«Борьба с коррупцией для нас всегда была вопросом жизни и смерти»

14:50
742
views

Эстония с каждым годом становится все более популярной страной для иностранцев – как туристов, так и гастарбайтеров. Немало украинских граждан едут туда за легальной работой и достойной зарплатой. Но есть определенные нюансы, которые надо знать прежде, чем пересечь границу. О них украинским журналистам рассказали глава таможенной службы Эстонского налогово-таможенного департамента Эрик Хелдна и специалист Татьяна Клеттенберг.

Встреча состоялась в департаменте в выходной день. Эрик Хелдна, обаятельный молодой человек, встретил нас в вышиванке и украинским приветствием. И сразу расположил к себе. А когда стал говорить, с каждой фразой эта расположенность росла. Ему бы лекции студентам читать!

– Я бы не столько хотел рассказать вам, как функционирует эстонская таможня и с чем сталкиваются украинские граждане, сколько о нашем опыте, который мы приобрели, начиная с девяностых годов, – начал презентацию Эрик Хелдна. И столько в его спиче было взвешенного, здравого, полезного!

Эстонские специалисты охотно делятся опытом с украинскими коллегами – НАБУ, ГБР и другими структурами. Во время встреч всегда возникает вопрос: в чем наша схожесть и в чем различие? Самой большой проблемой господин Хелдна считает то, что, когда гости из Украины приезжают в Эстонию, они забывают о том, что, въезжая из стран не Европейского Союза, молочные и мясные продукты привозить нельзя – на них распространяются фитосанитарные нормы Еврокомиссии. А такие конфликты на таможне возникают практически каждую неделю.

С 1 декабря на таможне Эстонии начинается большая кампания «Откажись от нелегального товара». Будут установлены рекламные баннеры и большие ящики, куда приезжие будут добровольно складывать то, что нельзя ввозить в страну. Это будет касаться не только украинцев и представителей других стран – не участниц ЕС. Граждане Великобритании после брексита тоже оставят на границе свои бутерброды с мясом.

– Передайте своим согражданам эту информацию, – попросил глава налогово-таможенного департамента. – Ничего не поделаешь. Очень вкусные украинские продукты, я тоже люблю украинское сало, но ввозить это в Эстонию нельзя. Мы будем стараться избегать конфликтов и штрафов, надеемся на понимание.

Оказалось, что, кроме сала, украинцы любят привозить с собой холодное оружие: ножи-бабочки или открывающиеся нажатием на кнопку. Эстонские законы относительно холодного оружия строже, чем в других европейских странах. Поэтому, как говорится, лучше не нарывайтесь.

Что касается контрабанды – это в основном нелегальные табачные изделия. Нелегальные сигареты на эстонском рынке, а это 10-15 процентов всего табачного рынка, – белорусского происхождения. Идут они через Латвию, потому что границы между Латвией и Эстонией нет. Самое крупное задержание было из Эстонии в Швецию: на пароме фура с литовскими номерами, полностью загруженная сигаретами.

В Эстонии, как и в других странах, существует запрет не только на ввоз, но и на вывоз. «Через нашу страну время от времени пытаются перевезти товары двойного назначения, – пояснил глава налогово-таможенного департамента. – Например, РФ, понимая, что ей нужны различные компоненты для своего технического развития, пытается их закупить “полулевым” путем. Мы как форпост должны сделать все, чтобы этого не допустить. У нас было много случаев, когда пытались провезти технику для мирных целей, а на самом деле она могла применяться в подводном флоте.

Можно сказать: все, что к тебе ввозят, – это твоя проблема. Но иметь реноме перевалочного пункта ни одна страна не хочет. В основном мы смотрим на то, что ввозится, но это не значит, что мы не обращаем внимания на экспорт».

Лучше всего перед тем как сесть в самолет, летящий в Таллинн, зайти на сайт таможни и ознакомиться с правилами пересечения границы. «Мы вас всех очень ждем, но соблюдайте наши правила», – резюмировал господин Эрик.

Отвечая на вопросы украинских журналистов, эстонский чиновник был откровенным. О коррупции в его ведомстве сказал следующее: «Как в любой стране, единичные случаи есть. Последний случай, связанный со взяткой, был у нас весной этого года. В общем, периодичность составляет один случай на два года. Пик коррупции был в 2004 году: тогда посадили две смены пограничного пункта.

