Бунтовали два часа, а расследовали год

15:26
850
views

В прошлом декабре кропивницкий СИЗО №14 «прозвучал» на всю Украину. Там случился настоящий бунт, из таких, какие только в голливудских фильмах бывают.

Взбунтовал сидельцев некто Арсен, который подозревался в убийстве, совершенном возле ночного клуба «Вельвет» 9 июня 2018 года, и который после года «в бегах» вроде бы сдался. Еще раньше он был фигурантом дела об убийстве парня группой его земляков. Они якобы были оскорблены в своих национальных чувствах и были вынуждены защищаться бейсбольными битами, случайно оказавшимися в руках. Вот этот самый Арсен и стал каким-то образом «смотрящим» в СИЗО. Пользуясь фактической свободой перемещения, он начал настраивать других удерживаемых на протест, мотивируя тем, что его могут убить.

Трудно поверить, но тогда в СИЗО двери камер не закрывались, и вообще, сидельцы могли спокойно перемещаться с этажа на этаж. У этого Арсена и на воле была репутация неуправляемого, а в СИЗО это только усилилось, возможно, благодаря статусу и безнаказанности. Он проник в кабинет женщины-психолога, избил ее, угрожал семье, в это же время из камер вышли другие удерживаемые, забрали ключи у охраны (!), которая просто сбежала в административный корпус. Такая вот бесстрашная охрана режимного объекта повышенной опасности.

Кто бы сомневался – на следующий день после случившегося, 17 декабря, начальник Администрации Государственной уголовно-исполнительной службы Украины Василий Коробко разместил сообщение в «Фейсбуке»: «Інформація про некерованість ситуації не відповідає дійсності. Поширювана новина окремими ЗМІ щодо бунту в державній установі та самоусунення посадових осіб Державної кримінально-виконавчої служби України та персоналу ізолятора від забезпечення належного правопорядку – фейк»! 

Когда поняли, что шила в мешке не утаишь и весь город только о бунте и говорит, появилась официальная информация от Администрации Государственной уголовно-исполнительной службы, которую она распространила 18 декабря: «Принимая во внимание случай группового неповиновения лиц, взятых под стражу, который имел место 16.12. 2019 года в госучреждении “Кропивницкий следственный изолятор (СИЗО)”, Управлением по вопросам исполнения уголовных наказаний и пробации Министерства юстиции принято решение о введении в учреждении особого режима сроком на 30 дней». 

Бывший руководитель пенитенциарной службы Украины Сергей Старенький сообщил для СМИ, что якобы накануне было проведено совещание у губернатора Кировоградской области, на котором полиции и СБУ была дана команда о перемещении из СИЗО нескольких «смотрящих», которые осуществляли там неформальный контроль. (Губернатором на тот момент был Андрей Балонь, который по иронии судьбы сам попал в этот СИЗО…) При этом руководство СИЗО специально заранее в известность не ставили, и в этом обстоятельстве скрывается вся подоплека жизни в местах не столь отдаленных.

Группа быстрого реагирования учреждения, понятное дело, быстро навела порядок в СИЗО. Особенно не миндальничали, под раздачу попали и виноватые, и невиновные. По разным слухам, были и разбитые головы, и поломанные руки. Потом был тотальный «шмон», как принято говорить у известного контингента. Нашли много неположенного, вплоть до телефонов.

Интересные подробности поведал на тот момент депутат Кировоградского областного совета, обвиняемый в мошенничестве Ярослав Бублик (его уже выпустили, дело «сдохло»), он сидел в СИЗО во время бунта: «У меня не было претензий к администрации до всех этих событий. Можно было достучаться до врача, фельдшера, можно было обращаться к дежурному, была возможность передач. Но бытовые условия… их там просто нет. У общества есть мнение, что, если попал туда – значит, заслужил. Но я хочу объяснить – там только процентов 10-15 тех, кто реально преступники. Остальные 85 – это люди, относительно которых идет следствие, их вина не доказана. Там большинство невинных. Меня больше двух лет незаконно держали под арестом, потому что был такой политический режим, некоторым людям так было выгодно.

У нас не работает институт презумпции невиновности, и потому там очень много невиновных людей.

Почему мне кажется, что это готовилось. В какой-то период начали многих вывозить на суд, и они не возвращались, они вроде выходили по “легким” статьям. Потом “авторитетных” по местным понятиям людей стали вывозить.

Были бытовые какие-то моменты, воду давали раз в сутки по часу-полтора. Бывало, что вообще не давали. Канализация не работает в некоторых камерах вообще. Арестантов выводили в один туалет на корпус. Нам все время обещали, что условия будут лучше. Отопления нет! Оно древнее, не работает, где-то есть, а где-то батареи холодные. Когда ввели это чрезвычайное положение, то повыбрасывали из камер обогреватели, “дуйки”, у кого были. Когда ты долго в таких условиях, ты приспосабливаешься. Без “дуек” в камере +5.

