?» Я ответила, что полезно, если нет противопоказаний. Основная польза восточного танца заключается в том, что во внутренних органах и в органах малого таза улучшается кровообращение, нормализуются все обмены и вообще улучшается функция деторождения. И вот эта женщина рассказала мне, что из-за длительного лечения гормонами она набрала лишний вес, и теперь еще и этот фактор мешал забеременеть. После гормонов она не могла ни в тренажерный зал ходить, ни выполнять какую-то физическую нагрузку – сразу начинала кружиться голова, теряла сознание и все такое. Мы начали работать по чуть-чуть, ученица похудела, а буквально через месяц полностью выдерживала всю тренировку со всеми наравне. А еще через месяц она мне сообщила счастливую новость о своей беременности и предложила стать крестной. Так я крестила девочку, мы до сих пор дружим с её мамой. Они с мужем уехали во Львов, строят там дом. И в этом доме даже специально оборудуют отдельную комнату, чтобы в ней со мной по Skype с дочкой заниматься. Моя ученица сама работает по Skype психологом-терапевтом, меня часто рекламирует своим клиентам, всем рассказывает, что благодаря мне она забеременела.

Я теперь обучаю многих учеников даже не из нашего города по Интернету. У меня есть YouTube канал Maritsa DanceStudio, там уже почти две тысячи подписчиков. Я этим очень горжусь. Изначально он создавался, чтобы выступления моих учениц могли видеть их родители и близкие люди. А уже первые свои обучающие видео так называемые обучалочки я начала снимать, когда была беременна. Это было лето: дети уже на каникулах, взрослые ходили мало. Подумала – ну что сидеть, надо снимать видео. Качество самих видео, конечно, не очень, но они нравятся людям, поэтому думаю и дальше над этим работать.

Были у меня, наоборот, чересчур самоуверенные ученицы. Одна девушка Аня приходит на танцы: волосы черные такие, длинные, губы красные, глаза чернющие, макияж ядреный – ну прям девушка увлечена Востоком сильно-сильно. На занятиях полностью игнорировала мои замечания. Мы делали какое-то движение, у нее не получалось ничего. Я ей говорила: «Аня, сделай вот тут немножко не так», она: «Да-да» и делает по-своему. Откровенно говоря, в группе ее не очень любили, потому что она считала себя суперзвездой. Когда мы выступали, рвалась выступать со всеми. Ну я ж не могу сказать нет. В общем, несколько раз эта девушка запорола коллективу конкурс. Еще одну девочку-блондинку я очень хорошо запомнила: она ко мне много лет каждый год ходит и пытается прийти как первый раз на бесплатное пробное занятие. Думает, что я ее не помню, но я-то ее помню. Она каждый раз приходит и рассказывает мне, что была в разных студиях, ей нигде не нравится, и вот она хочет попробовать у меня позаниматься. А я такая: «Здравствуйте, Вика».

С детками много моментов всяких смешных – делаем мы танцевальные шаги. Говорю: «Девочки, шаг должен быть не больше вашей стопы, то есть малюсенький. Что вы делаете шаг, как у Гулливера?» Они спрашивают: «Кто такой Гулливер?» Я: «Как, вы не знаете кто такой Гулливер? Вы вообще книжки читаете, мультики смотрите?» Одна девочка гордо: «А я знаю, кто такой Гулливер – это конфета».

– Ваши дочки тоже танцуют?

– Пока нет. Одна у меня в папу пошла, вряд ли вообще будет танцевать, такая нетанцевальная. Я ее иной раз заставляю, уговариваю, упрашиваю, умоляю: «Ну, пожалуйста, пошли на танцы». А вторая еще маленькая, ей вот только будет три года. Уже вижу, что ей больше нравится петь.

– А вспоминаются ли вам какие-то особенные случаи на выступлениях?

