Рыночные отношения

13:18
735
views

Одной из самых неоднозначных карантинных мер стало прекращение работы рынков, как продовольственных, так и для реализации товаров широкого потребления. Причем карантин в Кропивницком относительно рынков носил довольно мягкий характер, можно сказать, избирательный.

В середине марта в Кропивницком была прекращена сначала деятельность рыночного сегмента промышленной группы, тогда как продовольственная продолжала торговлю. Впервые за многие годы опустел даже непобедимый вещевой «хитряк» возле Крытого рынка, наглухо оккупировавший тротуар своими палатками, но в самом рынке мясо-рыбу и овощи с молочкой можно было купить свободно. В других странах и даже городах Кировоградской области ограничения касались всей рыночной торговли, поэтому и местные власти решили не рисковать и со временем вообще прекратили работу рынков, вроде бы за нарушение санитарных или карантинных норм. Впрочем, после прекращения работы рынков и базарчиков случаев голодной смерти и дефицита продуктов питания в городе не наблюдалось. Но вот как жили в это время сами продавцы или реализаторы, вынужденные уйти в неоплачиваемый отпуск, никого не интересовало, хотя это именно та категория населения, которая, как говорится, живет «с копейки», т.е. за счет того, что сможет заработать каждый рабочий день.

После того, как в конце апреля некоторые ограничения были сняты, мы поговорили с людьми, которые снова заняли свои рабочие места за прилавками кропивницких рынков. Отметим, что все торговые места оборудованы, согласно требованиям, т.е. полиэтиленовой пленкой ограничен доступ к товару, большинство продавцов если не в защитных пластиковых шлемах, то в обычных масках и перчатках, на входах измеряют температуру всем входящим, хотя покупателей пока немного. Все это можно было сделать и раньше, а не разгонять людей по домам. Для большинства из них другого дохода, кроме торговли, не существует, поэтому и реакция на действия властей была довольно жесткой.

Продавец бытовой химии Лариса считает, что можно было обойтись без закрытия рынка: «Мы две недели были закрытыми. Отдохнули… Кто нам заплатит? Я же миллионер, частный предприниматель, почему бы мне не посидеть дома или не слетать на Канары? Мы – два предпринимателя с дочкой, и обе закрыты. Для нас это критично, потому что коммуналку заплати, дети дома. У нас семья пять человек, всех надо все это время кормить, а откуда брать деньги? Это 400 гривен в день, 5 тысяч ушло за две недели, а где их брать? Администрация сделала нам скидку на половину арендной платы, а другие налоги все равно платить надо. Но покупателей пока что мало, многие не знают, что рынок открылся, а потому все толпятся в супермаркетах, где не соблюдают никаких дистанций. Вот, слава Богу, начали торговлю, хоть сто гривен в день заработаю, и это хоть что-то, чем вообще без ничего, хоть на картошку и хлеб. Если бы правительство ввело какие-то дотации, то все б сидели по домам. Если это вынужденная мера, то мы согласны, мы же все понимаем, но просто так отправить людей – не понимаю. Видите, все закрыты, вся промгруппа, это очень тяжело. Наверное, когда правительство нагребет себе денег, тогда нас всех и откроют. Мы-то работать начали, но у людей нет денег на закупки, потому что многие ведь тоже не работают».

Людмила Кондратенко, продавец овощей: «Я была два месяца дома, мы не торговали. На карантине мы потеряли товара тысяч на семь гривен, просто все накрыли и ушли, а оно же долго не лежит. Никто ничего не возместит, а сейчас рынок хоть и открыли, но люди пока сюда не идут, видите – почти никого нет. Мы сейчас ничего не зарабатываем. Я никогда не думала, что так с нами поступят. Когда мы выбирали президента нашего, то не предполагали, что будем такие нищие. Мы сейчас ни-щи-е! Без карантина можно было обойтись, как говорил Лукашенко, мол, выпить сто грамм и на трактор, и ничего не будет. Поставки тоже нарушились, на оптовом рынке тоже ничего хорошего нет, все допродается, много всего у людей пропало, и хорошего товара нет и там. Мы не знаем, как промышленная группа сейчас, тоже потеряли, потому что брали кредиты, а чем отдавать?»