Камеры сырые, они не просыхают с советских времен. Течет туалет. Дует из щелей. Когда зашла ГБР, группа быстрого реагирования, они выбросили всё. Забрали чайники. Спустя время начали возвращать, но не всем. Нас переводили в другие камеры, у нас не было чайника, я попал в камеру, где чайник был, мы грели воду, набирали в пластиковые бутылки, под одеяло себе клали, так грелись. Но утром эти приходили и забирали бутылки…

– А с чего начался бунт?

– Я читал, что якобы началось с побития психолога. К нам приезжал омбудсмен, расспрашивали, и такое говорили. Начали не возвращаться люди, которых повезли на суд. Пропали, никто не знает куда. Говорят, что они проявили неповиновение, и их в более суровые условия отправили. Какое неповиновение – представьте себе, вас ведут несколько конвоиров с оружием, спецсредствами, собаками. Говорят, что человека забивали до полусмерти.

Помню, утром, часа в четыре, начался шум, были выстрелы, и потом мы видим в “кормушки”, что человек 300, ну так показалось, бегают с помповыми ружьями, полностью в спецзащите, началось всё на 4 этаже, забросали светошумовыми гранатами, заливали что-то похожее на газ – прямо в “кормушки”. Так было в камере напротив нашей. Некоторые люди стояли на продоле (“коридор” на жаргоне), по ним начали стрелять из помповых ружей и стали просто забивать ногами, и люди кричали. Начали стучать палками по щитам, чтобы не было слышно, как кто-то кричит. Потом в громкоговоритель начали вещать что-то типа “не оказывать сопротивление, а то будут применены спецсредства”. Какое может быть сопротивление? Я находился в так называемом старом корпусе, там человек 200-250 содержатся, в основном не самого крепкого телосложения и не в лучшей физической форме, и тут заходит человек 300 спецназа… Какое сопротивление?

Подперли двери камер щитами, у каждой по 5-10 человек. Били людей. Мы слышали, что людям ломали руки, ноги, отбивали почки, насколько я знаю, были трупы. По официальной версии, один человек погиб, типа от передозировки наркотиками, но, по слухам, было больше. Отношение, конечно, еще то. Босыми выводили на холодный бетон на полчаса и больше. Разговор один: “Суки, встать!” Проходя мимо, по ногам ударят.

– Вас били?

– Конечно. В первый день били весь четвертый этаж. Это 70-100 человек. Так били, что люди не могли встать. Были камеры, где все люди в крови, моче, организмы не выдерживали. Нас вывели всех из камер, выкинули на продол все вещи. На второй день зашли “маски-шоу” и били всех. По ногам, по ребрам. В кевларовых перчатках, у меня до сих пор не прошло. Зашли утром, говорят: “Доброе утро”. Мой сокамерник отвечает – “Какое же оно доброе?” Его вывели, через 10 минут заволокли назад, вся спина синяя, кровью харкает.

Первые дни медиков не допускали, не клали в санчасть, потому что это же надо оформлять. Только потом, когда появились правозащитники, родственники, начали находить людей, покалеченных, замотанных скотчем на подвале, их сразу начали вывозить куда-то».

И вот наконец-то в этом нашумевшем деле есть какая-то ясность. Слово официальному органу – Государственному бюро расследований: «Следователи Территориального управления Государственного бюро расследований в городе Николаеве 10 декабря 2020 г. завершили досудебное расследование в отношении начальника Государственного учреждения “Кропивницкий следственный изолятор”. Он обвиняется в служебной халатности (часть 1 статьи 367 УК Украины).

Обвинительный акт направлен в суд.

Досудебным расследованием установлено, что 16 декабря 2019-го вследствие ненадлежащего исполнения руководителем госучреждения своих служебных обязанностей, в частности относительно свободного передвижения заключенных между режимными корпусами и камерами, и отсутствия надлежащего контроля со стороны персонала госучреждения, психологу отдела социально-воспитательной и психологической работы были нанесены легкие телесные повреждения одним из заключенных.

Вечером того же дня заключенные вышли из своих камер через незапертые двери и начали крушить имущество учреждения.

В результате государству, а именно Министерству юстиции Украины, нанесен ущерб на сумму свыше 130 000 гривен.

Санкция статьи предусматривает наказание в виде штрафа от 2000 до 4000 необлагаемых минимумов доходов граждан, или исправительными работами на срок до 2 лет, или ограничением свободы на срок до 3 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 3 лет.

Процессуальное руководство досудебным расследованием в уголовном производстве осуществляла Кировоградская областная прокуратура».

Дата первого судебного заседания пока не озвучена. Подождем, узнаем, чем все закончится. Почти нет сомнений, что штрафом. Суды и исполнители судебных решений всегда были на одной стороне.

Так или иначе, Кропивницкий следственный изолятор Южного межрегионального управления по вопросам исполнения уголовных наказаний Министерства юстиции после всего случившегося стал более открытым (в информационном плане, конечно). Чуть не каждый день информируют – то в передаче в банке с квашеной капустой телефон найдут, то травку и таблетки в посылке. И тренировки группы быстрого реагирования усилили.