До свидания, Елисаветград-1909!

09:15
722
views

Ну вот мы и подошли к последней, 8 статье, написанной по материалам справочника «Весь Елисаветград», вышедшего в 1909 году. Издание настолько богато сведениями и фактами о жизни не только города и уезда, но и Херсонской губернии, и даже Российской империи, что грех было не воспользоваться случаем и внимательнее посмотреть на «жизнь за царя» глазами его современников.

В последней подаче мы расскажем обо всем самом интересном и необычном в жизни Елисаветграда с точки зрения уже наших современников, людей, живущих в XXI веке.

В 1909 году в городе насчитывалось 5 638 дворов и проживало 82 059 человек, правда, в разных версиях количество жителей отличается. Кто-то называет цифру 89 тысяч, кто-то меньше, зато известно, что 17% елисаветградских семей состояли из двух человек, 16,7% – типа «папа, мама и я», ячейки общества из 4 человек составляли те же 16,7%, 15% – из 5 человек, а больше всего, 33%, приходилось на долю таких, где было 6 и даже 10 человек. Не обязательно это были многодетные семьи, скорее всего, вместе жили представители нескольких поколений.

По роду деятельности или доходам от рода деятельности население делилось на несколько категорий. «Службой жило», т.е. были чиновниками или сотрудниками государственных учреждений, 10 тысяч человек, торговлей – 20 тысяч, ремеслом – 25 тысяч жителей города. Очевидно, речь идет о главах семейств, потому что женщины в то время чаще всего были домохозяйками.

Важно отметить, что тогда за санитарным состоянием следили сами жители, вернее, за санитарное состояние тротуара и половины улицы отвечали владельцы сопредельных домов, а город – за площади и рынки. Но такая система, скорее всего, была неэффективной, потому что город не отличался чистотой, чему свидетельством наличие большого количества грозных распоряжений и предписаний городских властей по поводу некачественной уборки мусора. Наверное, весь «непотріб» горожане охотно сваливали в реку Ингул, которая летом напоминала «зловонное болото»

Тем не менее, даже такой Ингул было ни перейти, ни переехать, поэтому мостов было много: Балашовский железнодорожный, Большой (соединяющий Пермское и центр), Островской (вверх по течению), Быковский, Керкеруповский (Ковалевка и Быково), Рыбный (вниз от Большого, возможно, потому, что рядом был базар и на этом мосту торговали рыбой?), Базарный (базар находился на обоих берегах), Долинский (винный завод Долинского?), Чистогановский пешеходный, Кущевский, Бобринецкий, Никаноровский на Сугоклее, а также актуальными были несколько кладок как на Ингуле, так и на Сугоклее. Такое количество переходов через реку говорит о достаточно развитой дорожной инфраструктуре города, но мощение улиц камнем началось только в 1871 году. Кстати, Дворцовая и Большая Перспективная замащивались камнем за счет попудного сбора (очевидно, с веса груза проезжающих телег), приносящего 30 тысяч рублей в год. В этом общегородском проекте принимали участие и владельцы прилегающих домов, которые платили за мощение своей половины улицы из личных средств, но по льготной цене, всего 1/3 часть стоимости. А вот за устройство тротуаров отвечали, причем материально и финансово, именно владельцы недвижимости, которым для этого отводился год со времени принятия властями решения об устройстве тротуара.

Город был достаточно богат садами и бульварами, главным из которых был бульвар на площади перед городской Думой, с фонтанами и торговлей. Потом шел Ковалевский бульвар, но он был «крайне пылен»,потому что там находился плац кавалерийского училища, зато совсем рядом находился и настоящий Ковалевский парк, приспособленный под «детский сад с аттракционами и ледяным катком зимой». Треугольный бульвар находился между женской гимназией и Пашутинским училищем. А еще был Макеевский бульвар на месте Банной площади, ну и, конечно, Городской сад, а кроме этого – Богадельный, или Кущевский, сад, раньше носивший название Шелковичный, страдающий от «безчинства» местных жителей.