– Однажды девочка разминалась перед выступлением в небольшой гримерке, ее что-то сильно понесло вперед, так она лбом о столик как шарахнулась. Звездочки в глазах, на лбу огромный синяк-шишка, но пошла и станцевала. У другой ученицы за один вечер случилось сразу два ужасных казуса. В одном из ночных клубов нашего города есть два зала. Нам заказали в первом зале один танец, во втором – второй. В первом зале она танцует, и у нее грудь выпадает чуть-чуть снизу, она поднимает руки, у нее поднимается лифчик на половину, и полгруди оголилось. Зритель насладился этим зрелищем. Она кое-как собралась и дотанцевала. Девушка вообще фармацевт, я взяла ее в шоу-балет потому, что у нее красивая восточная внешность и она хорошо танцевала. И тут надо выступать во втором зале. А там как раз перед этим шел конкурс, кто больше выпьет пива. Пол в пиве – липкий, скользкий. И эта же девочка во время танца поскользнулась, упала, разбила колени. После этого у нее был стресс, сказала, что больше никогда ни за что выступать не будет. В этом же клубе ужасный случай был и у меня. Перед нашим с девочкой выступлением бармен нечаянно разбил бутылку водки. А нам выходить как раз через бар босиком. У моей напарницы были с собой чешки, она пошла их надела, а у меня не было. Работники клуба, естественно, смели все осколки, постелили на пол листы бумаги, но бутылка была прозрачная, осколков не видно. И, когда я шла, один мне тупо попал в ногу. Пока танцевала, впился глубоко в кожу. Я сначала не ходила в больницу в надежде, что вытащила. Потом рана у меня зажила, но я хромала при ходьбе. На каждом выступлении хромала и поняла, что что-то не то. Поехали в больницу, там мне уже в хирургии под наркозом ту ногу расковыряли, кровь льет, а осколок прозрачный, и врач его еле-еле нашел. Из-за этого у меня долго были проблемы с ногой. С тех пор мы танцуем в бальной обуви на каблуках.

– А домогательства поклонников бывают?

– Слава Богу, нет. Но некоторые пытаются деньги засовывать в те места, куда не надо. Это наш славянский менталитет – засунуть купюру куда-то под пояс, поглубже, потрогать лифчик. Вот, когда мы выступаем перед восточной публикой (армянами, азербайджанцами), они если и дают деньги, то дают в руки крупные купюры. У них так принято, это не считается стыдным, наоборот – круто, мол, ты – профессионал. У армян на свадьбах даже есть такой обычай – во время первого танца давать невесте в руки деньги. Мы выступали как-то, и тут выходит к нам на сцену наше украинское такое быдло пьяное «в хлам», снимает рубашку, швыряет ее нам в лицо и танцует перед нами. А мы продолжаем номер. Этот товарищ увидел, что армяне давали нам деньги, достал пять гривен и пытался нам те пять гривен засунуть в лифчик.

– Восточный танец все-таки хорош в сольном исполнении или в групповом?

– В восточном танце, чтобы лучше себя показать, нужно танцевать сольно. Хотя я шоу-балет создала, потому что нашему зрителю часто нравится смотреть шоу, а в шоу красивее смотрятся несколько человек.

– Расскажите об особенностях восточного танца, о его разновидностях.

– Очень много сейчас видов. На конкурсах идет разделение на восточные стили: классический «Ракс-Шарки» (в переводе с арабского «танец востока»), фольклорный (бывает еще египетский и неегипетский). Сейчас появился новый популярный стиль «Стрит-шааби» – танцуется в джинсах и в шортах, там уже микс восточных движений и современных. Есть еще свободная танцевальная программа, есть восток-шоу, в котором преобладает зрелищность (светящийся костюм, крылья, канделябр на голове и т. д.). Видимо, это делается для того, чтобы людям больше нравилось, чтобы была конкуренция.

– Есть ли у вас конкуренты в Кропивницком? Много у нас в городе студий восточного танца?

– «Медея», «Златина», «Шакти», «Гармония». Все спокойно, мы нормально воспринимаем друг друга. А вообще – нужно просто найти своего тренера. Девочки, которые приходят ко мне, не любят даже, когда меня подменяют мои же ученицы. Многие ходят именно на тренера, многие по месту жительства – кому как удобно. Меня, например, конкуренция вообще не нервирует, я от этого «стимулируюсь», стараюсь быть лучше, какую-то изюминку внести.

Фото из личных архивов Марины Хотеевой.

Маша Ларченко

Маша Ларченко

Журналіст «УЦ».