Сергей Кузьменко: жизнь вне кабинета

13:39
3307
views

Это давно запланированное интервью с бывшим главой Кировоградской облгосадминистрации Сергеем Кузьменко, а ныне президентом футбольного клуба «Александрия», началось для меня более чем неожиданно. Мы встретились у здания александрийского театра, который сейчас проходит реставрацию. Скажу сразу: впечатление ошеломляющее. Никак не меньшее, чем в свое время от нашего театра им. Кропивницкого.

Затем небольшая экскурсия по Александрии: реконструируемый кинотеатр, парк, стадион… Наконец, элегантный Дом футбола, по своему дизайну абсолютно европейский. Говорили долго, хотя Кузьменко регулярно поглядывал на часы, а экран телефона с выключенным звуком вспыхивал едва ли не каждую минуту.

– Сергей Анатольевич, после пяти лет регулярного присутствия в информационном пространстве Кировоградщины вас теперь можно увидеть только на футболе и еще как-то раз на Дне города в Кропивницком. Из политики так резко не уходят. Почему затворничаете?

– Ефим Леонидович, если мы разговариваем, значит, это противоречит вашему утверждению, что я затворничаю. Конечно же, нет. Я общаюсь со многими людьми. Когда я уходил с поста губернатора, мы договорились с вами о том, что обязательно еще будем встречаться. Выполняю свое обещание и готов ответить на все ваши вопросы.

– Вопрос философского характера: есть ли жизнь после ухода с высокой должности?

– Я думаю, человек должен заниматься в жизни тем, что ему нравится. И мерить свою жизнь сроком службы на каком-то посту не совсем, наверное, правильно. Если ты по своей натуре активный человек, который любит созидать, который верит в будущее и хочет изменить мир к лучшему, то неважно, в каком кресле ты находишься или не имеешь кресла в принципе, а просто занимаешься своим любимым делом, – ты всегда будешь признан обществом.

Я в жизни занимался разными проектами. Начинал с работы в бизнесе. Это была большая часть моей жизни, и я считаю ее успешной. Потому что сегодня дело, которое я вместе с ребятами начинал, живет, оно активно, оно продолжает развиваться. Я рад тому, что когда-то стал руководителем Александрийского района и имел возможность менять жизнь района, делать ее лучше. Я благодарен жителям Кировоградщины за то, что они в 12-м году делегировали меня в парламент. Я благодарен им за поддержку и каждый день старался быть полезным для этих людей.

И, конечно же, та часть жизни, когда я был руководителем области, для меня важная, емкая и по содержанию событий, и по тому, что мы сумели реализовать. Поэтому я вполне удовлетворен этим периодом, но политика – это не частная собственность, когда ты занялся каким-то делом и занимаешься им бесконечно долго и сколько тебе нравится. Политика имеет регламент – от выборов и до выборов. За тот период, который наша команда работала в облгосадминистрации, я считаю, мы сделали много хороших дел. Как они оценены и оценены ли они в принципе? Я думаю, время даст на это ответ. А то, что этот период закончился, – это нормально, естественно. Мы же люди взрослые и адекватные, понимаем: один период закончивается, чтобы начался новый.

– Ваше увольнение было прогнозируемым, «штатным», но, тем не менее, не осталось ли у вас чувства обиды или досады от решения нового президента? Как вы думаете, может быть, хватит стране уже, в конце концов, вот этих тотальных зачисток чиновников, которые с 2004 года не прекращаются ни на один период? Может быть, пора уже оценивать людей по трудам их?

– Я полностью с вами согласен в том, что страной должны управлять не только новые, но и профессиональные люди. А что касается обиды, я думаю, это что-то из детства. В политике нет места для обид, тут есть факты, и давайте исходить из того, что люди приняли решение, избрали молодого человека президентом Украины. На нем сейчас огромная ответственность, фактически парламентские выборы прошли под лозунгом «Поддержим Зеленского еще раз». И сегодня практически только один человек в стране, наверное, имеет столь высокую и полную легитимность.

Мне известно, что многие люди до сих пор не знают, кого они депутатами выбрали, потому что по факту голосовали за Владимира Александровича. Поэтому я, честно говоря, не завидую президенту Украины, на котором лежит такая огромная ответственность, личная ответственность перед каждым гражданином Украины за те решения, которые он принимал и будет принимать. И не только за свои, но и за те решения, которые принимает парламент, потому что это его парламент, и за те решения, которые принимает правительство, потому что это его правительство. Фактически президент взял на себя ответственность за все решения, которые приняты в этой стране. И я, как гражданин Украины, верю в то, что, несмотря на отсутствие у него политического опыта, он сам об этом говорит, президент будет быстро учиться и стремиться к тому, чтобы принимать правильные решения. Потому что его успех – это успех моей страны, а значит, успех того, чем занимаюсь я.