Пограничная и таможенная коррупция – это не только взятка, но и угроза национальной безопасности. Сегодня – килограмм мяса, килограмм наркотиков, а завтра пойдут “зеленые человечки”, которых кто-то не заметит. Думаю, что события 2014 года всю Европу заставили задуматься: как может случиться так, что граница не работает?

Другое дело – мотивация и зарплата. Начинающий таможенник получает 1300-1400 евро. Это средняя эстонская зарплата. Коллеги из полиции на границе получают 1500-1600. Сказать, что ты должен коррумпироваться, чтобы прожить? Нет. Сегодня я не вижу массовой бытовой угрозы коррупции. Единичные случаи останутся. Эстония в мире на 17-м месте по некоррупции. И можно сказать, что в странах первой двадцатки этого рейтинга ситуация под контролем. Но мы к этому шли очень долго».

Эстония – маленькая страна. В этом и плюсы, и минусы. Плюс в том, что все друг у друга на виду. Если кто-то вдруг купит дорогое жилье или крутой автомобиль, у многих возникнут вопросы о происхождении этого. Минус в том, что люди связаны друг с другом, когда-то учились вместе, жили по соседству и так далее, и договориться проще, и «подставить» сложнее. Но эстонцы справляются.

– Перелом коррупционного мышления в Эстонии случился в 2001-2002 году, а окончательно это произошло в 2004-м, когда мы присоединились к Европейскому Союзу, – сказал Эрик Хелдна. – Причина довольно проста. С 1995 года, когда Эстония поставила цель войти в ЕС, было понятно: или мы проблему коррупции как-то решим, или мы туда не попадем. И наш президент на тот момент Леннарт Мери в одной из своих речей сказал: «У нас очень мало времени». Мы прекрасно понимали, что наш «дорогой» сосед не спит. И пока у него свои непонятки, мы успеем войти в ЕС. И если бы Эстония в 2004 году не присоединилась к ЕС и к НАТО, нас бы там не было.

Мери это отлично понимал, и где-то в начале 90-х было принято неписаное политическое соглашение не трогать две вещи: судебную систему и все, что касается обороноспособности. Полиции тогда не доверяли, госсистема была коррумпированной, само государство функционировало неэффективно. Но в 93-м году первые судьи были назначены пожизненно, а в 97-м была проведена их переаттестация. Сегодня судебной системе доверяют примерно 80 процентов человек. И благодаря этому удалось повысить доверие к государству. Если не работает судебная система – не работает государство.

Представителей СМИ интересовала тема российского бизнеса на территории Эстонии. Глава налогово-таможенного департамента заметил: «Слова “российский бизнес” и “честность” в одной фразе быть не могут. Все, что оттуда идет, всегда связано с чем-то нелегальным. Оффшоры, прокладки, коррупция, отмыв денег – все что угодно. Это всегда риск, будь то строительный бизнес, газ, нефть, золото. Мышление там такое. И Путин в этом плане уникальная фигура, ему удалось три абсолютно противоречащих друг другу компонента собрать в одно. Это блатная романтика, чекистское прошлое и православие. Как это ему удалось, я не могу понять. Но для него нет проблем посмотреть на икону Сталина и сказать, что это клёво. И думаешь: это президент или руководитель группировки? И глупым кажется вопрос о том, кто кого контролирует: ФСБ преступность или наоборот. Это одно целое.

В России можно быстро сесть за коррупцию и надолго. Но только в одном случае – если ты пойдешь против системы. Там все берут. Но если ты не поймешь свою роль в системе, можешь сесть на пятнадцать лет. И ведь самый большой экспорт России – это не нефть и не газ. Больше всего они из страны вывозят коррупционное мышление.

То, что случилось с Герхардом Шредером… Вот если бы такое случилось в Украине, какой был бы скандал? Без имен. Что произошло? Заседание правительства, приходит премьер и говорит, что есть хорошее предложение для инвестиций, но государство должно гарантировать заем на миллиард евро – для страны это очень полезно. Кабмин задумался: если премьер говорит, значит, так надо. Коллективное решение – все за. Проходит четыре месяца, премьер подает в отставку. Через две недели он работает в том же предприятии за полтора миллиона евро в год. Как юрист могу сказать, что это торговля влиянием. В Германии это назвали политическим решением.