Светлана, овощи: «На карантине плохо, очень плохо, особенно тем, у кого дети. По торговле мы очень много потеряли. Мы берем товар, делаем заготовку, а потом нам резко говорят, что карантин. Я когда сейчас пришла – половину товара выбросила, а это все деньги. Нельзя же так! Никто никаких компенсаций не делает, все как бы “это ваша проблема” называется. Мое мнение: они это очень неорганизованно сделали. Не должно быть такого, можно было обойтись без карантина, это лично мое мнение. Может, кому и нравится дома сидеть, но мне нет. Нам бы могли поставить какие-то условия безопасности, мы бы делали все, что положено, как вот сейчас, и все у нас слава Богу. Люди вернулись на рынок, конечно, не все, очень сильно страдают промышленные товары, не хотят открывать, люди сидят дома. “Эпицентр” полон народа, а рынок закрытый, куда это годится? Я вообще не понимаю наше правительство, просто не понимаю. Такое впечатление, что издеваются над народом. Нет слов, так и передайте».

Продавец куриных яиц: «Я не работала, я на пенсии, мне хватает. По торговле мы не потеряли, я все распродала, много не набирала. Все хорошо. Если брать по моему товару, то можно было обойтись без карантина, но как посчитали нужным, так и сделали. Яйца не пропали и на фабрике, мы третий день работаем, а перед карантином мы знали, что нас закроют, поэтому взяли мало, и до карантина ничего не осталось».

Паламарчук Людмила, продавец мяса: «Мы были дома, понятно, что плохо, раньше мы работали, а теперь на карантине, причем вся семья. Месяц сидели, потерь по торговле у нас не было. Мы успели все продать, и на мясе на нашем рынке потерь не было. На цену карантин не повлиял, все осталось по-старому. Но людей после открытия нет вообще. Люди или на карантине, или нет денег. Торговля очень плохая, но мне кажется, что самоизоляция была нужна, карантин тоже необходим, мы тоже побаивались».

Продавцы молока не особенно волнуются по поводу карантина, хотя больше всего опасений и разговоров было как раз по поводу этого скоропортящегося продукта: «Мы и в карантин торговали, молоко продавать надо было, поэтому ничего не пропало. На рынке, на своем месте мы, конечно, не стояли, но клиенты нам заказывали, мы привозили пакет – и все. Клиентов меньше после введения карантина не стало, как было, так и осталось. Молоко если не продается, то его не выливают, а делают брынзу или что-то другое для семьи. Кто это молоко будет выливать, вы что такое говорите?! Это когда в селе не ездит молоковоз, а молока много, то проблема. Еще и маршруток в селе нет, а если и машины в семье нет? Тогда плохо. Мы берем соседей, когда едем в город, подвозим, они на вокзале торгуют, ничего страшного в этом нет. Но карантин нужен, это очень страшная болезнь, лучше быть здоровыми».

Сегодня критики действий властей, как центральных, так и местных, говорят, что все надо было делать по-другому, как-то иначе, но никто не хочет брать на себя ответственность за возможные трагические последствия. Эпидемия коронавируса заставит на многое посмотреть под другим углом, но одно остается незыблемым – любовь народа к популистам. Уже для всех стало очевидным, что Белоруссия без карантина демонстрирует худшие показатели распространения болезни, чем Украина, а все равно – Лукашенко хороший. А ведь еще не вечер, и ничего не окончилось, и у нас тоже.

Всем нам придется жить в новой реальности, когда, наряду с общими мерами безопасности, ответственность будет лежать и на каждом из нас. Теперь каждый будет решать сам – защищать себя и своих близких или легкомысленно игнорировать требования безо­пасности, подвергая опасности подхватить «корону» не только себя, но и окружающих? И это самый короткий путь к возвращению карантина, но в более жестких формах, чем было до настоящего времени. Правда, и правительство должно сделать выводы, потому что даже страх перед болезнью отступает, когда люди лишаются продовольственной или финансовой безопасности.

Фото Александра Козловского, «Точка доступа».