– Мы не раз с вами беседовали, и ваши ответы были всегда коррект­ны по отношению к руководству страны. Сейчас вы уже не чиновник, можете, наконец, позволить себе высказывать то, что думаете?

– Я всегда высказываю то, что думаю, – и когда был чиновником, и когда сегодня просто гражданин Украины. Мои позиции и оценки не меняются в зависимости от занимаемого кресла. Я ничего не придумывал, когда говорил, что мы начинаем строить дороги и это хорошо, этим нужно заниматься дальше. Когда мы занимались децентрализацией и создавали громады, я был уверен в том, что это правильно, и люди, имея деньги ближе к своему дому, будут рациональнее их использовать и делать свою жизнь лучше. Я ничего не выдумывал, когда говорил, что это правильно и это нужно делать. И сегодня уже есть примеры, когда общины, созданные на Кировоградщине, по своему комфорту живут лучше своих соседей. Моя мысль проста: эту реформу нужно продолжать, философский вопрос – продолжать ли административно или в дискуссии с обществом? Я думаю, что нужно продолжать дискуссии с обществом, но проведение реформы, конечно же, надо ограничивать 20-м или 21-м годом. Я это говорил, когда был у власти, и говорю сейчас, когда не имею отношения к исполнительной власти.

Когда мы начинали медицинскую реформу, я был уверен в том, что сельская медицина – это не избирательная кампания Порошенко, это возможность человека в селе прийти к врачу. Мы построили амбулатории, купили автомобили для сельских медиков. В области приобретено больше 50 хороших автомобилей. Это значит, что в 50 населенных пунктах есть мобильный врач, который может приехать к пациенту. Это значит, что человек может с помощью телемедицины получить консультацию в районной больнице, в областной, в республиканской. Это то, что мы сделали для людей.

Мы провели реконструкцию объектов здравоохранения третьего уровня – это наша детская областная больница, и областная больница, и кардиоцентры, и онкоцентры, и госпиталь для участников боевых действий, и «скорая помощь». Это эффективное использование денег, которые инвестировало государство как с центрального уровня, так и с областного, для того, чтобы система оказания медицинской помощи была более качественной.

Да, в экономических условиях воюющей страны, когда львиная часть бюджета уходила на армию, конечно, у нас не хватало ресурсов для того, чтобы правильно оценить труд врача или медсестры. Но мы создали инфраструктуру, мы создали возможность. Сегодня не надо тратить сотни миллионов гривен, чтобы построить элементарное помещение, купить оборудование и организовать должную работу. Сегодня деньги нужно направить на то, чтобы платить достойную заработную плату. Я надеюсь, что то, что было обещано новым правительством, будет выполняться, и мы будем двигаться в правильную сторону.

Поэтому я сегодня говорю о том, что да, при власти мы сделали много удачных проектов. И то, что мы построили только государственных дорог 200 километров за 3 года, – это хороший показатель. И я надеюсь, что за следующие 3 года будет построено, по крайней мере, еще 200 километров государственных дорог. И если они не будут построены, это вопрос уже не ко мне.

Потому не так важно, находишься ты в кресле или нет, главное – говорить правду. Будешь говорить правду – будешь понят людьми на любом месте.

– Чтобы строить дороги, чтобы повышать зарплаты врачам, медикам, журналистам, нужно, чтобы заработала экономика. В этом смысле какие решения президента, парламента, Кабмина тревожат вас больше других?

– Вы знаете, я не могу сказать, что очень пристально слежу за всеми решениями, которые сегодня принимает власть, но мне кажется, принять за полгода фундаментально важные вещи, которые повлияют на экономику, скорее всего, нельзя. Это по телевизору можно рассказывать о том, что мы в «турборежиме» что-то сразу изменяем. И на самом деле, да, быстрое принятие решения – это уже неплохо, но изменения в экономике, как и изменения в жизни людей, мгновенно не происходят. Вот быстро приняли государственный бюджет на 2020 год – и что? Скажите, он несет в себе какие-то фундаментальные решения, которые изменят нашу экономику или уровень жизни людей?

– Увы, нет.