При театре, учебных заведениях и церквях почти всегда существовали скверы, сады были и на Озерной Балке. Это так называемый садик древонасаждения, недалеко находился сад с загадочным названием Альгамбра, но в 1909 году он уже был в категории «запущен». При пивзаводе Зельцера имелся свой особый сад, как и при пивзаводе Лейера, располагавшемся в конце Гоголевской улицы. Понятно, что в таких «специализированных» парках пиво и прохладительные напитки били ключом.

Ключом била и театральная жизнь: «Елисаветград посещают почти все гастролирующие в провинции столичные артисты и артистки», театральный кружок действовал и при заводе Эльворти, но вот «зимой никаких развлечений нет». Разве что прокатиться на одном из трамваев, они находились в собственности Елисаветградского электрического общества, во главе которого стоял «киевский миллионер Бродский». Проезд с пересадкой обходился в 8 копеек, без пересадки – пятак, для учащихся – 3 копейки, были и льготы, но (внимание!) только для рабочих. Кстати, рабочих трамвайного депо на Верхней Пермской обслуживала ведомственная чайная.

Кроме трамвая, в городе имелись и тогдашние «маршрутки», т.е. конные извозчики, правда, «дрожки и фаэтоны в большинстве случаев имеют весьма непрезентабельный вид»… Ничего не напоминает? Они работали по установленной городскими властями таксе – от 30 копеек до рубля за поездку, плюс плата за простой по вине заказчика. На Новый год, Рождество и Пасху тариф отменялся. В ближайшие города тоже можно было доехать на извозчиках. Бобринецкие стояли на Большой Перспективной возле моста, Новомиргородские и Златопольские ожидали ездоков в доме Бромберга, угол Болотной и Невской: «Крытыя кибитки выезжают ежедневно. Плата по соглашению». Однако наступали новые времена, и в тот же Новомиргород и Бобринец в 1909 году можно было добраться и автомобилем, но только «в сухое время», настоящих дорог еще не было. Плата за поездку в «Эх, прокачу!» была относительно высокой – 3 рубля в первом классе и 2 рубля – во втором. Станция авто располагалась в гостинице Боженко на Большой Перспективной.

Составители справочника считали, что самой большой проблемой города являлся «вопрос квартирный», поскольку «домостроительство здесь вообще не в фаворе, и за последние годы цены на съемные квартиры выросли почти в два раза». Двухкомнатная с кухней (большая редкость) идет за 17-20 рублей в месяц, трехкомнатная – 25-35, а квартиру из 4 или 5 комнат сдавали за 500-600 рублей в год, «при этом большинство лишено элементарных удобств». Дачи на Озерной Балке, в районе Бобринецкого шоссе и при Горсаде обходились в 60-100 рублей за сезон, но при каждой даче имелся сад. «В последние годы сильно вздорожала и прислуга» – 8 рублей в месяц платили горничной, до 10 рублей – няням и кухаркам.

Отапливалось жилье в городе почти исключительно дровами, которые продавались беднейшему населению с городского склада на Катрановке по цене заготовителя. Власти же создали и склад керосина для «противодействия искусственному повышению цен», которым торговали семь лавок в разных частях города. Электрическое освещение было редкостью, но электроэнергия отпускалась потребителям по «26 копеек за час килоуаттъ, что составляет 1 1/5 копейки за час горения обыкновенной калильной лампочки, а как двигательная сила для промышленных предприятий – по 18 копеек за килоуаттъ час». Некоторые заводы строили свои электростанции, а городской склад электрической арматуры находился на Озерной Балке, в здании водопровода. Заведовал электростанцией инженер Е.Ф. Тамм. Он же руководил и водопроводом, который имелся «почти во всех домах», и продавал воду по 25 копеек за сто ведер, но «о канализации местное население мечтает уже много лет».

