Константин Ярынич: «Мы теряем всю онкологию…»

17:16
444
views

Онкологическому центру срочно нужна помощь. Онкодиспансер под угрозой закрытия. Нет возможности оказывать помощь онкобольным. Такие волнующие заявления в последнее время появились в некоторых СМИ и в соцсетях. Редакция «УЦ» срочно обратилась за разъяснениями к руководителю КНП «Областной клинический  онкологический центр Кировоградского областного совета» Константину Ярыничу.

– Практически все знают, что одним из самых востребованных методов лечения онкозаболеваний является лучевая терапия. На сегодняшний день в онкодиспансере есть два аппарата – 1978 и 1991 года выпуска. Почему встал вопрос о срочной замене данного оборудования?

– Вопрос не столько в аппаратуре, – мы могли бы, как многие годы, продолжать работать на старье, которое у нас есть. Но есть часть проблемы, которая касается сугубо пациентов: качество медицинского облучения находится не на том уровне, которого требуют современные технологии. Требования, которые есть в европейских стандартах, на сегодня не могут быть выдержаны с использованием этой аппаратуры. Но, коль денег нет, приходится работать с оборудованием, которое технически и морально устарело. В то же время сегодня присоединилась еще одна проблема, касающаяся контрактирования медицинской услуги, за которую мы получаем деньги. За каждого пролеченного пациента Национальная служба здоровья (НСЗУ. – Ред.) платит нам деньги, и она выставила четкие критерии: аппараты должны быть оснащены системой планирования и симуляции. То есть это комплекс, который дает НСЗУ основания выплачивать нам деньги. Сегодня работу мы можем сделать, пусть и не так качественно, как возможно было бы с использованием новой аппаратуры, но есть критерии, которые нами не выдерживаются, и соответствовать им с использованием имеющегося у нас оборудования мы категорически не можем.

За лечение каждого пациента сегодня мы получаем от НСЗУ 30 тысяч гривен. Но, поскольку критерии не выдерживаются, мы в следующем году вообще ничего не получим, и это в год составит 50% от нашего общего бюджета. Если учесть, что годовой бюджет у нас где-то 70-75 миллионов, а за лучевое лечение примерно 1000-1200 человек в год мы должны получать 30-35 миллионов, мы лишаемся финансирования в этой части и откажемся от проведения этого вида лечения. То есть со всех сторон у нас не складывается. Мало того, что мы лишаемся лучевой терапии, в то же время многие другие направления, то есть хирургическое, химиотерапевтическое, «питались» за счет лучевой терапии. Этот тариф позволял нам использовать деньги не только для проведения лучевой терапии. Естественно, в этой ситуации будут страдать и другие направления лечения, и сокращение пройдет не только в отделении лучевой терапии, но и в плане хирургических операций, которые мы проводить просто не будем.

Мы фактически теряем всю онкологию. Все пациенты будут разъезжаться по другим регионам, потому что лучевое лечение нельзя вычленить отдельно, оно проходит параллельно. Нельзя сказать: давайте мы здесь проведем вам хирургическое лечение, а потом поедете куда-то на лучевую терапию, а потом вернетесь, и мы вам доделаем химиотерапию. Нет комплекса – нет онкологии. 

Мы – первая область, которая на грани того, что онкологии у нас просто не будет, и все пациенты будут вынуждены ехать в другие регионы нашей страны. И правильно сделают, потому что там оплачивается пациенту все. Даже если мы сделаем какой-то тариф на эти услуги, зачем пациенту платить, если в Днепропетровской области это будет бесплатно? Он поедет туда, и его с радостью примут, потому что за его лечение им заплатят. Наша область не только теряет деньги, она затруднит людям лечение. 

– Какие пути решения проблемы вы видите?

– Я буду говорить об этой ситуации на сессии областного совета, во вторник у меня встреча с губернатором (наш разговор проходил в минувший четверг. – Авт.), на которой мы поговорим о критической ситуации, сложившейся на сегодняшний день не только с нашим оснащением, но и с финансированием и даже существованием. Предлагались разные варианты, например, взять кредит. Но тогда нужно будет платить по 6 миллионов гривен в год за него. Нужны ли такие траты? Только если уже вообще безвыходная ситуация.

– Кредит может брать онкодис­пансер?

– Не обязательно. Его может взять областной совет под свои гарантии, как делают городские власти. Есть такой механизм. У нас был ряд консультаций с Ощадбанком, и они готовы предоставить нам кредит под 15-20% годовых и гарантии областного совета, только пакет документов подготовить нужно. Второй вариант – все-таки найти возможности внутри областного бюджета. Что имеется в виду? Регионы должны софинансировать покупку оборудования за счет субвенций из местных бюджетов районов, ОТГ и т.д. – грубо говоря, вскладчину.