– Заметьте, это вы сказали. Я, наверное, не самый большой экономист, но ничего уникального, революционного в этом бюджете не вижу. Это бюджет, при котором все будут понемножку получать. Традиционные вещи будут происходить, но бюджет-2020 не дал нам ответ на вопрос, когда мы станем жить лучше.

 Реформы – это прежде всего секторальная экономика. Давайте поговорим о сельском хозяйстве. Вопрос его реформирования у нас невероятно заполитизирован, и связано это с рынком земли – продаем мы землю или не продаем.

Сторонники рынка начинают приводить бесчисленные примеры, мол, во всех продвинутых государствах земля является товаром. Значит, у нас должно быть точно так же. Это логика понятная, и об этом уже сказано очень много. Но давайте скажем еще и том, сколько лет существуют эти продвинутые государства и какой путь прошел их рынок земли.

Теперь следующий вопрос: какой уровень доходов фермера в США, Британии, Франции и других государствах? Конечно же, это люди с доходами намного выше, чем сегодня у их украинских коллег. И когда мы говорим, что у нас должно быть точно так же, мы немножко лукавим, потому что у нас ситуация абсолютно другая.

У нас страна, которая находится в военном конфликте, у нас молодая страна, нам 30-ти лет еще нет. Правильно? И, соответственно, утверждать, что у нас все должно быть, как у них, не получится, потому что у них другие институции, другие возможности, другая устойчивость экономики, у них, наконец, другой менталитет у людей, да? И самое главное, у них другие экономические условия ведения фермерского бизнеса.

Сегодня украинский фермер стоит перед выбором. Он заработанные деньги инвестировал куда? Купил новый комбайн, новый трактор, построил какой-то ангар и ток. Потом он подумал, что ему нужна какая-то переработка, построил цех, то есть инвестировал заработанные деньги в создание инфраструктуры для своего бизнеса. Как вы думаете, остались у него деньги? Скорее всего, нет. Он надеется на новый урожай. Но теперь у него будет вопрос: ему создавать новые рабочие места, развивать переработку или покупать землю?

Если сейчас каждый фермер заработанные деньги должен будет инвестировать в то, чтобы купить землю, то у него не будет оборотных средств, он станет еще беднее, но он будет с землей. Наверное, он пойдет в банк, заложит эту землю, получит необходимый для работы кредит. А кто-то побоится это сделать, а кто-то не рискнет покупать землю. Вопрос сложный, и одинакового для всех ответа нет и быть не может.

Украина – цивилизованная страна, мы уважаем право собственности, а право собственности гарантирует человеку не только возможность владеть, но и распоряжаться своей собственностью. Если у человека есть земля в собственности, он должен иметь право ею распорядиться. И эту проблему действительно нужно решать. Но нельзя ее упрощать до уровня, что мы, условно говоря, будем делать точно так, как во всем мире, и никак иначе! В этом плане нужно быть аккуратным: декларируя, что мы хотим стать высокотехнологичной страной, хотим создавать переработку и торговать не сырьем, а готовой продукцией, боюсь, мы можем пойти не в ту сторону. Деньги, которые Украина, фермеры или другие инвесторы потратят, чтобы купить землю, не пойдут на развитие сельского хозяйства, а других ресурсов, чтобы создать инфраструктуру, логистику, переработку аграрной продукции, у нас так и не будет. В результате мы останемся на том же уровне.

Давайте взглянем на ситуацию с точки зрения человека, у которого сегодня есть 5 гектаров земли и который, по идее, продав ее, должен стать богаче. Сегодня он получает арендную плату в год порядка…

– Говорят, платят 200 долларов за гектар…

– Ну, 200 сегодня не платят. Наверное, сегодня рыночная цена аренды за гектар 120-150 долларов. Ну, округлим, пусть он получает в год 750 долларов. Какая будет цена земли? Кто-то говорит, тысяча долларов, кто-то говорит – две. Предположим, что полторы тысячи долларов. Сколько человек получит за то, что продаст свой пай? 7500. Это арендная плата за 10 лет.

Зачем обманывать человека, зачем говорить о том, что, когда он продаст землю, он будет счастливым и богатым? Нет, это неправильно. Потому что он будет иметь возможность за 10 лет получить те же самые деньги, но при этом он будет оставаться собственником земли, будут оставаться собственниками земли его дети и внуки. Изначально надо было сказать правду, а не рассказывать сказку о том, что, приняв какой-то закон, мы изменим ситуацию кардинально.