Это и есть экспорт коррупции. И отмыв денег, который творится в Лондоне, и половина Южной Испании, купленная за непонятные деньги, – это все то, что угрожает нам всем. И вам в том числе. У нас доморощенных олигархов не получилось – слишком мы медленные. Наши горячие эстонские парни не поняли, что деньги уже ушли. Это шутка. Но у нас не случилось не потому, что мы такие белые и пушистые, а потому, что мы очень боялись. Мы отлично понимали, что, если пустим к себе эту систему, после 2007 года нас просто не будет.

Борьба с коррупцией для нас всегда была вопросом жизни и смерти. В 1994 году мы избавились от войск Российской Федерации, и это дало нам некую гарантию. Но знаете, когда закончился Советский Союз в Эстонии? По-настоящему – в 2018 году, когда была закрыта последняя тюрьма лагерного типа. Это психологический перелом.

Три вещи показывают, насколько развито общество: отношение к животным, отношение ко всем слабым и как мы обращаемся с заключенными. Если обращаешься с ними, как со скотом, ты получишь скота. Когда в 2002 году в Таллинне строили первую современную тюрьму, был огромный спор: как же так? Молодое государство, денег нет, а старики, пенсии… Но министерство юстиции сказало: нет, это принципиально. Мы закроем все тюрьмы, которые в принципе являются университетами преступности. Мы перейдем на систему камерного типа, будем обучать людей новой профессии, не дадим создаваться преступным группировкам внутри. И 1 января 2019 года эмоционально Советский Союз в Эстонии закончился. Мы шли к этому почти 30 лет»…

Второй темой встречи в налогово-таможенном департаменте были вопросы, связанные с гастарбайтерами. На территории Эстонии зарегистрировано 18 тысяч граждан Украины, приехавших по рабочей визе. Не все понимают, что такое налоговое резидентство. А это надо знать, дабы избежать проблем и штрафов. Все это разъяснила Татьяна Клеттенберг.

К налогам здесь относятся серьезно и ответственно. Причем как государство, так и граждане. Только за восемь месяцев нынешнего года в бюджет Эстонии поступило более 8 миллиардов евро. Есть в этой сумме частичка украинских отчислений – тех, кто приехал сюда работать.

Налоговый резидент – лицо, у которого возникают налоговые обязательства, с его зарплаты производятся обязательные отчисления, и весь доход декларируется. У таких людей либо есть жилье в Эстонии, либо они пребывают не более 183-х дней в год. Налоговый нерезидент, в свою очередь, платит налог только с дохода, полученного на территории Эстонии.

Резидентство не возникает автоматически, и многие этого не знают. Сам работник, приехавший в Эстонию, должен определить, резидентом какой страны он является. При этом двойного резидентства быть не может.

Различают долгосрочную работу (например, строительство) и краткосрочную, сезонную (например, сбор клубники). Первые платят все налоги: социальные и подоходные. И у таких людей есть право стать эстонским налоговым резидентом, собственноручно заполнив форму и лично предоставив ее в налогово-таможенный департамент. При этом приобретается право на налоговую льготу – не облагаемые налогом 500 евро в месяц. Кроме того, появляется обязанность ежегодно отчитываться о своих налогах. В годовой декларации показывается как эстонский доход, так и полученный в других странах.

Если резидент не сдал декларацию или сдал, указав в ней только эстонский доход, а украинский забыв, нарушается налоговое законодательство. Налогово-таможенный департамент может применить штрафные санкции.

Стоит помнить о том, что, когда человек покидает Эстонию, автоматической смены резидентства не происходит. Следует снова прийти в департамент и все уладить. В противном случае гражданин числится в эстонской базе как резидент, и это обязывает его ежегодно отчитываться, декларировать доходы. Последующий приезд в Эстонию для такого человека чреват неприятными последствиями. Важно знать, что работодатель вместо работника ничего в вопросе налогового резидентства не решит.

Коль уж украинцы едут работать в Эстонию (строительство, торговля, водители, сбор урожая), то следует быть подготовленными, не доводить до конфликтов, разбирательств, штрафов, чтоб за свою державу не было обидно.

Редакция благодарит «Эстонский центр Восточного партнерства» и «Украинский кризисный медиацентр» за предоставленную возможность услышать ответы на вопросы из первых уст.