– А может ли бизнес поучаствовать в этой покупке?

– В настоящее время обращаться к бизнесу за 43 миллионами – это несерьезно, никто на это не пойдет. Бизнесмены сейчас подходят к этой проблеме таким образом, что в случае, если кто-то из их работников заболеет, проще профинансировать лечение индивидуально. Все устали от складчины. 

Еще один вариант нахождения денег – это отчуждение, то есть продажа с аукциона коммунального имущества, которое имеется. Такой вариант есть и в онкологическом центре, потому что у нас уже долгое время в режиме государственно-приватного партнерства арендует помещения Томоклиника. Они готовы их выкупить. Понимаете, когда огромные зарубежные инвестиции пришли на эту территорию, почему бы нам сейчас не получить за нее 5-6-10 миллионов на аукционе? Потому что, если мы этого не сделаем и у нас пройдет сокращение, через какой-то год уже полдиспансера будет продаваться. Пациентов не будет, помещения будут не нужны, и все будет простаивать. Сейчас нужно подключать кризисный менеджмент, чтобы сохранить онкоцентр. Когда складывается такая критическая ситуация, это разумное решение.

Мы готовы объединять все усилия: и продажа, и трансферты из местных бюджетов, и что-то заложить в областной бюджет на следующий год, и что-то взять в кредит, если нужно. То есть возможны разные варианты. И тогда мы сможем сохранить онкологическую службу в области. 

– Константин Владимирович, а возможно ли что-то типа лизинга – найти фирму, которая согласится предоставить вам оборудование под гарантии облсовета с отсрочкой оплаты?

– Абсолютно правильный вопрос, потому что пакет медицинской помощи, в том числе и на лучевую терапию, нам нужно заключать уже в этом году. Мы должны показать НСЗУ, что у нас есть не только намерения. У нас должен быть зафиксированный договор о намерениях, должна быть какая-то сумма денег именно на закупку оборудования. Есть предварительная договоренность с компанией, которая нам поставит оборудование с отсрочкой платежа, и мы начнем лечить пациентов. Эти оговорки делает собственник, в нашем случае – областной совет, который вправе заключать такие договоры и отвечать за них. У нас в этом плане с Александром Черноиваненко полное взаимопонимание.

Однако мы попали в своеобразное межсезонье: скоро выборы. Сегодня одни депутаты, завтра, возможно, будут другие, а нам хотелось бы уже сегодня решить свою проблему: заключить договоры и на поставку оборудования с отсрочкой платежа, и с Национальной службой здоровья на оплату нашей работы. Очень надеемся, что на сессии обл­совета, которая состоится в конце сентября, наш вопрос будет поддержан депутатами, и тогда появится возможность сохранить онкологическую службу в области.

Я согласен на любые варианты. Надеюсь также на конструктивную встречу с главой облгосадминистрации и его поддержку. Он знает онкологический центр, Томоклинику, во всем этом принимал участие еще на том этапе, когда были только намерения создать «державно-приватне партнерство», которое в таких объемах – единственное в Украине (речь о Томоклинике. – Авт.). Такого масштабного проекта у нас нигде нет, это единственное место, куда инвесторы в таком огромном объеме вложили деньги. Для инвестора сегодня важно получить свою территорию, а мы приобретаем финансы, их поддержку профессиональную, что очень важно, и у нас появляется возможность начала сбора средств на новое оборудование и как следствие – сохранение высококвалифицированной онкологической службы и финансирования Национальной службы здоровья. Ведь на сегодняшний день немногие медучреждения могут сравниться с нашим онкоцентром: самая современная операционная – у нас в онкоцентре, центр реабилитации онкологических пациентов, единственный в Украине (его еще вице-премьер Тигипко открывал), работает, из 50 коек, которые существуют в нашей стране по радиоизотопной диагностике и лечению, 12 находятся у нас… 

– Что ж, остается только надеяться на благоразумие и помощь областного депутатского корпуса.

P.S.: Об интервью с Константином Ярыничем мы договаривались заранее, еще не зная о том, что в этот день он отмечает свой 50-летний юбилей. Предложение перенести дату разговора он отклонил – дело важнее. Мало того, сам приехал к нам в редакцию. Коллектив «Украины-Центр» поздравляет юбиляра с днем рождения и желает ему крепкого здоровья, удачи во всем и всегда и исполнения даже самых непростых желаний!