Я хотел бы услышать ответ от людей, инициирующих эту реформу, что мы получим через 5, через 10 лет в сельском хозяйстве? Это очень важный вопрос. Есть люди, которые отвечают за принятие этих реформ, и я надеюсь, что они все-таки сбалансируют все риски, проведут консультации и с теми людьми, кто занимается бизнесом на этом рынке, имеет определенные знания, и с теми, кто уже проходил это, у которых есть опыт. Потому что суть кроется в мелочах. Можно закон так выписать, а можно немного по-другому, да?

В Украине сельское хозяйство – это глобальный вопрос, нельзя принимать решение, как говорят, с кондачка. Давайте еще раз разберемся, изучим. Я далек от мысли, что все те люди, которые будут нажимать кнопки, – большие профессионалы в аграрном вопросе. На Кировоградщине избрали 5 народных депутатов. Не уверен, что эти пять народных депутатов, которые будут нажимать кнопки в зале (а именно они будут это делать!), глубоко разбираются в сельском хозяйстве. Ну так пригласите больше профессиональных людей, которые работают на этом рынке, и уберите ошибки, которые могут повести страну не в ту сторону.

Сегодня это не только мои опасения, я общаюсь с многими людьми, и они переживают, потому что сельское хозяйство – это база для Украины. Сегодня мы производим и экспортируем больше зерна, страна больше зарабатывает, значит, не все так, наверное, плохо, как кто-то нам рассказывает? Или кто-то пытается сделать реформу в угоду людям, которые на нас хотят заработать? Может быть. Это будет неправильно, если мы принимаем это решение не в интересах собственников земли или тех, кто работает на этой земле, а в угоду каким-то финансовым институтам, группам чиновников или каким-то потенциальным инвесторам украинским и неукраинским, которые на этом хотят просто заработать.

Сложный вопрос, может быть, я слишком эмоционально об этом рассказал, но я верю, что власть будет принимать правильные решения.

– На меня огромное впечатление произвела инфраструктура футбольного клуба «Александрия». Честно говоря, не предполагал увидеть такое большое хозяйство. Я бы с удовольствием побеседовал с вами о футбольном клубе, но не хочу отбирать хлеб у Юрия Илючека. Но один вопрос вам все-таки задам: не стали ли вы теперь больше вмешиваться в работу главного тренера?

– Передавайте Илючеку привет. Он стал большим другом и поклонником футбольной команды «Александрия». Я ему благодарен за то, что он находил время и вместе с командой был на многих матчах, в том числе и в Европе, рассказывал в области о том, как «Александрия» отстаивала честь Украины на европейских полях.

Действительно, футбол сегодня в моей жизни занимает много времени, и в том числе потому, что у нас впервые в истории нашего клуба была возможность защищать честь страны на европейском турнире в Лиге Европы. Это была не только честь, но еще и большая ответственность. Для меня было важно, как мы будем смотреться на фоне наших коллег из европейских клубов, какой футбол мы будем демонстрировать, и я хочу поблагодарить Владимира Богдановича Шарана и весь тренерский состав за то, что они вместе с профессиональными футболистами показали, что в Украине есть хороший футбол. У меня полное доверие к тренерскому штабу, к господину Шарану. Они профессиональные люди и точно знают, как создавать футбол на поле, ну а моя задача – создать условия для того, чтобы они могли этим заниматься.

– Последний вопрос – о ближайших планах. Есть ли у вас интересные предложения по работе от большого бизнеса и политики? Что собираетесь менять в жизни?

– Люблю строить. Вот и сейчас занимаюсь тремя большими проектами. Первый – это александрийский театр. Второй – александрийский кинотеатр. Есть еще план – возле стадиона в парке мы построим объект, который будет иметь инфраструктурное значение для города Александрии. Не хотелось бы в детали вдаваться, но это большая работа, и я как человек, любящий создавать, этими проектами буду заниматься все ближайшее время, пока мы их не реализуем.

Есть ли у меня предложения, которые касаются экономики, бизнеса или политики? Да, естественно, есть. Есть предложение от моих партнеров возглавить большой бизнес, я думаю над этим. Есть предложения от разных политических партий принять участие в их проектах. Но я после 2014 года принял для себя решение больше в политические партии не вступать. Буду ли как гражданин Украины принимать участие в каких-то избирательных кампаниях? Думаю, что ничего нельзя исключить. Ничего нет невозможного, и когда придет время этих событий, я буду еще раз взвешивать, еще раз буду советоваться, и только тогда приму решение.

У меня все нормально с предложениями, они есть, но самое главное: то, чем я занимаюсь – нравится людям.

Фото Игоря Демчука.