Одним словом, канализации в городе не было вообще, запахи перебивались хлоркой и карболкой, поэтому очистка выгребных ям проводилась исключительно ночью. Опять же, город имел свой ассенизационный обоз для сдерживания стоимости услуг частных золотарей. Кстати, налог с одной ассенизационной бочки составлял 10 рублей в год, что было гораздо больше, чем налог с простых извозчиков. Налог с лошади платили в размере 2-5 рублей, с верховой – 5 рублей в год.

Но и это еще не все, поскольку налог взимался даже с владельцев велосипедов и собак! Велосипедисты платили городу полтора рубля в год, а владельцы собак обходились рублем. При этом владельцам собак выставлялись жесткие требования: собаки без ярлыка подлежали поимке и по прошествии 3 дней – уничтожению как «безхозяйственные», даже если они были на привязи в частном доме, но на собаке не было ярлыка, а хозяева не имели квитанции об уплате налога.

В общем, с налогами в Елисаветграде было строго, даже выпас скота не происходил просто так. Владельцы коровы платили за право пользоваться городским выгоном по 4 рубля за лето, выпас пары волов обходился в 6 рублей (тогда волы в городе не были экзотикой), коза за лето съедала коммунальной травы на 1 рубль. При этом в городе было очень развито молочное производство, но в центре города коровники устраивать запрещалось.

Замечу, учет – это отличительная черта того времени. Например, кто сегодня ответит, сколько стоит недвижимость Кропивницкого? Никто. А в Елисаветграде знали, что «все недвижимые имущества оценены в сумму 1.880.763 рубля», правда, недвижимость давно не переоценивали, а изменения, особенно в промышленности, происходили очень динамично. Впрочем, изменения надвигались такие, что уже через 10 лет после выхода справочника «Весь Елисаветград» в 1909 году о той жизни можно было узнать только из него…

Надо отметить, что это был не единственный пример справочной беллетристики о Елисаветграде. Свой «Ежегодник» не меньше десяти лет печатала в своей же типографии и газета «Голос Юга», только вначале это был «Справочник по городу Елисаветграду и уезду». Во всяком случае, «Ежегодник» за 1913 год вышел в 9-й раз. Но там практически та же информация, о которой вы узнали из справочника «Весь Елисаветград» за 1909 год. Поэтому редакция «Ежегодника» «охотно открывала страницы» своим корреспондентам для интересной информации.

Если говорить о справочной литературе Елисаветграда в сравнении с днем сегодняшним, то надо сказать, что мы находимся на более низкой ступени развития в отношении подготовки такой объемной справочной литературы. В 1990–2000 годах во всех крупных городах, и в Кировограде тоже, издавались объемные телефонно-рекламные справочники, так называемые «Желтые страницы», но информации о жизни города там практически не было.

Еще хуже дело с информацией обстояло в советских телефонных справочниках. Краеведческие книги о Кировограде советских времен были политически мотивированы и информационно цензурированы. Справочников о Кропивницком нет вообще. Можно говорить, что сейчас это неактуально, поскольку есть Интернет, Гугл и все такое, но речь идет о написании настоящей истории города Елисаветграда – Зиновьевска – Кирово – Кировограда – Кропивницкого, которой нет. Есть масса неструктурированной и разбросанной информации в разных источниках, в основном в периодике, в архивах и библиотеках, хотя справочник «Весь Елисаветград» дает пример комплексного подхода к решению этой проблемы. В один том историю города, его жизнеописание по периодам, по направлениям, со статистикой, с «елисаветградскими» подробностями, с комментариями, вместить нереально. Поэтому надо говорить об энциклопедии города, и это достойная задача для историков, краеведов и бюджета города.

Наверное, материалов краеведов и событий текущей жизни вполне хватило бы и для ежегодника «Весь Кропивницкий», ведь смогли же такой проект реализовать наши предшественники – историки, краеведы и журналисты Елисаветграда начала прошлого столетия. Именно благодаря им мы можем представить себе, как жили наши предки, каким был город, который любили они, любим мы и будут любить наши потомки…