«Ее все называли Милочкой»

14:01
3013
views

Продолжаем публиковать воспоминания о медиках, умерших от ковида. К сожалению, они стали статистикой: ежедневно министр здравоохранения отчитывается о количестве заболевших и умерших медработников. И все. А за цифрами – люди. Сегодня вспомним Меланию Михайловну Вдовиченко, работавшую старшей медицинской сестрой нейрохирургии областной больницы.

Ей было 72 года. Она была полна сил и желания работать, помогать людям, хотя здоровье подводило. Говорила коллегам, что еще пару месяцев поработает – и уйдет на пенсию. Но ушла навсегда.

Несмотря на то, что была старше многих сотрудников отделения, занимала должность старшей медсестры, ее все называли Милочкой. За глаза, конечно, но в этом уменьшительно-ласкательном имени – отношение к ней, к ее женским и человеческим качествам, к ее способности понимать и поддерживать людей.

Ее не стало в августе прошлого года. Именно тогда стали уходить первые медики, принявшие на себя ковидный удар. Мелания Михайловна подхватила вирус на работе: когда речь идет о нейрохирургии, о срочной госпитализации пациента, тест на коронавирус не требуют. Главное – спасти. Она и способствовала спасению, рискуя жизнью.

«У нас таких старших медсестер не было до нее и не будет после, – говорят коллеги. – Будут хорошие, может, еще лучше, но таких, как Милочка, уже не будет никогда».

Она вникала не только в рабочие процессы, знала, что у кого дома, в семье происходит. А знала потому, что ей все всё рассказывали. И она помогала, поддерживала. Ее считали мамой в отделении. И о ней скорбят, как об ушедшей маме.

Мелания Михайловна в нейрохирургии работала с начала 70-х годов. Начинала в палатах, потом на перевязках, затем ее назначили старшей медсестрой. И она стала образцовой.

Вырастила двух замечательных сыновей, один из которых врач. Говорят, что она была мама-квочка. И не только по отношению к своим детям. К ней тянулись, в ее тепле нуждались, ждали слов поддержки. Всякое было в жизни. Чего-то хватало, чего-то нет. Чаще не хватало – зарплаты медиков всем известны. Но она стоически переносила трудности и находила в себе силы поддерживать других.

Если у кого-то из сотрудников отделения случалось горе – Мила Михайловна была рядом. Радость – искренне разделит. Она группировала коллектив, делала из него семью не потому, что имела организаторские способности, а потому что к ней тянулись.

Если надо было, если заслуживали – ругала. И требовать умела, и жалеть. Если вдруг в отделении комиссия, проверка, все старались подготовиться, «чтоб Милочку не подвести». Ладно, кто-то поругает, поставит на вид, но главное – не подвести старшую сестру. А как было стыдно, если она ругала! Понимали, что за дело, но стыд был от того, что ее подвели.

Главный врач областной больницы Лариса Андреева говорит, что Мила Михайловна – тот человек, который ее после операции учил заново ходить. Вроде бы не ее обязанность, могла бы согласно должностной инструкции просто следить за порядком, но она брала пациентку за руку, поднимала, вела, считая каждый сделанный шажок…

Когда она объявила, что уйдет на пенсию, коллеги просили остаться, поработать еще. Говорили, что без нее будет тяжело. Да, без нее тяжело…